М.Е.Р.Ф.И.
Шрифт:
— Не смотри на меня так, — буркнул Хейн, не поворачивая головы. — Детство прошло, жалеть не нужно. Но ты наконец-то отвлекся от своей техники.
— Я был занят важным делом: есть подозрение, что кое-кто читерит. Доказательств нет, но нутром чую. Свен и Троп тоже подозревают этих же нубов.
— Лягушонок, я ни слова не понимаю из того, что ты говоришь.
— Может, обсудим что-то другое?
Ответить Хейн не успел: волна людей вынесла их из вагона, сильно раскачав поезд, и выплюнула на перрон. Пропустив основную массу, Лука схватил друга за локоть и начал упрямо проталкиваться сквозь ряды, лавируя между прохожими. Непривычный к огромному скоплению людей Хейн лишь матерился про себя, стараясь не отстать.
Выставка разместилась на территории бывшего ангара. Стальной купол поблескивал в свете прожекторов, рассеивая яркие пучки света, столбами бьющие вверх. Белоснежное освещение подчеркивало строгость выставленных экспонатов.
Посетителей встречали одетые в костюмы контролеров роботы, которые медленно передвигались по залу, приветствовали людей и подходили к детям. Вдоль стен за прозрачным ограждением манекены бегали, прыгали, приседали, скользили и дрались, показывая навыки рукопашного боя и функциональность костюмов. На витринах привлекали внимание оружия всех видов, начиная от многофункционального автомата и заканчивая шприцами-пистолетами, позволявшими обездвижить врага. Там же лежали короткие ножи с широким лезвием, маленькие бомбочки длиной с большой палец — электрические, газовые, дымовые и шоковые, многофункциональные ремни, таящие в себе опасность и для вампиров, и для человека.
Недавно разработанные перчатки с тонкими когтями, через которые впрыскивались успокоительное и снотворное, лежали на отдельном вращающемся стенде, в голограмме демонстрируя свои возможности. Судя по ролику, теперь контролера было достаточно полоснуть когтями по незащищенному участку кожи, чтобы вампир свалился в жутких судорогах и впал в кому.
Увлекшись видом дерущихся роботов, Хейн не сразу заметил, что остался в одиночестве. Восторженно раскрыв рот, Лука разглядывал маску контролера, показанную изнутри. В нее были встроены десятки датчиков, реагирующих абсолютно на все изменения в окружающей среде: температуру, движения, запахи, свет, пульс, биение сердца, состав крови. Надев свободную маску, парень удивленно оглянулся и тут же вздрогнул: на него шла огромная темная фигура с расплывчатыми очертаниями. Быстро стянув маску, он с облегчением выдохнул: перед ним стоял Хейн.
— Размер подходит?
— Зря смеешься, очень интересная штука. Хочешь попробовать?
— Нет уж, — если Лука обожал технические новинки во всех сферах, то Хейна они совершенно не интересовали.
В соседнем зале проходили презентация и лекция, на которую убежал неугомонный Лука. Оглянувшись, Хейн заметил в углу небольшую дверцу, перед которой толпились дети, и решительно направился туда. Растолкав галдящих малышей, которые не могли зайти из-за ограничений в возрасте, парень ткнул пальцем в нос виртуального экскурсовода, чье изображение плавало на мониторе. Тот отозвался приятным мужским голосом:
— В этом зале представлены уникальные экспонаты: виды вампиров на разных стадиях заболевания, а также голографические изображения их жертв. Для прохода приложите планшет с идентификационным чипом. Будьте осторожны: некоторые голограммы могут оказаться излишне жестокими для вашего восприятия.
Пожав плечами, парень выполнил требование и шмыгнул внутрь, закрыв дверь перед носами детей. Рука тут же зачесалась, но парень не обратил на это внимание. Внутри помещения было намного тише, бродили молчаливые люди, с ужасом разглядывающие виртуальных чудовищ. Некоторые из них спокойно сидели, покачивая головой, другие скалились, вращая глазами, третья лязгали зубами на любого, кто подходил слишком близко. Под каждым вампиров находились небольшие записи, поясняющие, где и когда они были пойманы или найдены. Контролеры полностью воссоздали повадки, движения и особенности, стараясь как можно лучше передать внешний вид каждого экземпляра.
«Мужчина, 49 лет, рабочий. Найден мертвым. Причина смерти: большая потеря крови. Вероятнее всего, он расцарапал себя сам. На момент поимки был заражен около четырех месяцев».
На Хейна в упор смотрел грузный мужчина с залысинами, вероятно, так он выглядел при жизни. На его руках виднелись острые когти длиной в несколько сантиметров, из приоткрытого рта вывалился мясистый язык. Все руки и верхняя часть груди покрывали глубокие царапины, сквозь которые виднелись кости. Открыв подернутые белым глаза, мужчина взревел и вновь полоснул себя когтями, разбрызгивая кровь.
Стоявшая рядом девушка с крохотными пучками волос на затылке и шрамированными узорами, растекающимися с висков по всему телу, отшатнулась и налетела на высокого парня, лениво ковыряющегося пальцем в зубах. Тот прижал ее к себе и приглушенно засмеялся.
«Женщина, 32 года, продавец. Найдена в предсмертном состоянии, не выжила. Причина смерти: перерезала себе горло. На момент поимки была заражена. Установить точный срок заражения невозможно: от нескольких дней до трех месяцев».
Низкая, едва достающая Хейну до пояса полупрозрачная женщина вертела головой, глядя на посетителей. Из распоротого горла водопадом текла черная кровь, образуя у ее ног постоянно исчезающую лужу. Из приоткрытого рта вырывались сиплые стоны, закругленные голографические когти слепо шарили вокруг.
«Девушка, 15 лет, школьница. Найдена возле трупа матери. Была убита при попытке сбежать от контролеров. На момент поимки была заражена несколько дней».
Миловидная девушка с веснушками на бледном лице сидела в луже крови, водя по ней пальцем. Временами она зачерпывала горсть и наносила на кожу, скаля зубы и подвывая. В лиловых глазах, покрытых белыми точками, светилась жажда крови и животная ненависть к людям. Внезапно она дернулась, вскочила на ноги и, вытянув руки, рванула к зрителям, но в ту же секунду упала обратно, будто удерживаемая невидимой цепью.
«Мальчик, 6 лет, жил в интернате. Донесли надзиратели. Отправлен контролерами на карантин. Срок заражения на момент поимки неизвестен».
Тощий ребенок с серыми волосами до плеч задумчиво смотрел в планшет, теребя край рубашки. Он казался совершенно нормальным, но стоило кому-то подойти слишком близко, как ребенок вскакивал на четвереньки и, зарычав, пытался напасть. Красные глаза светились невероятной злобой, но когти были сломаны под корень. Женщина позади Хейна вскрикнула и шепотом прокляла малыша.
— Чудовище, видеть тошно, — выплюнула она, отходя подальше. Краем глаза парень заметил возле злобной дамочки беременную девушку, с ужасом смотрящую на вампира. Инстинктивно загородив живот руками, она явно молила всех богов и дьяволов избавить ее ребенка от такой участи.
В глаза Хейну бросилось слово «Заражен». Бегло оглядев таблички, он на каждой отчетливо увидел это слово, и в голове внезапно вспыхнула душная искра. Голограммы чудовищ исчезли — вокруг остались только полупрозрачные изображение умерших от неизлечимой болезни людей. Людей, на которых сейчас смотрят как на маньяков-кровопийц.