Маг
Шрифт:
– Моя. Я им изложил свою версию, похожую на правду, и заключил с ними соглашение. Потому от тебя и отстали.
– Поведай, о чем с ними договорился… Интересно, каковы их аппетиты.
Влад вкратце рассказал содержание беседы с архимагом, Панфилов иронично улыбался и вставлял замечания, потом помолчал и высказался:
– Жадные твари, конечно. Денег – кучи. И все мало. Ты правильно сделал, что договорился – время работает на тебя, а там так укрепишься, что будешь им уже не по зубам. Впрочем, ты уже в шаге от этого. С драконами да с богатством – тебя им не взять. Но пакостить могут. Очень осторожно выпускай информацию, не пугай их.
– Слушай, тут такая вещь еще. Я с Марьяной говорил… хм… Я забыл тебе сказать, что могу связаться с ней когда захочу, она со мной – нет, я с ней могу. Так вот, я отпустил крестьян на оброк, идут хорошие доходы, мои земли процветают, одна проблема – ко мне стали стекаться крестьяне, сбежавшие от других землевладельцев. Мне это, конечно, на руку – больше рабочей силы, больше доходов, но если узнают их бывшие хозяева, то сам понимаешь, во что это выльется. Как поступить? Я плохо знаю законы, в которых учитывается этот случай. Или нет таких законов?
– Есть. Есть такое уложение, по которому каждый беглый крестьянин, осевший на твоих землях, если его не потребовал назад хозяин – официально, бумагой, принятой тобой под роспись, подпадает под твою юрисдикцию и считается твоей собственностью. Ну как бы ты обнаружил у себя забытую вещь, подождал – и пользуешься ей. Объявился хозяин через пять лет, а ты говоришь: извини-ка, закон гласит, она моя теперь. То есть тебе надо тянуть время, отбиваться от петиций и не выпускать информацию за пределы графства. Особо не переживай, вряд ли кто пойдет войной на грозного Савалова из-за того, что тот попер у него десяток каких-то холопов – бабы еще нарожают, да и перспектива быть лишенным башки гораздо опаснее, чем потерять крестьянина. Землевладельцы тоже не дураки. Да, они могут жаловаться императору на твое самоуправство, он будет им отвечать, что с тобой разберется, но, если ты с ним в хороших отношениях, вся эта бодяга заглохнет на корню. Ладно, еще поговорим об этом. Давай-ка ужинать, да отдыхать вам надо – завтра дел куча, а вы с дороги, усталые.
Через час Влад лежал на шелковых простынях рядом с Амалией, удовлетворенный и сытый. В комнату постучали – Амалия соскочила с кровати и как была, голая, с обнаженным клинком в руках, открыла дверь.
– Господин, к вам тут массажистка! Говорит, вы ее приглашали!
– Амалия, скажи ей – в другой раз. Лучше я с тобой развлекусь, что-то мне не до изысков сегодня. Отправь ее отсюда.
Амалия радостно выпроводила массажистку, положила возле кровати клинок так, чтобы в случае чего удобнее было его взять, и принялась ласкать Влада с удвоенной энергией.
Через полчаса они уже спали: Влад – на спине, а Амалия – закинув ему на живот обнаженную гладкую ногу и обняв левой рукой, как бы защищая от всех возможных неприятностей.
Глава 10
Караван снова тянулся по улицам столицы. Впереди ехали Влад и Олег, сзади Амалия и Казал, сопровождающие драгоценный груз. Через полчаса подъема в гору по мощенной булыжником кривой улице они оказались в широком проезде, вдоль которого стояли красивые белоснежные особняки самых богатых людей империи. За высокими заборами не было видно дворов и садов, но то, что выглядывало наружу: колоннады, черепичные красные и синие крыши, разноцветные мозаичные окна – все это было великолепно. В конце этого проезда, на самом верху, располагался дворцовый комплекс императора.
Влад потянул воздух носом – из-за заборов пахло цветами. С улицы весь город был виден как на ладони. У него возникла дурацкая мысль: вот если бы тут стояла гаубица, можно было бы покрыть все секторы обстрела, в том числе и порт, который великолепно был виден справа – со всей его круглой бухтой и вереницей причалов и складов, между которыми нескончаемым потоком бегали и суетились черными муравьями фигурки людей.
Путники, следуя за проводником из местных, знающим, где чей дом, подъехали к одному из поместий и постучали в высокие ворота. Через минут пятнадцать ожидания и наказания ворот ударами кулаков калитка в воротах открылась, и оттуда вышел заплывший жиром привратник.
– Ну что стучите как будто к себе домой! Люди отдыхают, графа нет, никого нет, идите себе отсюда!
– Граф здесь, болван ты этакий! – Олег вплотную подошел к привратнику и сообщил: – Если ты сейчас же не откроешь ворота и не впустишь своего хозяина – он тебя выпорет!
– Выпорю, выпорю, непременно выпорю!
Влада забавляла эта ситуация, и его сильно заинтересовало, как будет привратник выпутываться из нее. Ведь он никогда не видал нового графа Савалова – только старого графа и его молодого наследника.
– Тебя как звать? – обратился к слуге Влад, придав лицу доброжелательное выражение, которое, вероятно, получилось не очень добрым, потому что слуга вздрогнул и стал как-то меньше ростом.
– Константин… – Глаза привратника забегали. – Я служу в этом доме уже десять лет и вас, господин, не помню…
– Константин, я новый граф Савалов, муж графини Лесаны. Со мной сын Панфилова и мои телохранители. Открывай двери и прими хозяина как следует. Ты все понял?
– Понял я, понял… слыхал я про мужа графини… и Панфилова знаю, и сынка его… сейчас, сейчас все сделаем! – Привратник, задыхаясь и колыша толстым животом, открыл створки ворот.
Влад въехал внутрь поместья, вокруг было запустение: нестриженые кусты вдоль забора, сухие ветви деревьев, листья на мощенном брусчаткой дворе и трава, пробившаяся сквозь трещины дорожек. Дом явно требовал ремонта – штукатурка местами пожелтела и отвалилась, перила, лестница и веранда требовали рук хорошего плотника. В самом доме было пусто. Как пояснил привратник, кроме него и его жены, тут никого не было – их оставили, чтобы охранять заброшенное поместье, и даже жалованье они не получали уже много месяцев.
Влад прошелся по участку, поднялся в дом и заглянул в комнаты. Планировка жилых и подсобных помещений напоминала дом Панфилова, но все тут было гораздо больше. Кроме того, близость имения к императорскому дворцу как бы говорила о том, что его хозяева не простые люди и что они стоят на социальной лестнице чуть ниже императора, но гораздо выше очень многих его подданных.
Лекарь объяснил Олегу, что ему понадобится, тот отдал распоряжение своему слуге, и посыльный умчался из дома вниз по улице. Тем временем Влад и его спутники расседлали лошадей, затащили сумки в дом и сели отдыхать на большой крытой веранде, с которой открывался вид на город. Их обдувал свежий теплый ветер, приносивший запахи цветов, дыма и трав. Мысли текли медленно, размеренно, как и сама жизнь в этом городе. Даже в столице никто никуда не торопился, все дела здесь обычно откладывались с сегодня на завтра, с завтра – на послезавтра, и так столетия, тысячелетия…