Чтение онлайн

– Это не победа, - отрицательно качал он головой.
– И хоть я всегда уважал грубую силу, мне стоит тебя поздравить.

Я молчал.

– Пойдем. Мне есть что с тобой обсудить.

Когда мы вышли в коридор, там нас встретил Капитан. Он стоял на углу, нервно оглядываясь по сторонам, и завидев нас, тут же бросился навстречу.

– Это мой. Мой раб победил!

Султан посмотрел на него, но не остановился.

– Эй, мальчуган, ты что, забыл меня?

– Нет времени на разговоры.

– Что? Что ты такое несешь? Ты мой. Слышишь, ты! Ты мой. Я купил тебя! Забыл?

Я остановился и вместе со мной остановился султан. Капитан не ожидал подобного и несколько секунд молча смотрел то на меня, то на Султана, внимательно следившего за каждым его движением.

– Я слушаю, - сказал он искусственным голосом.

– Он мой.
– робко отозвался Капитан.

– Сколько ты за него хочешь?

– Хочу...Чего?

– Деньги, топливо, бесплатный ремонт, женщин. Назови свою сумму.

Капитан опустил голову и стал нервно чесать затылок. Цена вот-вот должна была созреть в его голове. Мы ждали. Шло время. Минута. Потом алчный работорговец наконец разродился необходимой ценой и несмотря на явный перебор, Султан дал свое согласие ничуть не поведя бровью.

– Найди Малика на внешнем периметре, он даст тебе оговоренную сумму.

Глаза Капитана раскрылись от неожиданности. Казалось он был готов подпрыгнуть от радости, но сдержался, учащенно дыша от радости хорошо завершенной сделки.

Мы зашагали дальше. Коридор заканчивался, в конце нас ждал яркийсвет. Лифт, несколько десятков секунд монотонного подъема и солнечные лучи впились в глаза, ослепив на короткое время обоих.

– Мой корабль чуть дальше, на второй платформе. Ты знаешь где это?

Я ответил, что нет.

– Хорошо. Там я тебе все расскажу.

Глава 13

XVII

Офицер устало смотрел на меня.

– Он знал кем ты был?

– Да, - ответил я.
– Несмотря на изуродованную внешность и все попытки скрыть кто я и откуда взялся, Султан почти сразу все понял. Он так и сказал: "Думаешь Чемпион бы принял вызов какого-то раба? Нет. А вот сразиться с сыном самого Эдварда Гувера - такое не часто выпадет в жизни."

– О чем вы с ним разговаривали?

Я пожал плечами.

– Всякое было. Султана интересовали причины и следствия. Как? Почему? Я пытался все объяснять, но в его уме не складывалось как так получилось, что мне пришлось столько времени пробыть рабом на службе работорговца. 

– Ты больше не попал на его корабль?

– Нет.

– А что с экипажем? Ты не видел их?

– Чуть позже я узнал, что док умер как раз во время моего боя с Чемпионом. Дурман довел его. Очень жаль, он был хорошим человеком.

– Мира?

– Ничего не знаю. Работорговец отчалил в тот же день, как получил деньги за меня. Султан так и не назвал сумму, посчитав, что это в прошлом и не стоит заострять на подобном внимание. 

– Почему он так поступил? 

– Он знал моего отца....нашего отца.
– я прямо посмотрел на офицера.
– Рассказывал о нем, говорил, что много лет назад, когда война между Кланами набирала свою силу, он встретился с ним в одном бою. Не сказал правда по одну ли сторону им пришлось сражаться, но о той битве у каньона до сих пор слагают легенды.

Офицер закурил.

– Я думал, что все эти Султаны выдумка чудаков. Они говорят о событиях почти полувековой давности так, будто только вчера участвовали в них. Не знаю даже стоит ли все это вносить в документы.

Я махнул рукой.

– Пиши, пусть бумага сохранит историю, раз нам всем скоро суждено будет покинуть этот мир.

Он усмехнулся.

– Что-нибудь еще?

– Работа. Наемники. Он дал мне право выбрать свой дальнейший путь. Я мог бы уйти, забраться в самый дальний угол нашей Вселенной и никогда не напоминать о себе, спокойно доживая век где-нибудь на задворках человеческой цивилизации. Однако выбрал предложение Султана.

– Ты подался в головорезы.
– упрекнул офицер.

– Неправда. Мы делали то, что умели. То, чему были обучены с самого рождения. Хорошо убивать людей, когда тебе говорят, что это благо для Клана. Любое преступление сразу начинает казаться праведным делом, маленьким злом во имя большого добра. И совсем по-другому, когда ты начинаешь делать все то же самое, но за деньги. Мнение о поступках меняется кардинально.

– Не говори так. Клан воспитал нас всех. Только благодаря ему мы живы и способны делать пользу для него.

– Да, наверное ты прав.

В дверь постучали. В кабинет вошел охранник и положил сопроводительные документы на стол. Потом развернулся и вышел из помещения.

– Не скажу, что мы стали друзьями, но между нами установился доверительный контакт. Он позволял мне чувствовать себя равным ему, иногда даже позволял упрекать его в чем-то, но я старался держаться от его темных дел подальше. Интриги меня всегда отталкивали.

– Когда ты улетел с Эль-Данго?

– Через пару дней, когда формальности были доведены до конца и меня объявили новым Чемпионом. Это накладывало определенные обязательства, такие как присутствие на новых сражениях, если конечно к тому моменту я все еще оставался живым. Но я не придавал этому большого значения. Регалии меня не интересовали. Я думал о другом - о том, какой будет моя новая жизнь. Когда за несколько лет ты поднимаешься из грязи, потом падаешь в нее, лежишь долгое время и только-только начинаешь отрывать лицо от земли, чтобы посмотреть на звезды, весь мир кажется чудовищно обманчивым. Мне мерещились заговоры. Признаюсь честно, пару дней я считал, что Султан обманул меня подобно работорговцу, выкупив меня у одного, чтобы заставить служить самому себе. В принципе все было именно так, но свободой выбора в этот раз я был наделен гораздо больше, чем на корабле Капитана.

– Продолжай.

– Мы отправились в систему Игнион к самой отдаленной планете Чатрук. 

– Это за Великой Туманностью?

– Да, - я кивнул, - у черта на куличках. Очень далеко от владений Кланов. Так далеко, что тьма, окутавшая это место, казалась мне бесконечной.

– Почему именно туда? 

– Если б я знал. Но по прибытию я не обнаружил больших отличий. Люди там убивали друг друга как и везде. Мира не было. Те небольшие участки демилитаризованной зоны, где обычно располагались медицинские центры, латавшие раненых бойцов, оказались забитыми под завязку. Едва они вставали на ноги и уходили на передовую, как тут же на их место прибывали другие. Этот чертов конвейер не останавливался почти никогда. Какого же было мое удивление, когда спустя столько времени после Аттестации я увидел там Войтенкова.