Чтение онлайн

Король тоже задумался. С такой невесткой не оберешься хлопот… И потом, она по-прежнему так влечет к себе, что может случиться всякое. Если, конечно, не найдется сил сдержать себя… А Филиппа… Увы, она так располнела и постарела, движется с трудом. Он же еще чувствует себя молодым, полным желаний. Желания стали все чаще обуревать его… О нет, он не хотел бы, чтобы в их семье появилась женщина, подобная Джоан! Не нужно этих постоянных искушений…

Однако оба они, и король, и королева, ясно видели, как загорелся принц мыслью о браке с Джоан и что для него это как бы еще одна кампания на манер военной: он действует сейчас быстро и решительно, и ничто не в силах остановить его. Он далеко не мальчик и, видимо, давно ждал этого момента, только почему раньше не действовал с подобной настойчивостью, родители понять не могли.

Они обсудили все, оставшись наедине, и пришли к выводу, что ничего другого не остается, как дать согласие, что и сделали.

От папы римского пришло вскоре сообщение, что благословение дано и будет выслано в Англию. Однако принц и Джоан решили больше не ждать — уж слишком долгим было их ожидание.

Они обвенчались в часовне замка Виндзор. Среди множества присутствующих не было короля. Он сказал себе… почувствовал, что не может находиться на торжестве и видеть, как сын сочетается узами брака с женщиной, которая по сию пору вызывает в отце такое непреодолимое желание. В этом было бы что-то не вполне пристойное.

Джоан догадывалась об истинной причине его отсутствия, однако надеялась, что, кроме нее и короля, никто не понимает этого и рассматривает случившееся как выражение королевского неодобрения. Ну и пусть, думала она. Мне это безразлично… Бедный старенький Эдуард! Он еще вполне привлекателен, даже величав, но в золотистых волосах много седины и вообще… годы есть годы… А благочестивая Филиппа тоже не слишком напоминает прекрасную сладкоголосую сирену… Впрочем, Бог им судья. Она добилась того, о чем мечтала…

Вскоре после бракосочетания они отправились в одну из ближних резиденций принца, в Беркхемстед, а затем и намного дальше — на континент, где король отдал во владение сына Аквитанию и Гасконь. Супружеская пара и их пышный двор часто пребывали в Аквитании, но еще чаще в Бордо, городе, который был связан в воспоминаниях принца с его блестящей победой при Пуатье.

Вся королевская семья возрадовалась, когда Джоан родила ребенка. Это был сын, и его нарекли Эдуардом, поскольку ему предстояло продолжить прямую линию престолонаследия.

Однако не зря говорят, что человек предполагает, а Бог располагает…

Еще до рождения внука и связанной с этим радостью на королевскую семью обрушилось два страшных несчастья, после которых Филиппа так и не смогла прийти в себя.

Она начала остро ощущать надвигающееся одиночество: сыновья оставили родной дом и зажили своей жизнью, Маргарет стала графиней Пемброк, Мария должна вот-вот выйти замуж за герцога Бретанского, с которым давно помолвлена; вне брака оставалась только Изабелла, но с ней Филиппа никогда не была особенно близка, однако она не сомневалась, что и старшая дочь нарушит вскоре непонятную клятву безбрачия и выйдет замуж. Значит, нужно приготовиться к разлуке с дочерьми.

Но она и предположить не могла, что это произойдет так скоро и так трагично.

Однажды утром, когда Маргарет, что бывало нередко, гостила у матери, к Филиппе прибежали взволнованные служанки и сообщили, что не могут разбудить графиню. Королева, которая уже несколько дней замечала у Маргарет какую-то странную вялость, но не придавала этому особого значения, теперь обеспокоенная, проследовала в спальню дочери. Та уже открыла глаза, но выглядела бесконечно утомленной.

— Что с тобой, дорогая? — спросила мать. — Ты заболела?

— Просто устала. Очень устала.

— Ну, давай оденемся, милая.

Филиппа попыталась приподнять дочь, однако та снова упала без сил на подушки.

— Прошу вас, дорогая матушка, — еле слышным голосом сказала она, — оставьте меня в постели. Я не в состоянии встать. Я так устала.

В смятении Филиппа послала за врачами. Они осмотрели Маргарет, но не нашли никаких причин для подобного упадка сил и не знали, как и чем ее лечить. Она же тем временем погрузилась в глубокий сон.

— Пускай отдохнет, — решили лекари. — Быть может, тогда скорее выздоровеет.

Однако Маргарет не выздоровела. Она тихо отошла в мир иной.

Филиппа не могла поверить в случившееся. Ведь ее дочь просто устала. Разве возможно, чтобы от этого умирали?! Это неправда!

Филиппа заперлась у себя в покоях и дала волю рыданиям. О, если бы ее дитя чем-то болело, тогда можно было бы лечить. Но ведь не было никаких признаков недуга… Ничего… И она была так счастлива с юным супругом, так его любила, и он ее любил… Бедный мальчик!.. Он приходил к Филиппе и безутешно рыдал у ее ног.

Увы, на этом гнев Божий — если это был он — не утих. Спустя несколько недель Марию поразила та же болезнь. На этот раз к ней были готовы и сразу к постели принцессы вызвали самых лучших врачей. Но они тоже оказались беспомощны перед таинственным и страшным недугом. Девушка на глазах у всех теряла силы — жизнь уходила из нее.

Через несколько дней Мария скончалась.

Филиппа уже не могла плакать. Слез не было. Она потеряла всякий интерес к жизни.

При дворе царил глубокий траур. Оба несчастных молодых человека — жених и супруг — поклялись никогда не сочетаться браком.

Филиппа пыталась умерить свою скорбь, приказав соорудить великолепную гробницу в Абингдонском монастыре. Там ее дочери упокоились рядом друг с другом.

Осталась одна-единственная дочь — Изабелла. Она старалась не думать о смерти, но невольный страх не покидал ее душу, напоминая, что она еще не жила настоящей жизнью, отдав годы сначала терзаниям из-за перенесенного унижения, а потом удовлетворенному злорадству — после своей изощренной мести.

Не пора ли, пока не поздно, обратить взоры и на ту естественную жизнь, что ведут почти все мужчины и женщины? Чем она, Изабелла, хуже других?..