Чтение онлайн

Искры вспыхнули в глазах заключенного — вспомнил.

— Ну, рассказывай, как попал сюда, кто постарался? И учти, времени у нас с тобой, Султан, совсем мало, поэтому давай только самое главное. Салман предупреждал тебя, что надо говорить как на духу, честно?

— Говорил, — подтвердил Султан.

— Тогда давай, не тяни резину…

Банальная до ужаса история. По принципу — был бы человек, а дело найдется. Потрясающая мерзость давно, казалось бы, ушедшего времени. Казалось бы… а оно никуда и не девалось, это время. Или, вернее, его индивиды. Которые и олицетворяют насквозь прогнившую правоохранительную систему. И заменой одного министра на другого тут, к сожалению, ничего путного не добьешься. А мерзость лишь усугубится, почуяв, что ее-то как раз никто и пальцем тронуть не хочет.

Словом, Султан рассказывал, репортерский магнитофон Юрия Петровича писал исповедь. Потом все это будет расшифровано, подписано обвиняемым и станет обличительным документом против тех, кто без всякого стыда и совести сварганил это насквозь гнилое и подлое дело.

Султан ничего не скрывал — рассказывал о пытках, побоях, угрозах, описывал тех зверей-ментов, которые «трудились» над выбиванием из него нужных им показаний. Рассказал и о соседях по камере, которые решили натянуть нос гнидам ментам. Если надо, каждый из них тоже подтвердит.

А затем Султан по просьбе Гордеева написал заявление, где совсем уже кратко, ссылаясь на более полный рассказ, изложил свой протест.

Имея это в кармане, Гордеев пообещал, что займется делом Бецоева, и спокойно удалился из здания СИЗО, будто был не в закрытом для всех тюремном заведении, а в обычной коммунальной квартире.

Незаконно? А что здесь вообще может быть законного?…

Подъезжая к гостинице снова, Юрий Петрович внимательно оглядывался. Водителя он на всякий случай отпустил. Галя была на комбинате — надо же знать, что там делается в отсутствие директора.

Осторожность не помешала. Когда адвокат поднимался по ступеням к входным дверям, его негромко окликнули из стоящей у бордюра далеко не новой машины:

— Юра! — Вот так, простенько и знакомо.

Он обернулся и увидел за опущенным стеклом улыбающуюся физиономию Фили Агеева.

— Прокатиться маленько не желаешь?

— С удовольствием! — Гордеев быстро сбежал по ступенькам и сел в машину. — Ну, здравствуй. — Он пожал руку Агееву, огляделся в салоне. — Где взял?

— Неподалеку, в прокате. Давай отъедем куда-нибудь, надо поговорить… Тебе еще хвост не приделали?

— Пока что-то не замечал, — неуверенно ответил Гордеев. — Но у меня тут неожиданно появились новые клиенты.

И Юрий рассказал о Салмане, вспомнив еще свое люберецкое дело, и о Султане, который и является главным фигурантом в деле Минаева, а также о сегодняшней своей встрече с ним в СИЗО и сделанной там записи.

— Мне сейчас надо добиться, чтобы следователь устроил им очную ставку. Со всеми вытекающими. Теперь-то уже Султану те садисты не страшны, он может отказаться от всех своих признаний. И тогда дело Минаева рухнет. Но у местной Фемиды, кажется, на Минаева иные планы. Они хотят просто продержать его в тюрьме подольше, чтобы успеть покончить с комбинатом. А потом он им будет уже не нужен. Пусть торжествует справедливость, если этого еще кому-то хочется… Вот какая грустная картинка.

— Какая ж она грустная, — возразил Филя, — у тебя уже немало сделано! А мы добавим…

Они остановились возле первого же кафе и вошли туда. Небольшое помещение было пустым — никого народу. Но официант подошел тут же. Есть не хотелось, а вот хорошего кофейку было бы совсем неплохо. Официант поскучнел и отошел.

Филя вытащил из-за пазухи пластиковый пакет и протянул Гордееву.

— Вот, гляди, чего для тебя нарыли… Ты те свои документы-то просмотреть хоть успел?

— Успел, слава богу… Я ж их не в гостинице держу, нельзя, предупредили, там все может прослушиваться и просматриваться. Держу у…

— А я уже понял, — улыбнулся Филя. — Не объясняй.

— О господи, — вздохнул Юрий, — все-то вам известно!

— Работа такая, — продолжал Филя. — И то, что ты летел сюда вместе с шибко эффектной мадамой, фамилия которой Горбатова, нам тоже известно. Ну как, не клюнул на ее чары? Старалась, поди?

— Ну, ребята! — только и развел руками Гордеев. — А это откуда?

— Ладно, сознаюсь, чтоб не томить… Денис велел тихо проводить тебя. Уберечь от случайностей. Я ж вместе с тобой прилетел, только наблюдал пока и на глаза не показывался. А нынче с утречка смотался в порт и встретил документы. Что же касается конспирации, то тут ты, парень, дал маленько маху. За тобой хвост имеется. Но не тот, которого надо бояться. Этот твой Салман — лысый, да? Он своих братков кинул за тобой поездить. Наверное, проверял, можно ли с тобой дела иметь.

— А ты-то где жил?

— У нас, Юра, проблем не бывает. Возле бюро обмена и сдачи жилплощади приглядел одну бабульку и за скромные денежки вселился на недельку. С чистым бельем и завтраком. Получше, чем в твоем дерьмовом «Хилтоне», а уж насчет безопасности — так и сравнения нет. Могу поспособствовать… — Он снова хмыкнул. — Или там все же получше?

Гордеев понял намек на Галочку, но не обиделся. Все-таки Денисовы парни — настоящие профи.

— Что тебе еще сказать? — посерьезнел Филя. — Прихватил я с собой фотик твоего киллера — фас и профиль, в шапочке и без, как говорится. Побегал тут, пока время было, адреса-то нам известны. И вот до чего добегался. Был он тут, Юра, причем дважды. Очень мне в этом плане помог один местный служивый, который в гостинице при дверях вахту несет. Эти ж мужики глаз наметанный имеют, куда там шпиёнам всяким, недаром из них «контора» самых лучших топтунов вербует. Короче, представился я ему чин чинарем, крутым этаким парнишей, который другана разыскивает. Фото под нос сунул, вместе с купюрой. И с ходу получил мешок информации, вплоть по адреса фирмы, где наш убивец джип себе брал напрокат…

Гордеев слушал и только диву давался: вот это работа! И главное, времени-то у Фили практически совсем не было. Но когда тот стал рассказывать, как свел знакомство с сексуально озабоченной администраторшей гостиницы, которая сначала разрешила ему покопаться в книге регистрации прибывающих и отбывающих гостей, а потом, в краткие интимные минутки, пожаловалась на свою судьбу, вспомнив красиво начатую и нелепо, трагически завершенную историю с московскими оперативниками, тут Юрий Петрович вообще отпал. Это ж надо — какой кладезь Филя открыл!

— Ну давай смотри, что там тебе наши прислали, — неожиданно оборвал себя Филя. — А я все-таки чего-нибудь кусну.

— А как же завтраки в постель? — засмеялся Юрий.

— Так я ж с утра не из дома, — оправдался Филя. — Неудобно было прерывать женщину, которая уже начала изливать на тебя свою нерастраченную душу и совсем недавние, свежие, еще тяжкие воспоминания. Да и вообще, представляешь картинку? Дама ждет к себе любовника, открывает наконец дверь, а там не он, а его приятель, да еще в луже крови и с горлом — от уха до уха. Я так думаю, что это дело Салмановых братков. Или же кто-то ловко под них сработал. Но месть, как уже видно, настигла одного из мучителей твоего чеченца. Или кто он там…