Чтение онлайн

Михаил Сергеевич действительно ничего важного или принципиально нового не сообщил.

Из протокола допроса М. С. Горбачева, члена Политбюро ЦК КПСС в 1980–1991 гг., Генерального секретаря ЦК КПСС в 1985–1991 гг.:

— …О том, что зарубежным компартиям оказывается финансовая помощь, я узнал в 1980 году, когда стал членом Политбюро… Будучи Генеральным секретарем я курировал этот вопрос, но это даже не расписывалось в обязанности, этот вопрос шел сам собой десятилетиями. Зарубежным компартиям помощь оказывалась традиционно…

Каковы были порядок и механизм формирования Международного фонда помощи левым рабочим организациям, мне не известно. Что касается размеров помощи, то, по-моему, все было связано с изучением реальной ситуации и основывалось на информации «международников»…

Мне не известно, на основании каких документов закладывались в Валютный план данные о спецрасходах ЦК КПСС и неизвестна структура спецрасходов. Я думаю, что эти цифры давало Управление делами. Партийный бюджет и отчет о его исполнении рассматривались и на Скретариате, и на Политбюро. По расходам расшифровка давалась, но сведения о размере помощи зарубежным компартиям там никогда не фигурировали. Это было засекречено, это была «особая папка»…

По поводу публикаций в прессе о денежных средствах КПСС в зарубежных банках и о том, что там имеются мои счета, могу сказать, что все это чушь. Счетов в зарубежных банках у меня нет. Я даже отдал на гуманитарную помощь все свои гонорары от издания книг и Нобелевскую премию.

О наличии за рубежом дач, особняков и другого недвижимого имущества, принадлежащего КПСС, мне не известно. Во время моего пребывания на посту Генерального секретаря партии недвижимость за рубежом не приобреталась.

Александр Николаевич Яковлев не был столь лаконичен.

Из протокола допроса А. Н. Яковлева, члена ЦК КПСС, члена Политбюро в 1985–1991 гг.:

Вопрос:

— Почему размер помощи левым рабочим организациям не рассматривался открыто на Политбюро?

Ответ:

— Мне кажется, никакой конкретной причины не было. Просто дело это было абсолютно рутинным и не заслуживало даже того, чтобы его обсуждать. Вносит международный отдел этот вопрос, значит, вносит… Как я себе представляю, секретари партий нажимали, чтобы увеличить помощь, писали в ЦК, в международный отдел, те — в Секретариат, Секретариат — в Политбюро…

жВы знаете, я сейчас в неудобном положении. Все знали мою позицию. Все же всерьез понимали, что никакого коммунистического движения нет, по крайней мере в большинстве стран. Это не мое открытие. Тут я очень не хочу быть понятым так, что вот я пришел и увидел все это. Ничего подобного.

Еще когда я работал послом в Канаде, был в международном отделе такой первый заместитель заведующего отделом Кусков — умница, но типичный, так сказать, аппаратчик. Я ему говорю: «Ну, Елизар, ну какая же это партия, она, по-моему, меньше, чем состав ЦК… Я знаю, что они за наш счет выстроили себе дома, что многие, большинство партий такие же. Он отвечал: «Ну что же сделать, если мой начальник этим увлечен».

Вопрос:

— А зачем тогда помощь оказывать, если коммунистическое движение мертво?

Ответ:

— …Понимаете, я вообще крайне удивлен расследованием именно этого вопроса, вырванного из контекста времени… Оказывать помощь, не оказывать… Да некоторые кормились вокруг этого. Это была кормушка, созданная давным-давно для каких-то группировок, которые проводили нашу пропагандистскую работу, что-то там делали или ничего не делали…

Но ничего такого необычного, выскакивающего из общей атмосферы, в которой жило наше общество и против которой восстала перестройка, в этом не было. Это была маленькая частица общей атмосферы, всей той громадной лжи про мощное коммунистическое движение, которого не было, мощное строительство социализма, которого не было, мощный подъем жизненного уровня трудящихся, которого не было, мощное развитие и движение вперед сельского хозяйства, которого не было, мощную обороноспособность от кого-то неизвестно кого, которого тоже фактически не было.

Вопрос:

— За счет каких средств — партийных или государственных — оказывалась помощь?

Ответ:

— …Использовались ли государственные деньги? Я думаю, что да… Партия-то была правящая, так и в Конституции было записано… Здесь тоже надо учитывать исторический аспект, ведь другого государства, другого органа, который бы действительно правил, и диктаторски правил, кроме Политбюро, не было…

…Я-то лучше знаю, что это такое. Бели бы я был с этим согласен, я не сидел бы перед Вами, а был бы до сих пор членом Политбюро и продолжал заниматься этими делами.

…Мне кажется, что вообще эти деньги — мелочь по сравнению с теми, куда более серьезными преступлениями против народа, которые творились также под эгидой руководства партии. Сколько миллиардов ушло на покупку зерна только потому, что не хотели строить инфраструктуру сельского хозяйства, потому что сразу были бы отняты деньги у той мафии, у тех сотен, тысяч людей, ко-которые на этом кормились.

А что делалось в военно-промышленном комплексе!

Об этом еще узнают люда. Сколько у нас выкопано подземных кладбищ так называемых, куда мы все должны были бежать от ядерных ударов, а все эти туннели под Москвой, другими городами, заводами. Это страшно. Если бы хоть один процент средств, вбуханных в бессмыслицу эту, истратить на жилье, все офицеры жили бы в восьмикомнатных квартирах. Да что там один процент, и меньшего бы хватило…

Грандиозные сделки на государственном уровне совершались за взятки. Там вообще счет шел на триллионы. Вот в каких масштабах проводилось ограбление народа…

Ну что по сравнению с этим какие-то 200 миллионов, розданных компартиям за десять лет. Я вот в ноябре прошлого года съездил в США на двенадцать дней и привез оттуда медикаментов на 200 миллионов долларов. Но я понимаю, что ту историю с Фондом помощи, конечно, тоже надо расследовать… И все же есть вопросы гораздо серьезнее…