Люди

Посвящается

Марку Асквиту

Властелину множественных вселенных

— Я совершил ужасную вещь, — сказал Понтер Боддет, сидя верхом на седлокресле в кабинете Журарда Селгана.

Селган принадлежал к поколению 144, на десять лет старше Понтера. Его волосы были умудрённо седы, а пробор раздался вширь и превратился в широкую реку лысины, впадающую в озеро покатого лба над надбровным валиком.

— Продолжайте.

— Мне казалось, что у меня нет выбора, — сказал Понтер, глядя в пол; его собственный надбровный валик отгораживал его от взгляда изумрудных глаз Селгана. — Мне казалось, что ядолжен был это сделать, но…

— Но сейчас вы сожалеете об этом?

Понтер молчал, упершись взглядом в устланный мхом пол кабинета.

— Высожалеете о содеянном?

— Я… я не уверен.

— Вы сделали бы это снова, доведись вам снова пережить тот момент?

Понтер коротко хохотнул.

— Что смешного? — спросил Селган; в его голосе было скорее любопытство, чем раздражение.

Понтер посмотрел на него.

— Я думал, только мы, физики, устраиваем мысленные эксперименты.

Селган усмехнулся.

— Мы с вами не так уж сильно различаемся. Мы оба пытаемся найти истину и разрешить загадку.

— Надо полагать, — согласился Понтер. Теперь он смотрел на гладкую, плавно закругляющуюся стену цилиндрического помещения.

— Вы не ответили на вопрос, — напомнил Селган. — Сделали бы вы это снова, будь такое возможно?

Понтер какое-то время молчал, и Селган его не торопил, давая обдумать ответ. Наконец, Понтер сказал:

— Я не знаю.

— Не знаете? Или просто не хотите сказать?

И снова Понтер молчал.

— Я хочу вам помочь, — сказал Селган, поёрзав на своём седлокресле. — Такова моя цель. Я не собираюсь вас судить.

Понтер снова засмеялся, но в этот раз его смех прозвучал удручённо.

— В этом-то всё и дело, так ведь?Никто нас не судит.

Селган нахмурился.

— Что вы хотите сказать?

— Я хочу сказать, что в другом мире — на той, другой Земле — люди верят, что существует… у нас нет для этой концепции слова, но они называют этоБог . Бесплотное высшее существо, которое создало вселенную.

Селган покачал головой.

— Как у вселенной может быть создатель? Чтобы что-то было создано, оно должно иметь начало. Но у вселенной нет начала. Она существовала всегда.

— Вы знаете это, — сказал Понтер. — Я знаю это. Ноони этого не знают. Они считают, что их вселенной всего… они говорили про двенадцать миллиардов лет; полтораста миллиардов месяцев.

— Что же существовало прежде этого момента?

Понтер нахмурился, припоминая свои разговоры с глексенской женщиной-физиком Лу Бенуа — как бы ему хотелось уметь правильно произносить их имена! — Они говорят, что до этогоне было времени; что время началось лишь с появлением вселенной.

— Какая странная идея, — сказал Селган.

— Согласен, — сказал Понтер. — Однако если бы они признали, что Вселенная существовала всегда, то в ней не нашлось бы места для этого их Бога.

— Ваш партнёр тоже физик, не так ли? — спросил Селган.

— Да, — сказал Понтер. — Адекор Халд.

— Так вот, я уверен, что вы часто разговариваете с Адекором о физике. Меня же больше интересуют другие вещи. Вы упомянули этого… этого «Бога» в связи с концепцией правосудия. Расскажите мне об этом подробнее.

Понтер помолчал пару мгновений, пытаясь сообразить, как лучше описать эту концепцию.

— Похоже, что большая часть тех, других людей верит в так называемую «загробную жизнь» — в существование, которое следует за смертью.

— Но ведь это смешно, — сказал Селган. — Это терминологическое противоречие.

— О да, — согласился Понтер, улыбаясь. — Но это особенность их мышления — настолько распространённая, что они даже выдумали для неё специальное слово, словно, дав ему название, они разрешают парадокс. Я не могу произнести это в точности, как они, но звучит это похоже на«о-ксу-мор-он».