Чтение онлайн

— Маменька, — Лоренцо приложил к шишке водяные часы, — неужели это так срочно? Шесть часов утра!

— Пресвятая дева Мария, я же вам добра желаю круглые сутки, и даже в шесть часов утра, — возмутилась основательница династии. — Кстати, что ты делаешь на полу? Ты простудишься!

Изабелла выбрала из двух зол наиболее неприятное и вступилась за мужа:

— Это все проклятые привидения. Вот уже которую ночь, пока Лоренцо работает в кабинете, они преследуют меня. Они, наверное, и икру с устрицами съели, и Лоренцо сбросили на пол.

— Какие привидения? — поджала губы свекровь. — В нашем замке отродясь привидений не было! Негодяи, лицемеры, идиоты — сколько угодно, но чтобы в виде привидений! Это воры! Надо выгнать всех слуг немедленно!

Лоренцо еще раз пощупал макушку:

— А странно, что у нас привидений нет. Вы, маменька, сколько людей икрой да устрицами перетравили в этом замке, прежде чем установилась наша династия? Что вы молчите?

— Я считаю.

— Она до сих пор травит, — наябедничала Изабелла мужу. — Сама говорила, что посыпает еду ядом.

— Значит я прав, — заключил Лоренцо. — Это привидения. Из-за вас они преследуют нашу семью.

Медичи попытался припомнить подходящее к случаю латинское выражение, не смог и заявил раздраженно:

— Все, пора прекратить это безобразие. Привидения должны исчезнуть из нашей жизни. Раз и навсегда. В крайнем случае, раз-два — и навсегда. Посыльного мне....

Леонардо еще спал, когда в окно подвала постучали. Легкая туфелька барабанила по стеклу, которым могли похвастаться немно гие во Флоренции.

Неделю назад Леонардо задумался о проблемах информационной безопасности. Пока, изумленный мозг осмысливал идеи гигантских информационных сетей, по которым шныряют похитители данных, руки сами собой разрисовали оконные стекла поразит тельным образом.

Когда Лео очнулся, он обнаружил на окнах изящных ящериц и гадюк. Видимо, они должны были отпугивать непрошеных гостей. В солнечном свете гадюки, казалось грелись на солнце, готовясь к ночной охоте, а в свете луны, высунув ярко красные языки, поджидали заблудших путников. Любой грабитель при виде такого впечатляющего террариума должен был броситься наутек. К сожалению, грабители отлично знали состояние финансов великого да Винчи, поэтому ящерицы и гадюки напрягались зря.

— Это я, — прожурчал за окном сладкий женский голос, — завтрак принесла.

— Джиневра, ты, что ли? — уточнил на всякий случай еще сонный, но уже бдительный Леонардо.

— Кто еще в такую рань попрется кормить непризнанного гения?

— Как, впрочем, и в любое другое время суток, — согласился Леонардо и направился к входу.

Джинни чмокнула его в небритый подбородок, сморщилась и сказала:

— Колючий! Изобрети себе что-нибудь, чтобы не кололось.

— Да я уж думал, — ответил Лео, позевывая, — есть одна идейка: бритва с тремя лезвиями. Первое чисто бреет, второе приглядывает за первым, третье пасет, чтобы не отупели первые два.... Эй! Ты чего? Ай!

Джиневра перестала щипаться и назидательно сказала:

— Сначала поешь, а потом будешь всякую ерунду придумывать.

— Ладно, — сказал Лео. — А твой этот... Джинаро Берлускотти! Опять спит?

— Как всегда, — Джинни беззаботно махнула рукой, — вчера три аншлага, так что закончили глубоко за полночь.

— А я тебе обновку изобрел, — похвалился Лео. — Смотри, какие тонкие, прозрачные, а растягиваются как.... Колготы называются.

— Давай, — Джиневра растянула колготы на руках. — Полезная вещь. В них лук можно хранить.

— Ага, — иронически согласился да Винчи, — ты еще скажи: прохожих грабить. Это же на ноги нужно надевать!

Но Джиневра уже развязывала узелок с завтраком: яичница с капустой. Это блюдо готовилось быстрее всего, а потому каждое утро Джиневра готовила мужу именно яичницу с капустой, чтобы, пока тот спал, отнести часть Леонардо. Через месяц совместной жизни можно было спокойно относить весь завтрак, так как муж есть яичницу категорически отказывался. Леонардо с Бестолоччи пока держались.

— Джинаро меня даже в свое концертное выступление включил. Теперь я помогаю ему в главном фокусе: когда муж заходит в шкаф, я читаю заклинание, и он исчезает, а потом я читаю другое заклинание, и он появляется, — похвастала Джиневра.

Тем временем к дому Леонардо да Винчи весь в мыле мчался курьер от Лоренцо Медичи. Лео жил не очень далеко, но лошадь все равно взмокла. Узкие флорентийские улочки и традиция выливать все в окна иногда приводили к более трагическим последствиям, чем тазик с мылом — для курьера Медичи.

В республике давно пора было изобрести водопровод, Лео даже нарисовал чертеж будущего сооружения. Но Медичи финансировать проект отказался. «У простых людей, — сказал он, — и так слишком мало развлечений».

Перед самым крыльцом всадник осадил лошадь так, что она встала на дыбы. Одним движением руки курьер развернул послание, другим — закрыл лошади глаза, пока та не рассмотрела гадюк и ящериц на окне, и прочел:

— Лоренцо Медичи желает видеть придворного изобретателя Леонардо да Винчи в родовом замке.

Видимо, глаза лошади были прикрыты недостаточно плотно. Зоркая кобыла все-таки рассмотрела оконный террариум и на словах «родовом замке» рванула в сторону этого самого родового замка. Посыльный поступил мудро: вместо бесплодных попыток утихомирить перепуганное животное он вцепился в гриву покрепче и предался изучению окрестных видов.

Леонардо порадовал такой торжественный вызов, он обещал неплохую поживу. Если дело было пустяковым, Медичи не брезговал заскочить в мастерскую да Винчи собственной персоной. А деньги Лео сейчас были нужны как никогда. Как, впрочем, и всегда.