Мама для…
Шрифт:
– Может быть, они живы, – кивает он мне, отлично понимая недоговоренность. – Это очень хорошая новость, просто прекрасная!
Конечно, знать, что мама и папа живы, хоть и далеко, лучше уверенности в том, что они погибли. Так что Сережа прав – это очень хорошая новость. Вторая хорошая новость, потому что первая в том, что он меня не бросит и не прогонит. Почему мне это так важно, почему? Я не знаю ответа, потому что раньше таких эмоций у меня не было.
Я задумываюсь, пытаясь разобраться в себе, при этом Сережа меня гладит, и мысли почему-то разбегаются. Я будто просто плыву, не осознавая, где нахожусь и что делаю… Плыву, как в бассейне…
Глава восьмая
На третий день я прошу Сергея объединить капсулы. Прошедшего времени мне вполне достаточно, чтобы принять решение, да и враждебные взгляды девчонок очень хорошо стимулируют, так что я стараюсь без Сергея не оставаться. Страшно от этих взглядов на самом деле. При этом понять, почему они на меня настолько сильно взъелись, я не могу. Но девчонки смотрят так, как будто хотят избить, чего после Лики, например, не было. Почему после Машки все происходит именно так? Я не понимаю.
Сергей говорит, что это не очень нормально – такое поведение, и что, возможно, тут скрыта какая-то тайна. По его просьбе другие парни пытаются выяснить, что происходит, и охотно соглашаются помочь. Меня это удивляет, ведь Сергей не командир у мальчишек, но они готовы помочь разобраться. А у меня уже голова болит, когда я пытаюсь понять происходящее, так что я оставляю свои попытки.
– В общем, ситуация такая… привет, Марин, – здоровается со мной уже знакомый Алекс, обращаясь к Сереже. – Девчонки при упоминании твоей просто неконтролируемо звереют, причем как-то мгновенно. Никто из наших не понимает, в чем дело.
– А если Валеру упомянуть? – интересуется мой парень. Он действительно мой, а я его, и с этим уже ничего не поделаешь.
– А вот тут интереснее, – хмыкает Алекс. – В основе своей реакции никакой, а вот у близняшек, которые выдавали себя за его сестер, – злорадная такая.
– То есть они ему не сестры… – задумчиво произносит Сергей. – Но тогда ситуация запутывается, потому что напоминает… Отец, помню, рассказывал о методах программирования ботов, вот что-то подобное, но люди – не боты, у них нет входного интерфейса.
– В любом случае твоей к девчонкам лучше не приближаться, – сообщает Алекс то, что я уже понимаю и сама.
– Это-то понятно, – кивает мой парень. – Странно все это, вот что я тебе скажу, но выбора у нас все равно нет.
А я себя сегодня чувствую еще более странно. Я вчера вынула прибор, очистивший меня изнутри, а сегодня появляются какие-то странные желания и ощущения. То кажется, что губы пересохли, то грудь начинает мешаться в платье, чего быть не может даже теоретически – платье само подстраивается, то становится как-то слишком тепло, даже горячо, промеж ног, отчего ходить не очень комфортно.
Ощущения эти накатывают спустя час после завтрака, когда мы с Сергеем уже возвращаемся в каюту. Ноги внезапно ослабевают, отчего я хватаюсь за стенку коридора, а мой парень уже привычно, одним слитным движением берет меня на руки.
– Что с тобой? – озабоченно интересуется он.
– Я не понимаю, – признаюсь ему. – Совсем ничего не понимаю, что происходит! Мне страшно…
– Спокойно, не нервничаем, – деловито отвечает он мне, заходя в каюту и сразу же укладывая в капсулу.
Он стягивает с меня платье – нельзя в одежде в капсуле находиться, но замирает, заметив что-то, мне недоступное. Мне сразу же становится очень холодно, так холодно, что я начинаю дрожать, а затем резко бросает в жар. При этом огонь между ног почти заставляет развести их в стороны в надежде, что воздух сможет их остудить.
Конец ознакомительного фрагмента.