Чтение онлайн

Люс попыталась растолкать одного, другого — бесполезно. Ей уже пришло на ум засунуть в чьи-нибудь штаны головню из костра, но тут она вспомнила про боевой рожок.

Сняв его с первой попавшейся шеи, Люс набрала побольше воздуха и затрубила.

Раздался такой душераздирающий скрип, что у отважной А-Гард мурашки по спине побежали. Но отступать было некуда — она произвела рожком то же самое, только чуточку погромче.

Встрепанные стрелки, ругаясь и шаря неверными руками оружие, повскакивали на ноги.

Убедившись, что спящих не осталось, Люс выдернула из толпы на видное место Томаса-Робина. Вид у него был такой же заспанный, как у прочих — травинки в волосах и в бороде, а физиономия и даже изумительные фиалковые глаза — как и полагается после трехдневного загула.

Стрелки бурчали и с трудом приходили в чувство. Рыжий Питер даже высказался в том смысле, что неплохо бы раннего петуха, который так некстати раскукарекался, утихомирить кулаком по загривку. Он и замахнулся было, только какая же замашка у похмельного стрелка? Люс простейшим приемом айкидо коснулась волосатой ручищи — и Питер, не встретив кулаком никакой цели, пролетел мимо Люс и въехал носом в кучу хвороста. А Люс, положив руку на рукоять кинжала, обвела всю компанию таким ледяным взглядом, от которого здоровенные мужики сразу притихли.

— Первого, кто вставит хоть слово… — нехорошим голосом сказала Люс и посмотрела всем по очереди в глаза, в том числе и стоявшему чуть поодаль юному лорду. Желающих не нашлось. Наступила подлинная тишина.

Тогда Люс коротко рассказала, как похитили Свирель.

К ней выскочил Черный Джек.

— Куда же ты глядел, парень! — воскликнул он, хватая Люс за шиворот.

Неуловимым для взгляда захватом Люс перехватила его руку и мягко уложила неудачливого любовника на траву.

— Будешь суетиться — закину в костер! — пригрозила она. — Ну, ребята, что будем делать? Я здесь человек чужой, ни местности вашей, ни лорда вашего не знаю. Если поможете мне вызволить сестрицу — спасибо скажу. Нет — буду ломать голову сам.

— Странно ты нас просишь о помощи! — загалдели стрелки. — Кто же так к молодцам с просьбой приходит? Ты поклонись! Мы не кто-нибудь тебе — мы ватага!

Люс подбоченилась.

— Хороша ватага! — возмутилась она, глядя, естественно, на вожака. — Ваши часовые до того упились, что собственного имени не вспомнят! Надо было мне привести сюда лорда со всей его свитой! Вот была бы у охотничков добыча!

— И что бы они с нами сделали? — спросил малость протрезвевший вожак. — Связали по рукам-ногам да закинули в подземелье? И поили-кормили бы там, пока не приедет королевский суд? Вот тоже им удовольствие, одни расходы!

Ватага расхохоталась и тут окончательно проснулась.

Вожак обернулся и с удовольствием оглядел крепких парней.

— Ну, что, молодцы? — бодро спросил он. — Когда это мы оставляли женщину в беде?

— Никогда! — рявкнула ватага.

И тут вожак встретился взглядом с юным лордом.

Тот все это время молчал, но посмеивался. И странно было бы ему не веселиться, глядя, как опозорились лесные стрелки. Юноша не отвел взгляда, и, к большому неудовольствию Люс, это пришлось сделать Томасу-Робину.

Естественно, она пришла на помощь.

— Так вы поможете?… — обратилась она к вожаку, хотя это и так было ясно.

— Мы поможем тебе и твоей прелестной сестрице, — твердо решил вожак. — Чтобы не говорили о молодцах из Шервудского леса, будто они позволяют лорду обижать девиц! Эй, Черный Джек, ты уже пришел в себя?

В плотно стоявшей ватаге произошло какое-то движение, и на свет Божий был выпихнут Джек. Он, оказавшись перед Люс, уставился на обшарпанные носки своих сапог. И всем своим видом показывал — вот он, подлинный виновник всей катавасии, бейте дурака, только не до смерти…

— Пойдешь выручать невесту? — весело спросил Томас-Робин.

Джек разинул рот, но уставился при этом не на вожака, а на Люс. Он до тех пор смотрел на нее с надеждой, пока она не догадалась — в этом патриархальном веке братья выдают замуж сестер, если поблизости нет родителей, и Джек таким немым образом просит у нее руки и сердца Свирели.

— Что уж с тебя возьмешь… — проворчала Люс.

Это можно было счесть за положительный ответ, хотя вся ватага могла при надобности подтвердить — официального согласия Люс вроде бы не давала.

— Понимаешь, парень, — и Томас-Робин положил тяжелую лапу на плечо Люс, — с одной стороны, мы могли бы выменять твою сестрицу на сэра Эдуарда… если добрый сэр не станет возражать…

Последовал поклон вожака в сторону лорда и ответный высокомерный поклончик лорда вожаку.

— Но, с другой стороны, мы не хотим зря переводить добро.

Чтобы Люс поняла, какое именно добро, Томас-Робин мотнул головой в направлении лорда, а тот уставился на стрелка с большим интересом.

— За сэра Эдуарда мы много чего получим, если с умом возьмемся за дело. Нам ведь нужно к зиме и самим хлебом запастись, и беднякам помочь. Сэр Эдуард — это, если угодно, наш амбар и даже свинарник.

Получив такой комплимент, юный лорд сложил руки на груди, всем видом показывая: отольются кошке мышкины слезки…

— Так что если другого выхода вовсе не будет — мы обменяем пленника на твою сестрицу. Но сдается мне, что ее удастся вызволить и без таких жертв. Она ведь у тебя красавица!

— Тем хуже для нее, — мрачно сказала Люс и сама порадовалась, как это у нее ловко вышло в средневековом духе. Действительно — красавицу в Блокхед-холле могли ожидать большие неприятности.

— Скорее всего, наш благородный лорд решил, что отбил у стрелков пленницу. Вид у твоей сестрицы самый что ни на есть высокородный, так что в темницу ее не бросят, на хлеб и воду не посадят…

«А вот это было бы неплохо!»— подумала Люс.

— …а окажут ей всяческий почет! Конечно, лорду захочется удержать ее в замке подольше, а вот леди, насколько я понимаю, пожелает от твоей сестрицы избавиться, и чем скорее — тем лучше. Так что у нас есть шанс обойтись без размена пленных…

— Начнем с того, что чужому теперь будет непросто попасть в Блокхед-холл, — возразил юный лорд. — Брат догадается, что разбойники из Шервудского леса так просто не уступят свою красавицу.

— Ничего, добрый сэр, напрасно изволите беспокоиться! — с подозрительной учтивостью поклонился ему стрелок. — У нас есть свои маленькие хитрости. Черный Джек!