Чтение онлайн

— Ты преувеличиваешь, зайчик, — выкрикнула Лорин.

— Однако, Малькольм, — Кермит вдруг восстановил самообладание, — я не для того согласился на ваш визит, чтобы вы только слушали о нас.

— Но это все так интересно и необычно, — воскликнул Малькольм. — Видите ли, про меня слушать совершенно нечего. Я, как говорится, ноль без палочки и пустой лист.

Тем не менее, Кермит и Малькольм скоро обнаружили, что прислушиваются к Лорин, поскольку та, как оказалось, произносила что-то вроде речи:

— Когда муж тебя не уважает, когда он способен излагать самые интимные тайны брака в присутствии человека постороннего, — говорила Лорин, — тебе вправду не остается ничего, кроме улицы. Малькольм, — Лорин обратилась непосредственно к молодому человеку. — Я хочу, чтобы вы знали, что мне предложил профессор Кокс.

— Какая скука! Сколько можно! — проговорил Кермит.

— Похожа я на уличную девку? — потребовала Лорин, подойдя вплотную к Малькольму. — Ответь мне, милый мальчик, ведь ты еще не испорчен…

Малькольм не отвечал, и Лорин подошла еще ближе к нему:

— Похожа или нет?

— Но разве вы уже… не уличная, дорогая Лорин? — выкрикнул Малькольм в замешательстве. — Я думал, ваш муж…

Кермит громогласно засмеялся и одновременно указал на заднюю комнату, подавая Лорин сигнал уходить.

— Иди туда и разговаривай с кошками, — велел ей Кермит. — Я хочу вести с Малькольмом тихую беседу. Я определенно заслужил, чтобы этот вечер со мной проводила не ужасная блондинка вроде тебя, а кто-то другой.

— Настоящий ученик профессора Кокса, — воскликнула Лорин. Затем, благодушно обернувшись к Малькольму, Лорин коротко поцеловала его в лоб и, драматическим жестом прикрыв рот рукой, удалилась в заднюю комнату.

После насыщенного молчания Малькольм спросил:

— Там действительно пятнадцать кошек?

— Лорин ведь сказала вам, — кивнул Кермит, — пятнадцать.

— Меня так клонит в сон, — заметил Малькольм.

— В сон? В такой час? — Кермит изобразил потрясение.

— Я от разговоров засыпаю, — объяснил Малькольм. — Видите ли, обычно я только общаюсь с теми, кто меня обслуживает. То горничная принесет мне чашку шоколада, то парикмахер в зале пострижет мне ногти и волосы, или я обменяюсь парой слов с дирижером струнного оркестра в отеле, но не более того. С тех пор, как я встретил мистера Кокса, я все веду с людьми длинные разговоры и от них засыпаю.

— Тогда прилягте на диван, а я буду с вами разговаривать, пока вы отдыхаете, — предложил Кермит.

— Лучше бы вы не разговаривали, пока я лежу, — ответил Малькольм, подошел к дивану и растянулся на нем. — Скоро, — сообщил он хозяину, — вам придется вызвать такси, я поеду в отель.

— Нет, нет, вы не должны уезжать так скоро; вы ведь едва приехали, и Лорин только что ушла, чтобы мы могли поговорить наедине! — пожаловался Кермит.

— Но о чем же нам еще говорить? Мы ведь все затронули, не так ли? — удивился Малькольм и немного поднял голову, чтобы взглянуть на Кермита внимательнее.

Кермит рассмеялся и допил чай.

— Как странно, что Лорин… — размышлял Малькольм.

— Странно, что она шлюха? — Кермит зевнул. — Ну что же, она всегда хотела ей быть. Почему она решила, что брак исправит ее, одному Богу известно, особенно, брак со мной, — он поднял одну из кистей для рисования и быстро осмотрел ее. — Я никогда не думал, что брак исправит меня, — продолжил Кермит. — Но я думал, что мой брак будет долгим праздником. А он оказался настоящей работой, скажу я вам. Я уже говорил: дня не проходит, чтобы мы не беспокоились о деньгах.

Лилипут вздохнул и покачал головой.

— Кажется, я не узнаю таких женщин, когда встречаю, — отметил Малькольм.

— На вас прекрасная одежда, — сказал Кермит, глядя на Малькольма.

— Да? — Малькольм оглядел себя. — Все это костюмы, которые мой отец выбрал прежде, чем я дорос до таких размеров, — объяснил Малькольм. — Он выбрал мне костюмы вплоть до моего восемнадцатилетия. Мне кажется, у него было предчувствие, что он меня покинет, и он оставил мне много одежды.

— Ваш отец был человеком весьма неординарным, — заявил Кермит.

— Это я и пытался сказать мистеру Коксу, — ответил Малькольм, — но он не поверил.

— О, он, вероятно, поверил вам, — сказал Кермит, — он только хотел испытать вашу веру. Чтобы разговорить вас.

Малькольм кивнул.

— Но я рад, что вы считаете моего отца неординарным человеком, — сказал мальчик. — Понимаете, отец — это все, что у меня есть. А сейчас у меня его нет, — Малькольм издал короткий гортанный всхлип.

Кермит посмотрел на запястья, потом на свою пустую чашку.

Тогда Малькольм сел, но рассмеялся и лег обратно со словами:

— Я слишком сонный, чтобы сидеть.

— Я надеюсь, вы не хотите, чтобы я перестал разговаривать, — любезно спросил Кермит.

— Лучше вам перестать, — ответил Малькольм, — но если вы не против, чтобы я не отвечал и даже не слушал, то, наверное, можете говорить и дальше.

— Прекрасно, — сказал Кермит, — так я и поступлю. Я очень люблю говорить.

— Есть одна вещь, с которой я хочу разобраться прежде, чем вы начнете говорить, — сообщил Малькольм Кермиту. — Вы — гном или лилипут? — И Малькольм сел на диване.

— О Господи, — сказал Кермит после короткой паузы. — Я ни то, ни другое.

— Ни то, ни другое? — Малькольм был так удивлен, что сел прямо и опустил ноги на пол. — Как же! вы должны быть или тем, или другим.

— Нет, нет, нет! — ответил Кермит. Он сильно покраснел. — Сколько глупости бывает в человеке!

— Но вы такой маленький, — прокричал Малькольм. — Вы должны быть лилипутом!

— Я невелик, — Кермит говорил терпеливо, но подчеркнуто сдержано, — но я не отличаюсь от других мужчин — по существу, — сказав это, он встал.