Чтение онлайн

Поднявшись к себе по пустынному черному ходу, Кострецов в который уже раз подумал, какое все-таки для опера удобство — иметь отдельный, незаметный проход в свое жилище. Он им пользовался вовсю, приглашая домой на беседу стукачей, да и вообще полезных для дела людей. Зажег в квартирке свет и решил приготовить ужин по всем правилам.

Сначала, правда, требовалось разгрести текущую служебную рутину. На Сергее, как и на его «земляных» коллегах, были сейчас в отработке пара трупов, несколько ограблений, разбоев, краж и разной мелочевки.

Он стал звонить в дежурную часть. Уточнял: не искал ли кто его, приходила ли потерпевшая Ненастикова для опознания своих пропавших вещей, не вводился ли план «Перехват» или «Сирена» и так далее. Потом набрал номер дежурного опера. Поинтересовался, как прошла совместная с ОЭПом операция по задержанию поставщиков подпольной водки из Дагестана. На случай срочного вызова сообщил, что он дома. Только теперь Сергей мог расслабиться.

Готовить Кострецов любил, считая изыск в поварстве доступным лишь мужчинам. Начал с картошки для гарнира. Почистил и точнейшей резкой изготовил из нее соломку. Высыпал на раскалившуюся сковородку, обильно политую постным маслом, и принялся почти непрестанно перемешивать. Только так картошечка получалась изумительно золотистой и хрустяще упругой.

Перемешивая картошку, он пристроил на другую сковороду толстый ломоть парного мяса, стараясь не упустить момент, чтобы вышло со «средней кровью» — «мидл стейк», как его по-американски называют. Не забыл и о приправах. Так Кострецов и шустрил колесом над двумя сковородками, пока мясо наливалось кулинарными соками. Тогда он мгновенно сбавил огонь на конфорках и для краткого томления накрыл сковородку крышкой. Как раз осталось время, чтобы приготовить овощной салат.

Сергей, взмахнув клинком отличного «золингена», принялся крошить помидоры, редиску, огурцы, лук, укроп. Полил майонезом этот блистательный натюрморт, сдернул крышку со сковородки. Распластал все по салатнице и большой тарелке. Еще миг — выдернул из холодильника запотевшую бутылку пива, сбил крышку, напузы-рил в хрустальную кружку. Готово!

Сел и стал со смаком поглощать ужин, глядя, как за окном погружаются в ночной мрак Чистяки.

Вторую бутылку надлежало пить под рыбку. Фанат рыбалки, Кострецов наловил много лещей по последнему льду. Присыпал солью и развесил их над газовой плитой.

Сергей снял со струны вяленого лещика и надломил по жабрам, отщипнув янтарный лоскут, попробовал: в самый раз дошел. Аккуратно очистил рыбину и достал еще одно пиво.

Когда вторая бутылка оказалась опустошенной, Кострецов закурил «Мальборо», на которое разорялся из-за пристрастия ко всему качественному, и задумался о свалившемся на него сегодня деле. Прикинул, что в этом розыске отдыха ему не будет. Решил позвонить Ирине.

С Ириной, девицей под тридцать, работавшей на компьютере в коммерческой фирме, Сергей встречался уже несколько лет. Ходили вместе на вечеринки и разные мероприятия, ночевали то у него, то у нее. Кострецов давно предлагал ей расписаться, пора уж было заводить детей. Но Ира все чего-то тянула. Стройная привлекательная блондинка, она без мужского внимания не оставалась. Особые возможности были в ее фирме, где постоянно мелькали бизнесмены. Кто знает, как она вела себя с ними?

Капитан не опускался до того, чтобы об этом думать. Странное дело: профессионально подозревавший всех мужчин, оказывавшихся в его поле зрения по работе, Кострецов не позволял себе такого по отношению к женщинам. Он иногда даже робел перед этими удивительными существами. И вовсе непостижимой казалась ему их грандиозная интуиция: они кишками чувствовали больше, чем он всей своей изощренной оперской сметкой.

Кострецов набрал номер Ирины:

— Привет, это я.

— Приветик.

— Ира, я тут в работу влез, и встретиться на этой неделе, наверное, не удастся.

Она ответила после паузы:

— Как скажешь. — Замолчала.

Кострецов, не зная, о чем дальше вести разговор, промямлил:

— Солнце сегодня по-настоящему весеннее.

— Сережа, у меня лопнуло терпение! — вдруг выпалила Ирина. — Ты на солнышко любуешься, а у меня годы уходят, надо устраивать личную жизнь!

— Давай устраивать, — недоуменно произнес Сергей. — Я же предлагал. Закончу вот дело, и давай заявку в загс подадим.

— Какой загс? Жить на твою и мою зарплату?

— А на что же нам жить? Я свою работу бросить не могу. Хотя, конечно, в какой-нибудь коммерческой службе безопасности больше платят.

— «Больше»! — закричала она. — Сравнил хрен с пальцем… Ну, я не знаю… Ты же мент, все время между денежных людей крутишься!

— Опять двадцать пять. Сейчас, между прочим, и пожизненное дают.

— Кому надо, Сережа, тому хорошие бабки дают.

— Вот-вот! Я о тюремных сроках, а ты, конечно, о деньгах.

Ира заговорила вдруг проникновенно:

— Сережа, ну я же женщина. В семье детей надо рожать и растить. А какое у них будущее с таким папой?

— Нормальное, Ира. И откуда твоя расчетливость? Ни разу замужем не была.

— Вот потому-то, Сережа, я и хочу выйти нормально.

Капитан молчал, давя левой рукой, когда-то перебитой в школьной драке, окурок в пепельнице. Потом сказал:

— Значит, будем прощаться, Ира?

— Да, Сергей.

— Счастливо тебе устроить личную жизнь, — отозвался Кострецов и положил трубку.

За давно не мытым окном на его чистя-ковской «земле» уже царила ночь. Но и сквозь пыльное стекло капитан видел небо, где четко смотрелись звезды.

Он хотел позвонить и о чем-нибудь поговорить с матерью: та никогда не унывала. Но вспомнил, что она сейчас где-то в горах на сборах с командой, которую тренировала. Снег-то по центральной России сошел, лыжники в горные края подались.

Кострецов достал из холодильника третью, незапланированную бутылку пива. Вылил ее в кружку, стал пить, надеясь, что от дневной усталости сможет побыстрее заснуть.

Опер Кость был «правильным ментом», как называют блатные неподкупных милицейских. Он посмотрел в черное окно и вспомнил свое излюбленное присловье: «Эхма, и не нужна нам денег тьма!».

С утра Кострецов в своем отделе разбирался с первыми документами по ахлоповскому делу. Интересных отпечатков пальцев на месте преступления не оказалось. Риэлтерская фирма, купившая квартиру, через которую проникли в банк, особых подозрений не вызывала.