Маг
Шрифт:
Он прикинул время – оставалось только пообедать и надо было ехать на полковой смотр. Ему стало смешно: у него нет генеральской формы, как он появится перед бравыми солдатами? Они перешли дорогу, им открыли ворота, и прислуга занялась обедом.
Поев, они немного отдохнули и отправились на смотр. Солнечные часы на открытой площадке показывали уже за полдень. Добираться было недалеко, так что они особо не торопились. Подъезжая к плацу, Влад сразу заметил группу офицеров, сверкающих под лучами солнца разнообразными нашивками, жетонами, орденами. Он подумал: «Откуда они столько орденов нагребли? Вроде как войн давно не было… Ну не считая локальных, барон на барона. За парады?»
Солдаты сидели и лежали темной массой у дальнего края плаца, под деревьями, в тени. Влад подъехал к группе, спешился у коновязи, отдав поводья Амалии, сразу занявшейся «парковкой» коней, и подошел к офицерам.
– Приветствую вас, господа! Я ваш новый командующий. Приветствую вас, господин Масков. – Влад нашел взглядом толстенького «колобка».
Разговоры офицеров прервались, а Масков сдавленно прошипел:
– Приветствую.
Влад осмотрел молчавших офицеров, усмехнулся и ласково сказал Маскову:
– Генерал, представьте меня этой группе невоспитанных болванов и скажите им, что если еще раз увижу такое непочтение, я повешу каждого, кто так себя будет вести, на его раззолоченной перевязи.
– Господа, позвольте представить: господин генерал-фельдмаршал граф Савалов, командующий походом. Ему предоставлены чрезвычайные полномочия – смещать, карать и награждать. – Масков с трудом удержался, чтобы не скривить лицо.
– Положим, награждать вас пока не за что. А вот наказать – запросто. Я что-то не вижу тут боевых офицеров, какая-то толпа павлинов.
– Сам-то кто… штафирка, – прошипел тихий голос из группы.
– Кто это сказал? – Влад обвел глазами офицеров, потупивших глаза.
Из группы вышел здоровенный лейтенант с опухшим от похмелья лицом и развязным вихляющимся шагом подошел к Владу:
– Ну я. И что? Вы не посмеете повесить меня! Я родственник герцога Ламунского, его двоюродный племянник! А вы жалкий самозванец, присвоивший себе обманом чин фельдмаршала!
– Лейтенант, значит, вы считаете, что его императорское величество не имеет права дать кому-то чин и что его решения надо оспаривать? Лейтенант, это государственная измена. Вы оскорбили императора, оскорбили меня. – Влад сделал шаг и врезал лейтенанту пощечину с такой силой, что тот чуть не упал, потом зарычал и потянул из ножен саблю. Офицеры схватили его за руки, не позволив обнажить оружие, но лейтенант выкрикнул:
– Дуэль! Смыть кровью оскорбление! Сейчас! Здесь!
– Хорошо. Господа, я бы мог сейчас повесить этого бунтовщика, но я хочу, чтобы все было по чести. Дуэль так дуэль. Согласно кодексу я могу заменить себя тем, кем посчитаю нужным. Много чести этакому болвану драться с генерал-фельдмаршалом. Тем более что я сегодня не захватил с собой меч – я же ехал в свою воинскую часть, в дружескую компанию благородных офицеров. – Влад усмехнулся. – Я заменю себя вон той девушкой. – И Влад указал на маленькую телохранительницу в черном кожаном костюме: – Пусть попробует одолеть девчушку. Одолеет – я прощу ему оскорбления, не одолеет – его голова украсит вход на плац. Дуэль до смерти одного из противников тем оружием, что при них. Господа, выберите секундантов для вашего коллеги.
– Господин генерал-фельдмаршал, мне кажется это нечестным – подвергать девушку опасности вместо себя! – Генерал Масков побледнел, но смотрел открыто в глаза. – Мужчина не должен ставить вместо себя слабую девушку!
Амалия возле коновязи презрительно фыркнула и отвернулась.
– Господин Масков, мне нравится ваша смелость и честность, – Влад с улыбкой посмотрел ему в лицо, – но девушке ничего не угрожает, заверяю вас. Не беспокойтесь, она убьет дурака. Еще раз, господа, кто-нибудь против замены? Кто-то усматривает в этом нарушение дуэльного кодекса? Нет? Тогда приступим. Амалия, дай мне твой амулет.
Девушка сняла с пальца перстень и кинула его Владу, он поймал и положил в пояс. Влад осмотрел ее противника магическим взглядом – амулетов не было.
– Противники, представьтесь перед началом боя.
– Амалия.
– Лейтенант Касанов.
– Итак, господа! Чтобы соблюсти все формальности, я заявляю, что как представитель императора, облеченный чрезвычайными полномочиями, я приговариваю лейтенанта Касанова к смерти за измену, нарушение субординации и бунт. Я предоставляю ему возможность выжить, если он на дуэли победит мою телохранительницу Амалию. Приговор окончательный и обжалованию не подлежит.
Влад усмехнулся про себя: вышло как-то напыщенно, как будто в телепередаче «Суд идет». Впрочем, а что это, как не суд? И он приговорил человека к смерти. Влад наклонился к Амалии и тихо сказал:
– Смотри, его меч не переруби своим мечом, чтобы вони не было. Отруби ему голову, но вначале поиграй.
Она кивнула, ее блестящая шапка волос шевельнулась, распространив запах череды и розовых лепестков. Амалия сделала шаг вперед и замерла в готовности, опустив меч острием к земле. Лейтенант, бледный, но сосредоточенный, подошел к ней на расстояние шага, вынул из ножен саблю, отбросил их в сторону, затем взял в левую руку обоюдоострый кинжал и тоже замер в готовности. Влад кивнул Маскову:
– Командуйте.
– Начали!
Масков махнул рукой, и огромный, под два метра ростом, лейтенант бросился на небольшую черную фигурку. Казалось, он сейчас просто сметет ее напором и грубой силой, однако все его удары были непостижимым образом отбиты или пропущены мимо так, что некоторые из них оставили в утоптанной земле следы от вонзившегося клинка. Лейтенант не был новичком в фехтовании, но в сравнении с Амалией выглядел сущим ребенком. Видно было, что она переигрывает его по всем статьям и просто забавляется, как с ручным зверьком. Офицеры начали перешептываться, Владу уже наскучило смотреть на мелькание клинков, и он негромко сказал:
– Заканчивай с ним, Амалия…
После этого последовали несколько молниеносных движений: р-раз – рука с кинжалом отлетела в сторону, отрубленная, два – сабля, с другой рукой по локоть, упала перед поединщиками, свистящее горизонтальное движение – и с глухим стуком голова лейтенанта покатилась по земле, глаза моргнули и замерли. Казнь свершилась.
– Господа! Правосудие свершилось. Прикажите убрать труп и давайте теперь, если, конечно, среди вас нет желающих повторить судьбу лейтенанта, будем знакомиться и представляться. Еще раз: я – барон Унгерн, граф Савалов, генерал-фельдмаршал. Теперь я слушаю вас, подходите по одному и представляйтесь.