Чтение онлайн

— Я люблю тебя, Присцилла.

Часть груза оставили на Арсдреде, еще часть — в Рэггтауне. Еще сколько-то — на Велсенде, так что к Криско прибыл легкий и быстрый корабль с обводами скорее крейсера, чем торговца.

Экипаж у них тоже стал меньше. Несколько человек ушли потому, что их Клан имел недостаточно близкие отношения с Кланом Корвал; другие — потому, что были слишком важны для своего рода и семьи, чтобы рисковать собой ради чужого Клана. Большинство осталось. Земляне только пожимали плечами, слыша о запутанной политике лиадийцев, хотя капитан убеждал их уйти.

Присцилла осталась, как и Горди, хотя в этом отношении уговоры Шана приближались к приказам.

Направляясь к кабинету капитана, Присцилла глубоко вздохнула. Сам Шан объяснил ей тонкости меланти, так что она прекрасно понимала, что хотя капитан может отдавать ей приказы, Шан этого делать не имеет возможности. А капитан не может приказать ей уйти: как первый помощник она слишком нужна на корабле. Конечно, это не означало, что Шан должен быть этим доволен.

Она прижала ладонь к пластине замка, и дверь отъехала в сторону. Когда она вошла, Шан повернулся к ней от экрана:

— Добрый день, Присцилла.

— Добрый день, капитан.

Его губы изогнулись, а аура говорила о печальной иронии.

— Все еще на меня злишься, любимая?

Она подошла ближе и протянула ему руку — и обмякла от облегчения, когда он взял ее.

— А мне казалось, что это ты на меня сердишься.

— Я только страшно за тебя боюсь, — ответил он, и Присцилла прочла в глубине его ауры подтверждение этих слов. — Похоже, что наступила моя очередь бояться за тех, кто мне дорог. — Он указал на экран. — Я получил сообщение по узкому лучу от Анторы.

— Она здорова? — спросила Присцилла, пытаясь расшифровать несколько новых резонансов, появившихся в его ауре: ей было совершенно непонятно, какое место и значение они имеют в душе любимого ею человека.

— Здорова? — Шан коротко хохотнул. — Она сообщает, что прогнала захватчиков от самых дверей Треаллы Фантрол, и просит моего согласия как Тоделма на включение основных защитных экранов. Что, по ее признанию, она уже сделала. А еще она дает мне знать, как то и положено, что она с несколькими кошками собирается перебраться в Джелаза Казон.

Присцилла села на подлокотник кресла и изумленно воззрилась на Шана:

— Антора все еще на Лиад?

Но я думала…

— Что все благополучно эвакуировались? Я тоже так думал. Но моя сестра сообщает мне, что осталась охранять Дерево, — проговорил он с немалой горечью.

Дерево… Живой символ величия Клана Корвал, возраст которого составляет много сотен лет, достигшее в высоту четверть мили и все еще продолжающее расти. Присцилла заставила свой разум работать, оценить пользу символики и политические преимущества от пребывания на планете сторожа. Лиадийцы имели долгую традицию тонких политических ходов, а она еще по Храму помнила, какую силу имеет древний и мощный символ. Подняв глаза, она поймала на себе внимательный взгляд Шана.

— Джелаза Казон, — медленно проговорила она, двигаясь на ощупь, — это Главная резиденция Делма. Ты говорил — первый дом Клана. А Вал Кон как-то говорил мне, что самые древние помещения находятся под землей, так что, наверное, они защищены лучше, чем Треалла Фантрол. Если Антора осталась, чтобы охранять Дерево, то есть прямой смысл оставаться рядом с ним, в Джелаза Казон.

— Так и она говорит, — сухо отозвался Шан.

Присцилла успела заметить вспышку какого-то яркого, жесткого и сильного чувства, но он почти мгновенно его подавил и спрятал под свою обычную ауру.

— В свете сообщения моей сестры о попытке вторжения, — сказал он спустя секунду, — у капитана есть поручение для первого помощника.

Она наклонила голову и стала дожидаться инструкций капитана. Непонятно откуда пришел страх, скопившийся где-то под сердцем.

— От имени капитана ты передашь привет суперкарго йо-Ланну, — мягко проговорил Шан, — и попросишь, чтобы он немедленно ко мне пришел. После этого ты лично разместишь четыре модуля, которые будут доставлены в пятнадцать ноль шесть, по одному на каждую точку сочленения, и закрепишь их. Экраны покажут, когда автоматика присоединится к главному компьютеру. После этого ты вернешься сюда, ко мне.

— Оружейные модули. — Она воззрилась на него, и страх перешел в ужас. — Но ведь «Исполнение» вооружено, Шан…

— А теперь наше вооружение будет полным. — Он повернулся, избегая встречаться с Присциллой взглядом, и она возблагодарила Богиню за то, что он не воздвиг перед ней Стену. — Антора сообщила, что к нашим дверям явились убийцы, Присцилла! Что ты предлагаешь мне делать?

Не получив от нее ответа, Шан резко втянул в себя воздух и встретился с ее глазами.

— Ты слышала, что я говорил экипажу, и тебе одной: мы преследуем исключительно интересы Клана Корвал. И теперь ты видишь, что это значит. Что это может означать. — Он наклонился к ней и протянул руку. От камня в кольце мастер-купца отразился луч света. — Мы в состоянии войны, Присцилла! Или скоро в нем окажемся. Так ты согласишься отправиться в безопасное место?

— Безопасное место? — Она покачала головой и не приняла его руки. — Оружие — здесь. Но ты ведь только что получил сообщение от Анторы! Ты прилетел сюда, чтобы загрузить оружие.

— Нет. — Он откинулся на спинку кресла и потер кончик носа. — Присцилла, Корвал — древний Клан. И очень богатый. У нас повсюду есть склады. Есть и несколько хранилищ с оружием. Так уж случилось, что одно из них находится на Криско. — Он помолчал, а потом добавил с непонятным мерцанием в глубине ауры: — По счастливому стечению обстоятельств.

— Хорошо. — Она встала на ноги и поклонилась. — Первый помощник идет исполнять приказ капитана.

— Паранойя, Присцилла. Это то слово? Корвал… — Он замялся. — В течение веков, с тех пор как Кантра йос-Фелиум посадила эвакуационный корабль на Лиад, Делмы Клана проводили политику и действовали «только ради Клана Корвал». Мы собираем корабли — для бегства, для боя. Мы накапливаем деньги, власть, влияние. Делмом может стать только пилот! Мы проводим генетический отбор на пилотов, Присцилла! Чтобы обеспечить наибольший шанс на успешное бегство для наибольшего количества членов Клана, если возникнет такая необходимость. Даже самые добропорядочные из нас — ренегаты.