Чтение онлайн

Я взяла его в руки и вчиталась. Губы сами собой растянулись в улыбке. Нет, я даже не сомневалась в том, что жене Ричарда понравится то, что сотворили мои девочки, но одно дело не сомневаться, а другое — иметь письменные доказательства.

— Нас будут рекомендовать, Яра! — радостно пискнула Анни. — Она уже сегодня вечером посетила светский раут!

— А у нас совсем мало ткани в наличии, — как всегда деловито добавила Мия. — Хватит на пару платьев, не больше.

— Закупим, — ответила я. — Вы большие молодцы!

— Это все благодаря тебе, — пробормотала Анни.

— Я всего лишь разрисовала ткань. Вы тоже научитесь, — ответила уверенно. — Обязательно отметим вашу победу в течение недели. Уверена, уже завтра вам начнут поступать заказы!

Собственно, так и вышло. С самого утра на пороге нашего дома то и дело топтались юные посыльные. Все требовали свободную художницу Яру, хозяйку ателье «Хендмейд». Миль принимала письма, Анни назначала время для съемки мерок, Мия прикидывала смету. Каждый был при деле, и потому мое участие не требовалось.

Отлежавшись в горячей ванне с чашкой кофе — и надо же было так приобщиться к этому напитку! — я со спокойной душой направилась в пекарню для разрисовки печенья и торта.

Сэм отдал процент с продаж, что набежал за последние пару дней, и выдал краски, изготовленные по моему же рецепту. Работа заняла не больше часа, но к пухлому мешочку прибавилась еще пара-тройка монет. Закончив, я со спокойной душой направилась в дом Волдера.

— Да нет же! Ты не понимаешь! — Мираника злилась.

Она вообще часто злилась. У меня складывалось ощущение, что из душевного равновесия ее способна вывести любая мелочь. А я раздражалась уже от того, что на меня орут.

Глубоко выдохнув, я отложила кисть в сторону. Какая это по счету попытка? Сотая? Тысячная?.. Судя по израсходованной бумаге, выделенной Митчелом, безуспешных попыток было столько, что очень хотелось сложить лапки и плюнуть на саму затею.

— Быть может, если ты позволишь открыть шторы, мне будет куда проще работать? — сдержанно предложила я.

Рисовать при свете одной-единственной свечи — то еще удовольствие. Глаза болели так, словно в них насыпали песка. Всю эту неделю я просыпалась с утра с краснючими глазами, отказывающимися принимать происходящее за норму.

— Я… Нет, — сухо ответила Мираника. — Слушай еще раз. Сейф вот такой высоты, — она ткнула себя в бедро. — Ручка крутится. Понимаешь? Кру-тит-ся!

Скрипнула зубами. Об этом я слышала раз сотый. Или в тысячный. Даже попросила Цвета сводить меня в лавку, где продают сейфы, — надеялась обнаружить аналогичный шкаф для хранения ценностей. Мимо. Судя по всему, их либо давным-давно сняли с производства, либо делали по персональному заказу. Сама Мираника же никак не могла толково объяснить, что именно мне следует изобразить.

— Про ручку как вентиль я уже давно поняла, — с трудом сдерживая раздражение, произнесла я. — И про размеры сейфа тоже. Может, ты помнишь еще какие-то детали? Царапины, вмятины, потертости?..

— Царапины, — эхом повторила она, утопая в прострации.

Она часто выпадала из реальности. Ее глаза покрывались мутной пеленой, словно разворачивая перед внутренним взором картинку из воспоминаний.

— Царапины-царапины-царапины, — вдруг как заведенная затараторила она. — Демоны!

Рухнув в кресло, она сдавила виски длинными костлявыми пальцами. Начала раскачиваться взад-вперед. И, признаюсь честно, меня до одури перепугала бы подобная картина, если бы за прошедшие несколько дней я с десяток раз не наблюдала за ее приступами паники.

Винить Миранику за них я никак не могла. Как и отделаться от мысли, что мне попался самый сложный… «клиент».

Встав со своего места, подошла к сестре Митчела и присела перед ней на корточки. Возвращать ее «обратно» я тоже научилась — уже выяснила, что если Миру не остановить, то приступ затянется. Как? По воспоминаниям из моего родного мира: то ли в фильме в каком-то подсмотрела, то ли в книге прочла.

— Мира… Сколько я с собой взяла кисточек? — мягко коснувшись ее плеча, спросила я.

— Три… Нет, три! — рвано ответила она.

— А сколько у тебя книг лежит на тумбе? — перенаправляя ее внимание, произнесла я.

— Шесть… Нет, семь! — на пару градусов спокойнее произнесла Мираника. — Хочу увидеть брата.

Последнее она произнесла почти жалобно. Бросив взгляд на часы, я убедилась, что Митчел уже должен закончить принимать клиентов. Потому почти сразу сообщила его сестре:

— Я за ним схожу, хорошо?

Мне малодушно хотелось слинять из комнаты и взять перерыв. Голова гудела, глаза болели — мне просто необходимо выбраться на свежий воздух.

— Стой! — она вцепилась в мою руку. — Я знаю чары, которые позволили бы мне показать тебе картинку из моих воспоминаний. Но… магия… Моя магия. Ма-ги-я!

Если первую часть фразы она сказала твердым, ровным голосом, то закончила на высокой ноте. Паника явно набирала обороты, требовался Волдер.

— Мира, я схожу за твоим братом, — осторожно расцепив ее пальцы, я избавилась от хватки и направилась в коридор.

Стоило мне оказаться «на воле», как дышать сразу стало легче. И представить сложно, как приходится врачам в дурдоме, если я сама чувствую себя истощенной всего за неделю контакта с сумасшедшей.

Почти сразу в коридоре меня перехватил Остин, моя временная капитуляция окончилась, так и не начавшись.

— Чай, кофе? Горячий шоколад? — деловито поинтересовался он.

— Лорда Митчела, — ответила я. И, немного подумав, добавила: — Еще два кофе и один горячий шоколад, пожалуйста.

Мираника обожала горячий шоколад. Стоило ее губам коснуться горьковатого напитка, как она тут же успокаивалась. За это время у меня даже сложилось впечатление, что только им она и питается.

— Будет исполнено, — отозвался Остин, тут же разворачиваясь в обратную сторону.