Чтение онлайн

В стороне треснула ветка, и из-под чьего-то сапога с писком шарахнулась лягушка. К нему кто-то приближался, но Роберт нисколько не встревожился. Сердце подсказало ему, что ждать беды от этого человека не приходится. У него была очень уютная, совсем родная аура. Наконец Роберт поднял голову и повернулся. Это был его отец. Поприветствовав сына кивком, он опустился на валун рядом с ним.

Они долго молчали, наслаждаясь близостью друг друга. Отец был сед, с грубоватым, обветренным лицом, мозолистыми ручищами и сутулой, натруженной спиной. Роберт видел его в точности таким, каким запомнил: сильным и добрым, всепонимающим.

— Тебе полюбилась эта роща, как я погляжу, — проговорил он.

Роберт молча кивнул.

— Столько раз я тебя отсюда выгонял. И мать тоже. Если тебя долго не бывало дома, мы с ней всегда знали, где тебя искать. — Отец обратил на сына задумчивый взгляд. — Я кое-что написал для тебя… — сказал он и полез в карман куртки. — Записку… Здесь то, что тебе нужно будет знать, если… настанет определенный момент.

Роберт взглянул на записку и тотчас узнал ее. Это было то самое письмо, которое он получил в Кембридже от неведомого родственника. Он сжег его тогда, но каждая строчка намертво врезалась в его память.

— Мы с матерью старались изо всех сил, чтобы ты держался от мистики подальше, — сказал отец и пожал плечами. — Это опасные, жуткие вещи. Они казались нам тем более опасными, что мы-то в них как раз не разбирались. Тебе твой дар передался от прежних поколений. В нашей семье, согласно преданиям и бабкиным рассказам, такое бывало, но мы с матерью зареклись втягивать тебя во все это. Мы хотели, чтобы ты рос современным человеком, чтобы чего-то добился в этой жизни без всякой мистики.

Роберт вдруг понял, что таким образом отец пытается попросить у него прощения — прощения за то, что до последнего не рассказывал ему о его даре.

— Когда у тебя будут свои дети, воспитывай их, как считаешь нужным, но не позволяй своим страхам мешать им.

Отец протянул Роберту мозолистую руку, и тот крепко пожал ее.

— Тебе не за что извиняться передо мной, папа. Тогда я был не готов, но теперь настало мое время.

Отец молча и тяжело поднялся с валуна и на прощание кивнул ему. Роберт провожал его взглядом. А когда отцовские шаги затихли вдали, он вновь прикрыл глаза и весь отдался пению птиц, теплым лучам солнца и шелесту лесного ручейка под ногами.

Когда Роберт очнулся, вокруг было уже темно. Хорас куда-то подевался, а Терри сидела на соседней скамейке и напряженно вглядывалась в его лицо. Как только он пошевелился и открыл глаза, она всплеснула руками:

— Черт возьми, Роберт, где тебя носило?! Я думала, ты так и проспишь здесь до утра!

— Спасибо, — невпопад отозвался тот, почувствовав дикую сухость во рту.

В следующее мгновение кто-то кашлянул у самого обелиска, и они услышали знакомый голос:

— Не хотел вас тревожить, ребята, но, похоже, вы уже в порядке. А куда подевался старик?

Из-за громады обелиска вышел Адам, следом за ним показалась Кэтрин. Она шла как сомнамбула, спотыкаясь на каждом шагу, и выглядела крайне изнуренной. У Роберта упало сердце, когда он увидел ее лицо. Лишь позже, переведя глаза на Адама, он заметил у него в руке пистолет Кэтрин. Тот продемонстрировал его всем, а затем заткнул за пояс.

— Решил избавить Кэтрин от лишнего груза. Думаю, всем будет лучше, если пистолет пока останется у меня. Нет возражений? Вот и прекрасно. Пожалуйста, Роберт, не надо вскакивать и раскрывать свои объятия. Семейные сцены разыграем чуть позже.

Адам и сам выглядел неважно. Он был бледен, а под глазами пролегли темные круги. Подозрительно прищурившись, он огляделся.

— Хорас, ты где? Выходи, выходи! Я знаю, что ты где-то здесь, гадкий старикашка!

Хорас не отозвался. Адам почесал пальцем нос, словно обдумывая какое-то решение, а потом вдруг приказал:

— Кэтрин, ну-ка сядь вон туда, рядом с ней. А ты, — он глянул на Роберта, — сядь между девочками. Быстренько.

Роберт тяжело поднялся и опустился на соседнюю скамейку, втиснувшись в узкое пространство между Кэтрин и Терри. На какое-то мгновение он встретился взглядом с женой, но тут же она отвела глаза.

— Вот и славно, ребята, вот и славно, — проговорил Адам.

Он швырнул что-то к ногам Роберта.

— И не говори потом, Реклис, что я не забочусь о тебе.

Это было его обручальное кольцо. Роберт глянул на Кэтрин, потом на Терри. Оба молчали. Тогда он нагнулся, поднял кольцо и спрятал его в карман.

— Это я попросил Терри выкрасть его у тебя после того, как вы вволю накувыркаетесь в постели, — проговорил Адам. — Это должно было помочь тебе в дальнейших испытаниях, которые необходимо было пройти самостоятельно. Без женушки.

Роберт поднял на Адама тяжелый взгляд, но тот не отвел глаз.

— А теперь я хочу попросить у тебя мастер-ключ и все другие ключи, на которые тебе удалось наложить свою лапу. И я не собираюсь повторять свою просьбу дважды, дружище.

Роберт поднялся, вынул из кармана пакет с ключами — с седьмым и частями от пятого и шестого — и продемонстрировал его Адаму.

— Положи пакет на землю. Вот сюда! — Адам ткнул пальцем в точку, лежавшую на расстоянии нескольких шагов от обоих.

Роберт повиновался.

— А теперь вернись к скамейке.

Роберт вернулся.

Адам приблизился к пакету, поднял его с земли и быстро заглянул в него.

— Что это, Роберт? Я не вижу здесь мастер-ключа — короля всех ключей. Ларца Злобы, как ты его называешь. Может быть, ты просто забыл его положить? Это такой маленький барабанчик, который устанавливается на большом барабане. Тебе же сколько раз об этом рассказывали!

Вдруг Терри поднялась со своего места и быстро подошла к Адаму.