Чтение онлайн

– Этим их не убьешь, – не выдержала Лавиани, прислушивающаяся к разговору. – Поверь моему опыту.

– Ты пробовала? – рассмеявшись, спросил Тэо, но по ее лицу понял, что она и не думала шутить. – Серьезно?! И осталась жива?

– Как видишь, мальчик, – сухо сказала та.

Она замолчала, и Шерон с некоторой доли печали спросила:

– Подробностей мы не дождемся? Они бы нам пригодились.

– Подробностей? Вот тебе подробности, указывающая. Лучше не связываться с этим существом. Сделать, как оно просит, и уж точно не стоит поливать его козьей кровью. Это случилось в Нейкской марке. Я была молода. Гостила у… друга. Пустынь от тех мест довольно далеко, но я встретила лунного человека [13] … Скажем так, в не самый приятный момент моей жизни. Он вселился в моего… товарища. Довольно неприятный получился тип. Зеркальные глаза, как и у этого, кровь, похожая на ртуть, которая превращается в темный дым.

– Постой! – оборвал ее Тэо. – «Как и у этого»?! Ты что же, смогла его ранить?

– Это даже ранением нельзя назвать! – фыркнула та. – Поцарапала его, да и то чудом. Короче. В тот раз у меня не было дубовой доски и козьей крови, но я разбила рукой зеркало, всадила осколок ему в шею. Потому что тоже слушала глупые детские считалочки. Надо сказать, шаутт был довольно резв для того, кто должен умереть от касания зеркалом.

Она нехорошо улыбнулась, вспоминая ужас, нахлынувший на нее, когда тварь с легкостью убила сойку, с которым она работала, и собиралась разобраться с ней.

– И как же тебе удалось выжить?

Лавиани не стала говорить, что для этого потребовалось все четыре ее бабочки, вся храбрость и все проворство, отчаяние, ужас и желание вернуться назад, к сыну.

– А как выживают воины, сражающиеся на границе с Пустынью?

– После столкновений с демонами, которые, по слухам, довольно редки, целыми остаются лишь единицы.

– Дам простой рецепт. Я била, рубила, колола и резала. А после сожгла все, что осталось. Существа, живущие в вечном мраке той стороны, не любят огонь.

После того случая она почти два месяца провалялась в горячке, и лекари сомневались, что девушка, которой Лавиани тогда была, уже не выкарабкается. Но она совершила невозможное и осталась жить. В отличие от шаутта. Если честно, тогда сойка считала, что больше уже никогда не встретится ни с чем подобным.

Она не хотела продолжать этот разговор и решила напомнить акробату их прошлую беседу:

– Не пришла ли пора следующей части истории? Раз уж мы снова вместе.

– Истории о чем? – не поняла Шерон.

– Я рассказываю Лавиани легенды, – улыбнулся Пружина. – О том, кто такие асторэ и как они потеряли волшебство.

– Но ведь это всем известно, – недоуменно приподняла брови указывающая.

– Кроме меня, – не слишком благосклонно буркнула в ответ сойка.

– Насколько я помню, мы остановились на том, что Шестеро обманом забрали у асторэ магию и выбросили их на ту сторону.

– Угу.

Тэо на мгновение задумался:

– Это привело к печальным последствиям. Шестеро не предусмотрели их. Отбросы магии и совершенно другой мир, чуждый всему живому, начали менять бывших хозяев нашего мира. К тому же вокруг витало то, что они когда-то создали своими руками – гвины, их вторые, порочные и опасные дети. Эта накипь, истинная суть зла, слилась со своими родителями, а измененная магия довершила остальное. Почти все асторэ исчезли, и появились новые существа. Тени. Горький дым. Дыхание мрака. Демоны тьмы. Лунные люди. Те, кого мы называем шауттами. Ими правила ненависть и смерть.

– Так это я Шестерых должна благодарить за то, что тащусь в Талорис, – скривилась Лавиани. – Вот тупоумные ублюдки. Жаль, что я не вижу их рожи. Это все равно что запереться в доме, в котором полыхает пожар, и проглотить ключ. Незавидная судьба у тех, кто нас создал. Из богов в чудовища.

– Не все асторэ стали шауттами, – тихо сказала Шерон.

– Верно, – кивнул Тэо. – Среди них были те, кто мог сопротивляться той стороне, кто не потерял себя. Они держали оборону во мраке, на острове света сражались с шауттами. Пытались отправить весть Шестерым о том, какая беда вскоре ждет все живое. Старались найти выход из мира, куда попали благодаря лжи и обману. И гибли. И вот когда их осталось совсем мало, один из них нашел способ вырваться из узилища. Он и еще несколько его друзей прошли все слои темного мира и вернулись обратно, но этот переход дорого обошелся им. Асторэ стали людьми.

– Смешно, – сухо сказала Лавиани, даже не собираясь смеяться. – Ниже пасть просто некуда.

– Немного не так, Тэо, – поправила его указывающая. – Внешне они были похожи на людей. Такие же, как мы. Но в них текла прежняя кровь, кровь тех, кто обуздал магию и создал нас. Сменялись поколения, и они стали забывать, кем являются, пока не появился Вэйрэн.

– Вэйрэн Темный Наездник. Под таким именем его теперь знают, – произнес акробат. – Он не мог пользоваться волшебством, которое отобрали у его народа Шестеро, но обладал способностью проходить на ту сторону. Там он учился, узнал новую магию, перенял то, что было у шауттов.

– Демоны поделились с ним просто так? – хмыкнула Лавиани.

– Конечно же нет. Они поняли, что этот асторэ для них настоящий подарок. Шанс причинить много зла. И они начали дарить знания, исподволь затягивая своего нового «друга» во мрак. Сперва он не сообразил, чем это грозит, а затем было уже слишком поздно. Он сам в какой-то степени стал злом, у которого появилось новое волшебство. Магия, связанная с той стороной. Темный Наездник пустил шауттов в наш мир, и они убивали, насылали мор, жгли города и отравляли водоемы. Демоны окончательно отравили разум Вэйрэна, рассказали ему о том, что сделали Шестеро, и он захотел отомстить убийцам своего народа. Шаутты сковали ему из тьмы черные доспехи, ключи к их миру, способные призвать легионы из мрака. И Темный Наездник поднял асторэ на войну, а также сторонников-людей, поверивших ему. И вот состоялась Битва Теней. На бледных равнинах Даула, колыбели человечества, которая теперь скрыта под водами Жемчужного моря, произошло грандиозное сражение. Вэйрэн и его сподвижники оказались так сильны, что убили Мальта и ранили Моратана. Но оставшиеся четверо смогли победить его.

– Горькая была победа, – произнесла Шерон, и взгляд ее серых глаз стал печален. – В той битве погибло множество людей с обеих сторон. Сотни тысяч остались на равнине, и мир опустел. Пал Темный Наездник и почти все асторэ. Из семнадцати семей уцелели лишь две. Разбитые армии шауттов были выброшены обратно на ту сторону. Эпоха Света закончилась в тот час. Моратан умер на следующий день от ран.

– А я думала, боги умереть не могут. – Лавиани не скрывала ехидства.

– Они никогда не были богами, хоть и стали равными им. Мы почитаем их как тех, кто спас мир от шауттов, – произнесла указывающая.

– Временно, прошу заметить. К тому же с учетом того, что благодаря им появились демоны, заслуга Шестерых явно переоценена.

– И все же они осознали свою ошибку и попытались ее исправить.

Лавиани на этот аргумент Шерон лишь фыркнула, но решила не спорить.

– Чтобы победить Вэйрэна, пробить его черные латы, Шестерым пришлось драться его же оружием, используя магию той стороны. Магию демонов, – произнес Тэо. – Они коснулись ее и оказались отравлены. Понимая, что рано или поздно та сторона захватит их, обратит во мрак, как это случилось с Наездником, они решили уйти. И покинули наш мир, чтобы не подвергать его риску. Ну а Вэйрэну не удалось вернуть потомкам асторэ то, что принадлежало им по праву.