Лайла
Шрифт:
"Нет. Моя яхта просто стоит рядом с его. Сейчас стало так тесно, когда все суда спустились сюда одновременно.
Где же ты была все это время?
– хотелось ему спросить, но она бы не поняла, что он хочет сказать. Почему ты пропала в толпе тогда? К тому же, ты ведь смеялась надо мной? Что-нибудь о яхтах. Надо было сказать что-нибудь о яхтах.
"Мы вместе плыли по каналам от Осуиго",- сказал он.
"Так отчего же я не видела вас там?"- спросила Лайла.
Ты видела меня гораздо раньше, подумал он, но теперь озарение уже исчезло, и голос у неё уже не был таким, как он всегда представлял его, так что теперь это была просто еще одна незнакомка, как и все остальные.
Она сказала: "Я видела Ричарда в Роме и Амстердаме, но не видела вас".
"Я не ходил в город с ним тогда, оставался на яхте."
"Вы плывете один?"
"Да".
Она вопросительно посмотрела на него и затем сказала: "Пригласите меня к своему столику".
Потом она громко произнесла, так чтобы все слышали: "Терпеть не могу этой дряни у стойки!" Но те двое, кому это предназначалось, лишь понимающе переглянулись и даже не посмотрели в её сторону.
Когда они подошли к столу, Райгела там не было, но Капелла радостно приветствовал её, и она одарила его щедрой улыбкой.
"Как дела, Билл?" - спросила она.
Капелла ответил, что хорошо.
"Где Ричард?" - спросила она.
"Пошел играть в биллиард", - ответил Капелла.
"Она глянула на Федра и сказала: "Ричард - старый друг".
Он ничего не ответил, и пауза затянулась.
Затем она спросила, далеко ли он едет.
Федр ответил, что не совсем еще уверен в маршруте.
Лайла сказала, что едет зимовать на юг.
Она спросила его, откуда он, и Федр ответил, что со Среднего запада. Она не проявила к этому особого интереса.
Он сообщил ей, что видел кого-то похожего на неё на Среднем западе, но она ответила, что никогда там не бывала. "На меня похожи многие", сказала она.
Немного погодя Капелла ушел к бару. Федр остался с ней наедине, оказавшись лицом к лицу с пустотой. Надо было что-то говорить, а он не знал - что. Видно было, что это начинает тревожить и её. Он был вовсе не в её вкусе, она начинала отдавать себе в этом отчет, но эль все-таки делал свое дело. Он устранял различия. Достаточное количество эля, и все сводится к простой биологии, как то и следует.
Немного погодя Лайла пригласила его танцевать. Он сказал, что не танцует, так что они просто остались сидеть. Затем высокий канадец со своей дамой снова вышел на помост и они начали танцевать. Это у них получалось хорошо. Они просто слились воедино, но когда Федр перевел взгляд на Лайлу, то вновь заметил тот взгляд, что у неё был, когда она вошла.
На лице у неё вновь было взрывоопасное выражение. "Этот сукин сын! произнесла она.
– Он поехал со мной. Это он пригласил меня в эту поездку! А теперь он с ней. Просто нет слов."
Снова заиграла музыка, огни диско снова завертелись, и Лайла посмотрела на него с некоторым любопытством. Взгляд был беглым, и огни диско пронеслись дальше, но в это же мгновенье он успел заметить, как прекрасны её голубые глаза. Они совсем не соответствовали тому, как она говорит, и даже тому, как она выглядит в остальном. Странно. Просто по памяти. Они были похожи на глаза ребенка.
Пивные банки опустели, он предложил ей принести ещё, но она ответила: "Ну пойдем же танцевать."
"Да я не умею"- ответил он.
"Неважно, - сказала она.
– Просто двигайся, как тебе хочется, а я подлажусь."
Он так и сделал, она подладилась, и он даже удивился. Они просто закружились.
Кружились и кружились в лад огням диско и увлекались этим все больше и больше.
Ты танцуешь лучше, чем думаешь, - заметила она. И это была правда, так оно и было.
"СОЙДЕМСЯ ВЕЧЕРКОМ..."
"СОЙДЕМСЯ ВЕЧЕРКОМ..."
Он чувствовал, что на них смотрят, но сам он не замечал ничего, кроме Лайлы и кружащих вокруг огней.
Кругом и кругом. Кругом и кругом - красный и синий, розовый и желтый, золотой.
Они метались по всей комнате, по потолку и стенам, иногда попадали ей на лицо, иногда светили ему в глаза - красный, розовый и золотой.
Потанцуем немного...
Полюбим слегка...
Сойдемся вечерком...
Сойдемся вечерком...
Сомнения пропали, вместо них был эль, музыка и духи Лайлы. А её голубые глаза смотрели на него таким странным взглядом не ты ли это?, а он мысленно повторял да, это я. Этот ответ медленно переходил через его руки в её тело, она чувствовала его и стала успокаиваться, он тоже стал отходить от своей неуклюжести.
Потанцуем немного...
Полюбим слегка...
Сойдемся вечерком...
Сойдемся вечерком...
Один раз танцор-канадец подошел было к ним и хотел их разбить. Лайла велела ему "исчезнуть", и он почувствовал по движению её тела, как хорошо ей при этом было.
После этого они оба поняли, что кое-что уладилось, по крайней мере на эту ночь, а дальше загадывать было слишком далеко.
Он почти не помнил, как они вернулись с ней на яхту. В памяти лишь остался ритм музыки и туманный голубой вопрошающий взгляд, и уже здесь на яхте, как она обняла его, прижавшись изо всех сил, как утопающий хватается за спасителя.
Потанцуем немного...
Полюбим слегка...
Сойдемся вечерком...
Сойдемся вечерком...
Его стало клонить в сон.
Все так странно, подумалось ему. Все эти уловки и игры, строчки и обещания, чтобы затащить их к себе в постель. Так стараешься, а ничего не выходит. А затем вдруг появляется такое, ты даже ничего особенного и не пытаешься делать, и вот просыпаешься рядом с ней.
Никакого в этом нет смысла, - сонливо подумал он, - ...никакого смысла. И снова эта мелодия зазвучала у него в голове. Снова и снова до тех пор, пока он не уснул.