Чтение онлайн

— О да. Я участвовала в переговорах с десятью людьми, и даже одиннадцатью.

Элен почувствовала, как у неё отвисает челюсть.

— Завтра вы будете выступать перед восемнадцатью сотнями людей. Вы сможете почувствовать, обижается ли на ваши слова кто-нибудь из них?

— Вряд ли, если только этот человек не стоит ко мне ближе всех.

— Тогда, если не возражаете, я хотела бы дать вам несколько советов.

Тукана кивнула.

— Как это у вас говорят — я вся внимание.

Мэри вернулась в свою лабораторию на втором этаже и теперь сидела на вертящемся кресле чёрной кожи — предмет офисной роскоши, который редко встретишь в кабинете университетского профессора. Она отвернула кресло от рабочего стола и смотрела в большое северное окно, выходящее на озеро Онтарио. Она знала, что Торонто находится напротив Рочестера на противоположном берегу озера, но даже в ясный день она не могла отсюда разглядеть тот берег — он скрывался глубоко под горизонтом. Самое высокое рукотворное сооружение в мире, телебашня Си-Эн Тауэр [22] , находилась прямо на береговой линии Торонто. Она надеялась, что хотя бы её верхушка высовывается из-за искривления поверхности Земли, однако…

Однако она вспомнила, как Понтер говорил, какой большой ошибкой было выбрать для Хак, своего импланта-компаньона, голос его умершей жены. Вместо утешения он получил постоянное напоминание об утрате. Так что, возможно, это и хорошо, что Мэри не может увидеть в своё окно даже маленькой частички Торонто.

Как ей рассказывали, летом Сибриз был совершенно замечательным местом, но по мере того, как вступала в свои права осень, он становился мрачнее. Мэри приспособилась смотреть новости на канале «WROC» — местном филиале «Си-Би-Эс», но в каждом прогнозе погоды, который она слышала, упоминался «эффект озера», о котором она никогда в жизни не слыхала, живя на северном его берегу. В Торонто зимой снега не слишком много, но в Рочестере, похоже, сыплет без перерыва из-за того, что холодный воздух из Канады, двигаясь на юг, вбирает над озером влагу.

Мэри взяла кофейную кружку, наполнила своим любимым сортом «Максвелл Хауз», приправленным шоколадным молоком, и осторожно отхлебнула. Она успела пристраститься к «Экстремально шоколадному молоку» от «Upstate Dairy», которое, как и французский луковый соус «Heluva Good», в Торонто не продавалось. В жизни вдали от дома иногда бывают и плюсы…

Её раздумья были прерваны телефонным звонком. Она поставила кружку на стол. Её здешний номер знало всего несколько человек, и это был не внутренний звонок изнутри здания «Синерджи Груп» — в этом случае сигнал другой.

Она подняла чёрную трубку.

— Алло?

— Профессор Воган? — произнёс женский голос.

— Да,

— Это Дария.

Мэри тут же почувствовала, как у неё поднимается настроение. Дария Клейн — её аспирантка в Йоркском. Разумеется, Мэри дала свой новый номер всем на факультете: это было самое малое, что она могла для них сделать, сбежав в такой спешке перед самым началом занятий.

— Дария! — воскликнула Мэри. — Как я рада вас слышать! — Мэри представила себе угловатое улыбающееся лицо с каштановыми волосами.

— О, мне тоже очень приятно, — ответила Дария. — Надеюсь, вы не возражаете, что я позвонила. Я не хотела сообщать об этом по е-мэйлу. — Судя по голосу, Дария буквально подпрыгивала от возбуждения.

— Сообщать о чём?

— О Рамзесе!

Мэри уже собралась было пошутить «Вы знаете, он эффективен только на девяносто семь процентов», [23] но не стала. Дария, очевидно, говорила о египетской мумии, из которой она извлекала ДНК.

— Я так понимаю, результат положительный, — сказала Мэри.

— Да, да! Это действительно представитель династии Рамзесов — предположительно, сам Рамзес Первый. Записывайте ещё один успех на счёт Воганской технологии!

Мэри, вероятно, немного покраснела.

— Это здорово, — сказала она. Однако всю кропотливую работу по секвенированию выполнила Дария. — Поздравляю.

— Спасибо, — сказала Дария. — Те типы из Эмори просто в восторге.

— Замечательно, — сказала Мэри. — Отличная работа. Я вами горжусь.

— Спасибо, — снова сказала Дария.

— Как там у вас вообще дела?

— Да по-старому, — ответила Дария. — Помощники преподавателей поговаривают о забастовке, «Йоменов» [24] разносят в пух и прах, правительство провинции объявило о новых сокращениях.

Мэри невесело усмехнулась.

— Да уж, хорошего мало.

— Вы знаете, — сказала Дария, — по-настоящему плохая новость, что на этой неделе в кампусе изнасиловали женщину. В «Экскалибуре» [25] писали.

Сердце Мэри пропустило удар.

— Господи, — сказала она. Потом снова развернулась с креслом к окну, представляя себе, что видит в нём университетский кампус.

— Ага, — сказал Дария. — Причём прямо рядом, возле Фаркуарсон-билдинг.

— Там говорилось, кто жертва?

— Нет. Никаких подробностей.

— Насильника поймали?

— Пока нет.

Мэри глубоко вздохнула.

— Дария, будьте осторожны. Будьте очень осторожны.

— Обязательно, — ответила Дария. — Джош встречает меня с работы каждый день. — Джош — Мэри не помнила его фамилии — это бойфренд Дарии, студент из Осгуд-Холла [26] .

— Хорошо, — сказала Мэри. — Это хорошо.

— Ну, так или иначе, — сказала Дария, явно настроенная перевести разговор на более весёлую тему, — я звонила сообщить о Рамзесе. Скорее всего, будет какое-то освещение в прессе. Завтра к нам обещали приехать из «Си-Би-Си».