Чтение онлайн

— Ты? Что случилось? — спросила она встревоженно.

— Там твой преподобный Николай никак не может залезть в мою постель, — объяснила я комичную ситуацию.

— Ладно, давай поменяемся комнатами, — предложила Наталья. — Он у меня тяжелый, неохота тащить на себе.

На том и порешили. Устроилась на новом месте. Но и тут опять не могу сомкнуть глаз. Встала, выпила воды. Как-то там Иннокентий и Оксана?.. Подошла к окну. И вдруг в отсветах фонарей отчетливо увидела фигуру в черном, карабкающуюся на подоконник соседней спальни. Неизвестный включил фонарик и направил луч внутрь комнаты. Но ведь мы поменялись местами с Субботиными! Значит, охотятся за мной?!

Доставая оружие, я тщательно задернула штору, на цыпочках подошла к выходу, бесшумно провернула ключ в замке и открыла дверь. Надо помочь Наталье, ведь она может стать невинной жертвой киллера. Подошла к их спальне. Дернула за ручку. Дверь медленно открылась. Николай спьяну храпел, откинувшись на спину, а Наталья мирно спала, по-детски положив ладошку под щеку. Пронесло, слава богу! Надо идти спать…

Завтрак накрыли на лужайке возле дома. Рассаживаясь, я заметила, что нет Годлевской.

— А где наш дуайен Инесса Владиславовна? — проявила я законное любопытство, увидев пустой прибор.

— Поехала в город за провизией к обеду и ужину. Скоро вернется, — пояснила Ветрова. — И с сюрпризом.

— Что-нибудь интересное? — спросила я.

— В некотором роде, — зловеще усмехнулся Кудрин.

Я встретилась взглядом с Наташей. Черт возьми, а ведь она может нас выдать раньше времени: ее глаза пылали ненавистью.

В это время открылись ворота, и во двор въехал кудринский джип. Очевидно, это вернулась Инесса Владиславовна. Что ж, пожуем — увидим, подумала я, доедая бутерброд с ветчиной и запивая его кофе.

Из джипа вылезли двое. Я сидела боком к дорожке, поэтому не стала проявлять излишнего любопытства и оглядываться раньше времени. А зря. К столикам подошли Власов с перевязанной головой и Годлевская. Власов нес портативный телевизор с видеомагнитофоном, а Годлевская — кассету. Интересно, что за видео они собрались крутить?

Поздоровавшись с присутствующими, эти двое отдали распоряжение установить аппаратуру на край стола, чтобы всем было хорошо видно.

— Сейчас мы посмотрим новый документальный фильм о похождении одной небезызвестной личности, — комментировал Кудрин приготовления помощников.

Зарядив видик, Годлевская вопросительно посмотрела на шефа. Тот молча кивнул. Демонстрация ролика началась.

Я увидела вдруг себя, входящую в подъезд дома на улице Ташкентской. Вот я звоню в дверь сорок восьмой квартиры. Никто не открывает. Разговариваю с бабой Катей из соседней сорок девятой. Звука нет, но лицо мое камера взяла крупным планом.

Новый интерьер. Кабинет следователя прокуратуры Назарова. Заснята вся наша беседа.

— Дать фонограмму, Татьяна Александровна? — невинно спрашивает меня Кудрин.

— Не стоит, Игорь Владимирович, блестящая работа! — оцениваю я ту подлянку, что подложила мне служба безопасности «Спаниеля».

— Разведчики, Татьяна Александровна, гибнут на мелочах. Контрразведчики тоже, — Кудрин направил на меня пистолет. — Вы проиграли, сдавайтесь!

Я огляделась. Доктор и поэт не в счет, это ясно. Остается пять мужиков за столом против меня одной. Сможет ли помочь мне Наташа, еще неизвестно. Но сдаваться без борьбы я не привыкла. Я развела руками, давая понять, что согласна со словами Кудрина, стала подниматься из-за стола.

— Только без глупостей! — предупредил меня Кудрин.

Я отодвинула стул, но в этот момент раздался выстрел. На белой рубашке Кудрина расплылось алое пятно, он начал оседать на пол. Бросившись к любовнику, истошно, по-бабьи, завыла Ветрова. Пытался сопротивляться Власов, и снова чей-то снайперский выстрел угодил ему в руку, державшую оружие. Какой невидимый помогал нам?!

— Остальным — руки за головы! Вы окружены! При малейшем движении — перестреляю как собак! — Блефовать так блефовать, решила я, выхватывая два пистолета и наводя их на сидящих за столом мужиков.

От гаражей, где у Ветровой, видимо, была дежурка, к дому на прогремевшие выстрелы неслась охрана, состоящая из двух качков. Добежать они не успели. Два выстрела — два метких попадания в ноги, и качки уже корчатся на земле.

От Натальи же особой помощи ждать не пришлось. Охотница охотницей, но сейчас ей бы пришлось стрелять в людей, а это совершенно разные вещи. Вот почему она лишь успела выхватить оружие и направить его на Галину Ветрову, стоящую на коленях возле тела Кудрина. Бизнесвумен ревела самыми неподдельными бабьими слезами.

Остатки кудринской команды, видя, что, кроме нас с Натальей, есть еще кто-то третий, уложивший уже четверых, молча подняла руки.

И тут шум ломающихся веток привлек мое внимание. С сосны, что стояла у самого крыльца, слетел некто в черном джинсовом костюме. Значит, его силуэт я видела ночью у окон наших спален!

— Татьяна Александровна, это я, Антон! — С пистолетом в руках к нам подходил юноша, с которым мы познакомились здесь, в Зареченске, приятель Оксаны. Удивляться его появлению на даче было просто некогда. Нам предстояло немедленно искать Полежаевых.

Антон, подойдя к месту нашей трапезы, тут же хорошенько огрел по спине Костина, а потом Кавазашвили.

— Где Оксана? — заорал он истошно, поднося поочередно к каждому из них дуло пистолета.

— В бункере, — процедил наконец сквозь зубы Кавазашвили.

— Ко входу, быстро! — командовал Антон.

— Мы ничего не знаем, этими делами занимались шеф и Кудрин, — лепетали гости. Не мог ничего сообщить о бункере и заместитель городского главы Субботин.

— Наташа, принеси мою сумку из спальни, — попросила я, чтобы хоть как-то отвлечь Наталью, не дать ей впасть в истерику.