Чтение онлайн

— Лия, это правда, что ты оборачиваешься в драконицу?

Я удивлённо на него посмотрела.

— Мальчишки вас видели, — сказал барон, — на лесном озере.

Ох уж эти мальчишки — сказала я, — да, Гилар, с тех пор как во дворце в Мельдоре я услышала зов сына, я стала оборачиваться.

Барон покивал:

— Род Опал, ты знаешь, что последняя женщина, получившая дракона, была именно в твоём роду?

—Да, мне Кларина рассказала, —сказала я.

—Она была очень мудрая и в её правление империя процветала, — задумчиво сказал барон.

А я не поняла к чему он ведёт, пока он не сказал:

— Ты могла бы стать императрицей.

Я вспомнила, как Дарн говорил мне почти то же самое, и как постоянно находил причины, чтобы мне не нужно было никуда выезжать из Сартаиса. Меня забавляла его ревность, по-женски было приятно, но казалось несколько наивной его желание спрятать и скрыть меня ото всех.

Барону я ответила вопросом:

— Если я решу стать императрицей, вы дадите согласие на мой брак?

— Ты видела нашего император? Раэндира?

Я отрицательно покачала головой:

— Нет.

— Он красив и умён.

— Думаю, что нет некрасивых драконов, — сказала я, и улыбнулась, — это была хороша попытка Гилар.

— Значит всё-таки Дарн Каэнарр? — барон посмотрел на меня и в его глазах я увидела отражение старой боли.

— И как твоя драконица относится к дракону Каэнарра? — вдруг задал вопрос барон.

Я читала, что если драконы приняли друг друга, то людские законы не указ, но разрешение и благословление главы рода необходимо, чтобы исключить любой риск для возникновения парной связи.

Я улыбнулась, потому что это был больной вопрос. Каждый раз оборачиваясь я как драконица наслаждалась обществом моей пары и никак не могла понять, почему я человек продолжаю сопротивляться нашей любви.

— Она любит его, — сказала я.

Барон замолчал. И когда я думала, что он просто таким образом прекратил разговор, он вдруг сказал:

— Я согласен. Согласен на ваш брак, но мы составим брачный договор и, если эта чёрная ящерица его нарушит, то откат будет посильнее чем после нарушения договора с Мельдором.

Узнав о том, что барон Аронар готов дать разрешение на наш брак, генерал примчался меньше, чем через час

И барон начал обсуждать мой брачный договор с генералом Каэнарром.

После второй недели обсуждений, к нам приехал Его Величество, чтобы просить за друга.

Не знаю, о чём король, вернее уже император разговаривал с бароном, но в конце концов договор всё же подписали.

И сегодня я выходила замуж и у меня снова было впереди три этапа брачного ритуала.

Первый этап брачного ритуала - это была церемония в храме. В храм полагалось идти в специальной одежде, которая включала в себя плотную непрозрачную вуаль.

Когда на меня надели брачную вуаль, то я поняла, как так получилось, что генерал не разглядел лицо своей жены, когда женился на Амалии. Через неё и мне было трудно рассмотреть, что там снаружи, моего лица не было видно вообще, и вуаль не просто закрывала лицо, она спадала на грудь, то есть даже стоя вплотную и вглядываясь, нельзя было увидеть хоть что-то.

Но в этот раз генерала не удержали ни вековые традиции, ни подписанный договор. Прежде чем произнести клятвы, он взял и откинул с моего лица вуаль, по храму пронёсся возмущённый вздох, а служитель высказал генералу претензию.

Но Каэнарру было всё равно, он довольно улыбнулся и, убедившись в том, что под вуалью именно я, снова накинул вуаль мне на лицо.

После церемонии мы должны были поехать в дом Каэнарра, но у него не было в Сартаисе своего дома, а барон поставил условие играть свадьбу именно в Сартаисе.

Из храма мы с Дарном выходили через разные врата, такова была традиция, невесту, всё ещё в вуали, должен был вести отец или глава рода, и на входе в дом передать супругу, а уже в дом, мы должны будем войти вдвоём.

Дом нам выделил Его Величество. Посольский дом, где проходили переговоры с Мельдором, бывшая королевская резиденция. Он находился на главной площади Сартаиса.

Перед храмом каждого из нас ждал свой экипаж, мы с бароном должны были сесть в свой экипаж, а Каэнарр в свой, и так процессией поехать к дому.

Мы шли с бароном, я держала его под руку, иначе точно бы упала, под вуалью ничего не было видно. До экипажа оставалось не более десяти шагов, когда вдруг одновременно произошло сразу несколько вещей.

Сначала стало тихо. Я помнила такую тишину, когда меня арестовывали при переходе через границу, там использовались специальные артефакты. И мне вдруг подумалось, что это очень нехороший знак. И я откинула вуаль, и меня вдруг окатила холодная волна ужаса.

Прямо перед экипажем стоял мужчина, я его знала, это был лорд Сафар Айронир, но я так давно его не видела, что уже и забыла, что он есть. И именно в этот момент я вспомнила, что у меня были подозрения насчёт него, но в свете всех событий я забыла об этом, и, конечно же никому не рассказала.

Он стоял лицом к нам и вдруг вытянул руку прямо на меня, дальше всё было как в замедленной съёмке. Раздался странный хлопок, посреди неестественной тишины он звучал будто раскат грома, и я увидела, как что-то маленькое и чёрное вылетело как будто из руки мужчины, и вдруг от этого маленького начали разлетаться в стороны какие-то чёрные капли, они летели прямо на меня, и я не успевала отклониться.

С каждым сантиметром эта субстанция увеличивалась, словно маленькая чёрная капля порождала мелкие капли, но так быстро, что глаз не успевал улавливать этот процесс. И уже через пару секунд на нас с бароном неслась огромная чёрная туча.