Чтение онлайн

— Это я понял. Какой?

— Сюда пришло зло. Я прошу у моих духов-хранителей помощи.

— Почему бы вам не попросить их заодно прислать нам парочку базук? — сказал Салли. — Желательно М-двадцать.

В коридоре за дверью послышался какой-то шум. В одно мгновение все, кроме Усугука, повернулись на звук, и только тут Маршалл понял, насколько напряженная атмосфера царит в этом замкнутом помещении. Дернулась ручка, и дверь распахнулась. На пороге стояли сержант Гонсалес и еще один парень по фамилии Филипс. Медленно войдя в лабораторию, они закрыли за собой дверь.

— Ну? — спросил Салли.

Гонсалес на негнущихся ногах прошел в центр помещения, снял с плеча винтовку и уронил ее на пол. Филипс, лицо которого имело пепельно-серый цвет, не двигался с места.

— Оно мертво? — спросил Маршалл.

Гонсалес устало покачал головой.

— А ловушка? — спросил Логан. — Электричество?

— Электричество его лишь разозлило, — ответил Гонсалес.

— Почему бы вам просто не рассказать, что случилось? — тихо произнес Маршалл.

Сержант с минуту молчал, глядя в пол. Наконец он глубоко вздохнул.

— Мы сделали все, как вы сказали. Наплескали воды в коридоре, поверх металлического настила. Подвесили к потолку завесу из оголенных проводов, подсоединенных к высоковольтному источнику тока. Если бы зверь захотел пробраться куда-то, он никак бы не смог проскользнуть мимо этой ловушки.

— И? — поторопил Маршалл.

— Каким-то образом ему удалось обойти нас. Он появился сзади. Не знаю, как у него это вышло, но он как-то сумел. Мы успели отступить, и он, приближаясь к нам, наткнулся на провода. Получил полную порцию электричества.

Он тряхнул головой, отгоняя воспоминания.

— С каким напряжением? — спросил Логан.

— Шесть тысяч вольт.

— Не может быть, — сказал Фарадей. — Видимо, вы что-то не так подсоединили. Ни одно существо не может выжить после такого разряда.

— Я все подсоединил правильно. Да и взрыв был еще тот.

— А существо? — спросил Маршалл.

— Ему опалило шкуру. В нескольких местах. И все.

Последовала короткая пауза.

— Как же вам удалось… возвратиться? — спросил Салли.

— Марселин стоял в щитовой, возле рубильника. Он закричал, и тварь набросилась на него. Мы успели унести свои задницы, пока…

Гонсалес умолк.

Снова наступила тишина. Маршалл вновь обвел взглядом поникшие лица. Только теперь, узнав о постигшей солдат неудаче, он осознал, насколько рассчитывал на их успех. Он настолько безоговорочно поверил рассказу тунита о гибели твари в трансформаторном блоке, что победный исход казался ему неизбежным. И в словах Гонсалеса прозвучало нечто, царапнувшее его. Он напрягся, пытаясь понять, что это было.

И внезапно осознал что.

— Один момент, — сказал он негромко.

Все повернулись к нему.

— Возможно, зверя разозлило вовсе не электричество.

— А что, по-вашему? — спросил Логан.

— Это существо — для нас полная загадка, так? Это как бы ошибка природы, генетическое отклонение. Его кровь абсолютно не похожа на нормальную кровь. Обычные виды оружия, судя по всему, не причиняют ему особенного вреда. Так почему мы должны полагать, будто нам понятны его мотивы, чувства и прочее?

— Ты это о чем? — спросил настороженно Салли.

— Вот о чем. Мы все время предполагаем, что это существо заинтересовано лишь в том, чтобы всех нас убить. А вдруг дело вовсе не в этом? Помните, что говорил Туссен? Что оно играет с нами. Возможно, именно этим оно и занято — оно играет.

— Усугук говорил то же самое, — добавил Логан. — О том, другом звере. Он играл с ними, словно лисенок с мышами.

— Играл? — переспросил Салли. — Этот хищник? И когда убил Питерса — тоже?

— Возможно, он не понимал, что делает. Или его это не интересовало. Многое может быть частью игры — кошку ведь не заботят страдания мыши. Суть в том, что, возможно, зверь не стремился преднамеренно убивать. По крайней мере, не сразу. Когда тело Питерса поместили в лазарет, он пришел и забрал его… словно игрушку. И вспомните Туссена. Его подвесили за ноги… тоже будто игрушку. И еще одно. Зверь убивал, разрывал свои жертвы на части… но ни кусочка не съел.

— Видимо, мы действительно чем-то его разозлили, — сказал Логан.

Маршалл кивнул.

— И кажется, я знаю чем. Что общего имелось между всеми убитыми? Все они кричали.

— Вполне нормальная реакция, когда видишь перед собой кровожадного монстра, — проворчал Салли.

— Марселин кричал, — продолжил, не обращая внимания на его реплику, Маршалл. — Не потому ли зверь набросился на него, а не на сержанта Гонсалеса?

— И Эшли Дэвис тоже, — добавил Логан. — Солдаты слышали ее крики.

— Крил тоже кричал, — буркнул Гонсалес. — Тварь прыгнула мимо меня, прямиком на него.

Маршалл повернулся к Усугуку.

— Вы ведь нам говорили, что первый зверь, тот, что поменьше, вел себя нормально, пока ему не проиграли записи криков испуганных животных. Крики кроликов. Но Туссен не кричал. Мы слышали аудиозапись с его камеры. Он только бормотал себе под нос: «Нет, нет, нет…»

— Не более чем теоретические рассуждения, — хмыкнул Салли.

— Когда все сходится — это не просто теория, — возразил Логан.

— Откуда нам знать, может, крики попросту привлекали его внимание, — не сдавался Салли.

— Зверь явно обладает крайне острыми чувствами, — заявил Маршалл. — И чтобы привлечь его внимание, кричать вовсе не обязательно.

Вдруг стало тихо. Маршалл понял, что все взоры обратились к нему. Даже Усугук отложил свои амулеты, пристально на него глядя.

— Мне кажется, что громкие звуки причиняют этому существу боль, возможно, очень сильную, — продолжал Маршалл. — Особенно звуки определенной частоты и амплитуды, такие как крик. Вспомните его уши, похожие на уши летучей мыши. Любые шумы оно может воспринимать совершенно иначе, чем мы. Крик, например, как угрозу, как акт агрессии… и ведет себя соответственно.