Чтение онлайн

— Ну, если ты и нам, как тем же полякам, миллион золотыми рублями отсыплешь, — потёр ладони комиссар. — То дело можно и в гражданский наркомат передать. С военными мы уж сами сговоримся.

— Я могу, не как полякам, одну тонну золота дать, а сразу двадцать тонн посулить, — важно подбоченился парагвайский магнат.

— Только посулить? — уловил важный нюанс опытный работник наркомата.

— Золота, может, и больше будет, — пожал плечами факир. — Только клад нужно сперва со дна Байкала достать.

— Про золото Колчака толкуешь? — догадался Артём. — Так наши товарищи докладывали, что уже пытались летом глубины промерять. В том месте берег озера вниз уходит чуть ли не на километр. Никакой силой упавшие железнодорожные вагоны с золотом не подцепить и не поднять.

— А если дьявольской? — загадочно улыбнулся Сын Ведьмы.

— Ну разве что ты сможешь, золотишко в тёмной бездне нашарить? — вспомнив былые проделки казацкого шамана на морском дне, задумчиво посмотрел на кудесника Артём.

— Делов–то, — рассмеялся владыка глубин. — Пусть только лёд с озера сойдёт, чтобы вагоны сподручнее вытягивать было. У меня уже и водолазная команда подготовлена. Небось, слыхал про поднятое золото с английского «Принца»? Я на него половину Парагвая скупил.

— Всякое про тебя в газетах писали, — покачав головой, хмыкнул Артём. — Но знаю одного товарища, который, как и я, тоже в твою силу поверит. Вот он–то нам и поможет одолеть партийную бюрократию. Тем более что товарища Троцкого он не жалует и будет рад отодвинуть его от нашего, народно-хозяйственного, дела. Ты только ещё каких–нибудь экономических нюансов в договор добавь, чтобы уж наверняка перевесили военные аспекты.

— Думаю, Троцкий не будет возражать против передачи дела в ваш наркомат, — криво усмехнулся Алексей. — Видно, осторожный товарищ не желает со мной ещё раз встречаться.

— Да уж, больно силён и грозен ты стал, батюшка Алексей, — хлопнул бородатого великана по плечу Артём. — В одиночку английские эскадры по морю гоняешь, заморские страны захватываешь.

— Не в одиночку, а на хороших друзей опираясь, — обнял надёжного товарища Алексей. — Вместе можно и мир перевернуть.

— Ну, если только твёрдо на земле стоять, — поддержал энтузиазм анархиста старый большевик, и, чуть отстранившись, погрозил пальцем. — Ибо в твой летающий водородный пузырь с моторчиком я ни ногой.

— А ты курить бросай, — улыбнулся Алексей. — Тогда и не взлетишь на воздух.

— Так уж бросил давно, — гордо выпятил грудь Артём. — Гиревой гимнастикой занимаюсь, мечтаю до победы мировой революции дожить. А про опасный водород я не зря речь завёл. Мне тут русские химики подсказали, что его можно заменить инертным газом, гелием.

— Где же его взять? — развёл руками Алексей. — Водород мы сами электролизом получать научились, а гелий только американцы добывать могут. Так товар стратегический, чужим странам они не продают.

— Газовые месторождения и у русских есть, — подмигнув, подвёл к сути делового предложения наркомовец. — Вот только у пролетарской республики на оборудование для очистки газа нет денег.

— В буржуазном Парагвае найдутся, — положил руку на плечо товарищу Алексей. — Однако мне надо много — воздушный флот строить буду.

— Весь тебе пойдёт, — похлопал ладонью по руке магната большевик. — Голодной стране пока не до захвата небесных высей, а вот для выжженной войной земли деньжата бы сильно пригодились.

Артём предложил заключить отдельное соглашение о разделе продукции. Ведь как там сложатся дела с ратификацией договора об обмене пленными и высылке из страны анархистов с казаками — это ещё неизвестно, а о создании газовой компании можно было договориться уже сразу. Парагвайский магнат приобретает заграницей оборудование и доставляет в советскую республику, а большевики организуют добычу природного газа и выделение из него фракции гелия. Прибыль и продукцию делят пополам, пока не окупятся вложения магната в оборудование. В дальнейшем, в течение десяти лет, республика обязуется поставлять в Парагвай половину продукции по зафиксированной в договоре цене. Сделка была выгодна Алексею, так как стратегический гелий он не мог свободно приобрести на мировом рынке. Большевики тоже оставались в выигрыше: получали надёжного потребителя специфического товара на долгие годы, а главное — оборудование в кредит сейчас, когда денег в республике нет — вообще. Ибо буржуйские банкиры не собираются выстраиваться в очередь с заманчивыми предложениями.

После появления Артёма, негласный арест с парагвайских дипломатов сняли. Алексей с друзьями смог посетить город: свободно пошататься по рынкам, ознакомиться со столичными культурными шедеврами, поговорить с жителями Москвы.

— Ну и как впечатления? — через несколько дней встретившись с Алексеем у арки кремлёвских ворот, спросил Артём.

— Тягостное, — тяжело вздохнул парагвайский казак. — Если уж в столице такая экономическая разруха и натуральная голодуха царят, то, что же в провинциях творится?

— По карточкам стараемся всех работающих хлебом обеспечить, — виновато пожал плечами начальник наркомата. — Последний год трудным выдался.

— Я тут случайно однополчанина встретил, — сжав зубы, пожаловался фронтовик. — Герой войны, грудь в георгиевских крестах, а инвалид на базаре милости просит.

— Работающим хлеба не хватает, — смущённо потупился большевик. — А твои братки–анархисты в Диком Поле озоруют, продотрядовцев бьют. Скорее бы уж ты батьку Махно в Парагвай сманил.

— Так это же вы тут меня целую неделю мурыжите, — уличил красных бюрократов Алексей.

— Фрунзе приостановил боевые действия против анархистов, — оправдывался большевик. — А мой непосредственный начальник всерьёз взялся за дело, проведены консультации с руководителями партии. Даже товарищ Ленин одобрил твою задумку. Осталось лишь обговорить детали договора, особенно секретные приложения.

— Это про то, как будем делить золото Колчака? — криво усмехнулся Алексей.

— Ну, и это тоже, — стыдливо замялся Артём.

— Сговоримся уж, — хлопнул товарища по плечу магнат. — Все будут довольны.