Лиан
Шрифт:
Нужно подойти... сказать... что? Что я брат? А какая у вас группа крови, брат? Не знаю. Давайте проверим...
Стоп!!! Хватит!!! Я хочу её спасти!!! Но...
...не могу...
– ... кровь остановили, но нужна ещё.
– Нельзя везти, нужно ждать следующей машины. У нас ещё есть раненые.
– Много?
– Пока двое. Нужно ждать...
– Лиан...
– этот голос раздался во мне как гром, хоть она была далеко и говорила почти шёпотом. Я сорвался с места и бросился к машине скорой. Подбежал, схватил маленькую ручку с пластмассовым колечком, которое мы купили сегодня на рынке, склонился над ней. Я видел только лицо, ниже старался не смотреть. Щёки испачканы, на носу какая-то сажа, царапина возле брови. И нет слёз. Почему-то я понял, что она не выживет, и сейчас я вижу её в последний раз.
– Лиан... мама...
– она пыталась что-то спросить, но не смогла. Закрыла глаза. Я сжал руку: думал, что всё, но глаза вновь открылись.
– Я тебя люблю, - прошептал я и прижал её ручку к щеке. К моей сверхпрочной щеке, по которой текли слёзы, смешиваясь с копотью и пылью.
– И я...
– Молодой человек, вы отец? Ваша дочь может умереть, ей срочно нужно...
Я понимал его слова, но забывал сразу же, как только он их произносил. Несколько секунд смотрел на сестру, которая ещё дышала, но глаза её были закрыты. Я проклинал всё на свете и молил богов, чтобы они сохранили ей жизнь. Я видел только её лицо, и смотрел, смотрел, надеясь, что таким образом задержу её здесь чуть дольше. Повернулся к доктору я только тогда, когда он схватил меня за плечо. Вид у меня был как у мёртвого, поэтому доктор воззрился на меня изумлённым взглядом, но всё же спросил.
– Дочь? Ей нужно...
И он надеется. Я ведь здесь, и могу стать рукой, которая вытянет сестрёнку на поверхность. Могу отдать часть своей жизни, чтобы продлить другую. Но как, как ему объяснить, что я хочу отдать ВСЁ, но не могу НИЧЕГО?! Все видят только то, что происходит, голые факты, а о том, что мы при этом думаем, чем руководствуемся - совершенно не знают. Что толку, что я скажу "Хочу, но не могу". Поверят только во второе.
– Молодой человек...
– Хватай, раз, два, три!
– Стойте! Вы же...
– ... моя машина? Она была...
– ... не беспокойтесь, скорая уже здесь.
– Ваша машина разбилась? Где...
Эхо в голове. Обрывки голосов, бегающие туда-сюда люди... Меня приняли за одного из шофёров, которые были вовлечены в аварию. Кажется, доктора первое время пытались меня удержать и что-то спросить, но я не помню ничего конкретного, только хаос. Хаос и личико моей маленькой сестры. Тогда мне казалось, что они все расплачиваются жизнью за эту мою неуязвимость. Все: Бус, Илин, родители... Если бы я нашёл того, кто придумал этот ужасный перевес, если бы я мог узнать, зачем это всё...
Вечером я вернулся домой. Честно говоря, не помню, как. Наверное, пешком дошёл, а может, и на автобусе... Опомнился я только тогда, когда хлопнула закрывшаяся дверь. Прошёл в комнату, сел на диван и долго сидел, глядя в одну точку. Потом додумался включить телевизор.
Всё было сделано очень оперативно.
– ...семнадцать человек погибли, трое были ранеными доставлены в больницу, но все скончались от потери крови...
– Прости!..
– прошептал я и заплакал. Надеялся, что умру, но потом вспомнил, кто я, и закричал.
– Ненавижу себя! Ненавижу!!!
Позже я много думал об этом, но от чувства вины отделаться так и не смог. Я виноват уже в том, что родился Лианом, что изначально получил какое-то преимущество в жизни, которое мне эту жизнь перевернуло и сломало, и в том, что я ничего не могу сделать для других. Только для себя.
Именно в эту ночь я отправился к Иерарху и излил на него весь гнев, который у меня накопился, и тогда же убедился, что мои нервы почти так же крепки, как я сам. Потому что не бил и не истязал своего самого ненавистного врага, сам не знаю, почему. Может, из-за моего неприятия насилия в любой форме, из-за которого у меня и были разногласия с Иерархом? Мой гнев прошёл уже на следующий день, остались только усталость и тупая боль, и они остались навсегда. Какой смысл в жизни, если тебе суждено всегда быть одному? И зачем я вообще нужен?
"Не был бы один, если бы не Иерарх!" - шептал внутренний голос, и я понимал, что он отчасти прав. Так получилось, что я попал во все возможные экстремальные ситуации и несчастные случаи, о которых все знают, но лишь понаслышке. Каждого предупреждают: "Не делай то, иначе это...", "Не делай это, иначе то..." Всех учат, как себя вести, когда вокруг отравляющий газ, когда рядом человек с повреждённой артерией, когда пожар... но все ли встречают эти ситуации в жизни? Нет. И не задумываются о них, пока не встретят. Вот и я не думал, что мне может понадобится защищать кого-то, кроме себя, и что будет иметь значение моя кровь, которую никак не извлечь, даже если я захочу. Но у меня всё получилось не как у всех, а наоборот. Кажется, нет такой ситуации, в которую бы я не влипал. А всё потому, что родился Лианом и вёл себя, как скотина. Потому что пошёл на работу к Иерарху. И виноват во всём этом лишь один человек.
Я.
****
Я вошёл внутрь и огляделся. Тусклая лампочка, старый стол в углу, за ним - молодая женщина с собранными в пучок светлыми волосами и в сером пиджаке. Она приветливо улыбнулась мне.
– Здравствуйте. Вы хотите сделать заказ?
– Да, - кивнул я и покосился на широкую дубовую дверь с надписью "Мастерская".
– И много чего.
– Я могу порекомендовать очень опытного мастера, Синин Керимау. Он прекрасно шьёт для мужчин, - предложила девушка.