Чтение онлайн

Обращаю ваше внимание на то, что, оперируя понятием «дух», Казенс ни на секунду не перестает быть материалистом: чудесам, черной магии и даже такой наивной, казалось бы, категории, как биополе, он места в своей системе не оставляет. Впрочем, я готов допустить, что, познакомившись с экстрасенсами, он все же отведет им — независимо от биополя! — роль катализаторов. Да, совершенно верно: катализаторов человеческого духа. Такое допущение я делаю по аналогии с иглоукалывателями, которым именно эту роль Казенс с охотой предоставляет, уверенный в том, что они своими иглами в конечном итоге активизируют эндорфины, а уж те делают свое полезное дело.

Идеи Казенса перекликаются с мыслями молодого врача-психиатра Хасая Алиева, к знакомству с которым я вас приглашаю. Некоторое время назад Хасай Алиев сделал открытие и приехал с ним из Дагестана в Москву с наивной надеждой спасти открытие прежде, чем он начнет с его помощью спасать все человечество. Название я переписал, оно длинное и для непосвященных малопонятное: «ЯВЛЕНИЕ КОРТИКО-БАТ-ВИСЦЕРАЛЬНОЙ САМОРЕГУЛЯЦИИ ЧЕЛОВЕЧЕСКОГО ОРГАНИЗМА». Впрочем, один весьма «посвященный» — доктор медицинских наук, к тому же известный нейрохирург и мой добрый знакомый, — случайно увидев это название, безапелляционно сказал: «Абракадабра! Равносильно тому, как если бы ты прочитал: «Англо-маточно-алгебраический синдром похмелья»! — термины никак не стыкуются, потому что взаимно чужие». Не спорю, я в этом деле, как говорится, не мастер и лучше потороплюсь от названия к сути, которая, быть может, окажется не лишенной логики.

Алиев рассказал мне историю открытия так. Однажды, проводя у себя в клинике рядовой сеанс лечебного гипноза, он решил наконец проверить идею, давно «заблудившуюся» в его голове. С этой целью, подождав, когда больные погрузятся в сон, он вручил каждому по фломастеру, а задание дал общее, сформулировав его следующим образом: «Вы чувствуете, как от пальцев ног вверх по телу пошла энергия, напоминающая слабый ток. Эта энергия лечит вашу болезнь. Рисуйте фломастером путь, по которому она идет! Рисуйте!» — и замер в ожидании: ведь действительно интересно, что сделают больные.

И они, представьте себе, начали рисовать фломастерами линии прямо по телу, и, когда Алиев внимательно рассмотрел их, он глазам своим не поверил: линии ровненько шли по акупунктурным точкам! Причем у каждого больного были «задеты» именно те точки, которые «соответствуют» его болезни! Тот, у кого, положим, была язва желудка, рисовал линию по точкам, подлежащим иглоукалыванию именно при язве желудка, а тот, кто маялся радикулитом, отметил точки, которые обычно раздражают иглами при радикулите. И все это, заметьте, делалось во сне, к тому же людьми, понятия не имеющими о том, что существует акупунктурный атлас, да еще прежде иглами не лечившимися.

Фантастика.

К чему в итоге пришел Хасай Алиев (размышляя в соавторстве с С. Михайловской, с которой я познакомился позже и не помянуть которую не имею права)? Он понял, что кора головного мозга (в формуле открытия она обозначена медицинским термином КОРТИКО), взаимодействуя с биологически активными точками на теле человека (по первым буквам и образуется вторая часть формулы — БАТ), влияет на внутренние органы больного (которые во всех учебниках называются ВИСЦЕРАЛЬНЫМИ), регулируя их состояние. Итак: «КОРТИКО-БАТ-ВИСЦЕРАЛЬНАЯ САМОРЕГУЛЯЦИЯ ЧЕЛОВЕЧЕСКОГО ОРГАНИЗМА», — вовсе не исключено, что мой знакомый нейрохирург слегка погорячился, назвав все это абракадаброй.

Иными словами, Алиев мог посадить перед собой или десять, или сто, или тысячу человек, усыпить тех, кто поддается гипнозу, затем «пустить» через них «ток» и на этом полагать свою миссию законченной, по крайней мере до момента, когда надо народ будить: люди сами себя продиагностируют (притом безошибочно, поскольку «наводчиком» является больной орган, уж он-то не ошибется) и сами себя пролечат (притом с усердием, которое не снилось врачам). «Слушай мою команду! — восклицал бы Хасай Алиев, стоя перед микрофоном на каком-нибудь стотысячном стадионе. — К сеансу… товсь! То-о-ок… дан!» Могу себе представить, как веселились официальные лица в официальных кабинетах, когда Алиев приходил к ним с этим «номером».

Теперь отметим, что, говоря о причинах поразительного лечебного эффекта, Алиев, как и Казенс, вполне обходился без биополя. Экстрасенсы тем не менее ему симпатичны, он многое слышал о них, кое-что сам знает и в некотором смысле полагает их даже себе родственными. «У меня, — сказал Алиев, — главное оружие — гипноз, у них — тоже психотерапия, и цель одна: воздействовать на болезнь через акупунктурные точки». При этом Хасай Алиев объективно признает, что экстрасенсам труднее работать, чем врачам-психиатрам. Во-первых, они сначала должны ставить диагноз, от чего психиатры освобождены, поскольку методика Алиева как бы «самонаводящаяся». Во-вторых, усыпив пациента, гипнотизер получает его в безраздельное подчинение, в то время как экстрасенс, оставляя больного бодрствующим, мало того что концентрирует все его внимание на соответствующих акупунктурных точках, но еще должен «держать» так в течение всего сеанса. Вот почему наиболее талантливые экстрасенсы, демонстрируя воистину высокий уровень психотерапии, достигают его не только напряжением всех своих нервных и физических сил, но и прибегая к помощи внешних эффектов, шумов, трюков и прочей, как выразился Хасай Алиев, театрализации.

Я изложил вам, дорогой читатель, некоторые суждения на тему о том, что лежит или может лежать в основе целебного результата, достигаемого экстрасенсами.

Нельзя не заметить, что позиции Л. Сухаребского, Н. Казенса и Х. Алиева складываются в довольно стройную концепцию, отвергающую биополе как объективно существующую категорию, с использованием которой лечение шло бы независимо от веры или неверия пациента, а так, как это бывает при хирургической операции или, положим, при введении в вену антибиотика. Такого биополя нет! — как бы говорят они, отводя экстрасенсам роль помощников больного в его борьбе за здоровье, а лучше сказать — роль катализаторов процесса.

И тем не менее в спорных вопросах, касающихся науки и медицины, — да только ли их? — нельзя выносить приговоры, не подлежащие обжалованию. Подождем. Подождем фундаментальных исследований проблемы, которые, возможно, приведут к каким-то более основательным суждениям относительно того, что все-таки находится в основе целебного эффекта, достигаемого экстрасенсами: то ли психотерапия, в том числе гипноз, то ли биополе, то ли все это вместе взятое или совсем что-то иное, то ли вообще ничего не находится — и такой вариант возможен, и тогда мы будем оперировать смутными понятиями типа «судьба», пока и они не раскроют перед нами свою потаенную и не лишенную смысла суть.

Зато мы вправе уже сегодня говорить в полный голос о том, может ли быть экстрасенсорное воздействие вредным для человека, если определенно известно, что оно может быть полезным. Вспомните первую заповедь Гиппократа: «Не вреди!», от которой не должны, да и не намерены уходить экстрасенсы, поскольку они тоже врачуют. Но кто возьмет на себя смелость провозгласить абсолютную безвредность их метода? Кто сможет поручиться головой за то, что экстрасенсы в принципе не способны оборачивать свой талант против человека, на черное дело?