Шёл по пути некий пир, предводитель,увидел сонм ангелов.В большом ходу был там один вид монет,и ангелы выхватывали их друг у друга.Шейх спросил ангелов:«Что за монета, расскажите, в чем дело?»«О пир пути, — ответила духовная птица, —шёл здесь некто, заболевший путём,из чистого сердца его вырвался вздох,и, проходя, омыл он тёплыми слезами дорогу.И теперь мы за эти тёплые слёзы и прохладный вздох,что на пути боли вырвались, друг с другом соперничаем».О Боже! У меня много стонов и слёз,если ничего больше нет у меня, хоть это есть точно.Если положены там слёзы и стоны,то в наличии этот товар у раба.Очисти же двор моей души стонами,затем омой тетрадь мою слезами моими.Иду, заблудившийся, не нашедший дорогу,и сердце только черноту обрело, подобно демону.Будь вожатым моим, смой и тетрадь мою,и оба мира со скрижали моей души.Из-за Тебя бесконечна боль в моём сердце,и если есть душа у меня, то стыдно мне пред Тобой.Проведя жизнь в печали из-за Тебя,я желал бы ещё сто таких жизней.Пока текла моя жизнь в горе из-за разлуки с Тобой,каждый миг я переживал всё новую боль.Из-за самого себя среди сотни мук могу я остаться,так удержи мою руку, о Подающий мне руку!
Абу Сайд Майхани и пьяный
Мужчины пути с Абу Саидом Майханиоднажды в ханаке находились.Подошёл пьяный, в слезах, не находя себе места,к двери ханаки взволнованно.Начал вести себя безобразно,рыдать и более прежнего пить.Заметив его, шейх к нему вышели встал над ним, успокаивая.«О ты, пьяный, поменьше ругайся, — сказал шейх, —зачем ты здесь? Дай руку мне, подымайся».«Эй! Пусть Всевышний поможет тебе, — ответил тот. —Взять руку — это не твоё дело, о шейх!Ты свою возьми голову и ступай мужественно,а меня оставь с головой, склонённой пред Ним.Если бы любой был в силах руку подать,муравей тоже стал бы эмиром давно.Уходи! Взять руку — не твоё это дело,я — не твоего состояния, уходи!»От его боли шейх пал на землю,от слёз желтое лицо его покраснело.«О Ты, Который Суть всё! Будь необходим мне!Упал я, подняться мне помоги.Я оставался в яме зиндана в оковах,в такой яме кто мне руку подал бы?И тело моё испачкалось в заключении,и сердце моё измучилось в истощении.Пусть очень грязным, но я выступил в путь —помилуй меня, ибо я вышел из ямы и из зиндана».
Ариф просит Бога о прощении
«Если завтра Всемогущий, — сказал некто из благородных, —в Поле воскресения спросит меня:"О безысходный! Что же принес ты с собой?",я отвечу: "Что из зиндана приносят, о Боже?Полно грехов из зиндана принес,потеряв и ноги, и голову, пришёл в изумлении.Ветер в руках, а сам — лишь прах перед Твоим порогом,пути Твоего я пленник и раб.Поэтому не продавай Ты меня,надень наряд из милости на меня,чтобы отнесли меня чистым вопреки моей грязи,и верующим меня земля приняла бы.И когда земля с кирпичами моё тело покроют,прости всё хорошее и дурное, мною содеянное.Раз допустимо сотворить меня безвозмездно,то и простить безвозмездно меня — объяснимо!.."»
Уход Низама аль-Мулка
Когда подошёл час Низама аль-Мулка [367]он воскликнул: «О Боже, уйду я с пустыми руками.О Творец! Каждый раз, Господи, когдамне кто-то встречался, о Тебе говорящий,я старался побольше о нём разузнать,помогал, становился другом ему.Я привык упоминания о Тебе покупатьи никогда не продавал их другому.Так как много раз я упоминания о Тебе покупали ни разу их не продал, как нечто иное,в последний мой час меня выкупи,ведь Ты — друг тех, кто друзей не имеет. Помоги мне».Боже, помоги мне в тот миг,ибо тогда, кроме Тебя, у меня никого и не будет.Когда мои чистые друзья с кровью в глазахот моей земли свои руки отнимут,протяни мне Свою надёжную руку в тот час,чтобы ухватился я быстро за полу Твоей щедрости [368] .
367
Низам аль-Мулк (1018-1092), великий визирь Сельджукидов.
368
Оборот «за полу щедрости» связан со старинным обычаем подданных касаться края одеяния правителя, вместо того чтобы взять руку правителя, когда последний, чуть склоняясь, подавал свою руку в знак милости и благоволения.
Сулейман и муравей
Когда Сулейман со своими знаниямив безысходности воззвал к муравью:«Скажи мне, о ты, который меня изумлённее!Какая глина в большей мере смешана с горечью?»,тотчас ему ответил хромой муравей:«Последний кирпич на тесной могиле.Когда последний кирпич соединится с землёй,зарыты, все дочиста, под ним и надежды».Когда у меня под землёй, о Пречистый,надежда сорвётся и на Вселенную [369] ,и кирпич наконец мне прикроет лицо,Ты не отворачивай от меня лик Своей Милости.И пока на этого изумлённого не набросают земли,ни в коем случае ничего не говори мне в лицо.Таким образом, ни об одном из многих греховТы в лицо мне не скажешь, о Боже!Ты — абсолютно Милостив, о Творец!Оставь все, что было, и — прости.
369
«Вселенная» здесь означает всех мыслимых живых существ.
Абу Сайд в бане
Абу Сайд Майхани был в хамаме [370] ,там беспардонный гаэм [371] попался ему.Собрал он грязь с шейха вплоть до его руки выставил её перед глазами шейха.«О ты, чистая душа, поведай мне,что такое благородство в этом мире?» — спросил шейха гаэм.«Спрятать грязь и не показывать её людям —это и есть благородство», — ответил шейх.То был достойный ответ гаэму,от которого тот сразу пал шейху в ноги.Он признал свою глупость:шейху стало весело, а гаэм раскаялся.О Творец, Господь мой, Покровитель!О Падишах, Заботливый и Прощающий!Всё благородство людей мира —лишь капля от моря Твоей щедрости,ведь в Тебе сила гаэма абсолютна — но лишь по сути [372] ,и описать Твоё великодушие вообще нет возможности.Прости нам нашу наглость и наше бесстыдствои не показывай нашу грязь нашим глазам.
370
Хамам — баня.
371
Старинное слово, ещё не полностью вышедшее из употребления. Так называли особого прислужника в бане, который жесткой тканью стирал грубую грязь с тела пришедших, прежде чем те начинали мыться водой.
372
Подразумевается, что Бог, Всемогущий и Всеведущий, всегда может показать человеку его подлинное лицо, в том числе всю человеческую грязь, но всё-таки не делает этого.