Костоправ. Книга 2

Эволиск плавно опустился на площадку летучего двора Верданта — крупного приграничного города. Отстегнув ремни, я спустился по подставленной лестнице и огляделся. Город раскинулся передо мной во всей красе: дома с красными черепичными крышами, широкие мощёные улицы и, конечно же, бескрайняя синева моря, сверкающая на горизонте.

Порт кипел жизнью: десятки кораблей стояли у причалов, разгружая свои трюмы, полные товаров со всех уголков Антумна. Шум голосов, крики чаек и плеск волн сливались в единую мелодию, столь характерную для приморских городов.

Я забрал свой багаж и остановил работника летучего двора:

— Не подскажешь, где можно приобрести коня?

— Да прямо здесь, господин, — ответил он, указав рукой на длинное одноэтажное здание. — Вот там направо повернёте и всё увидите.

— Благодарю.

Я направился к длинному одноэтажному зданию. Обогнув его, оказался перед просторным загоном, где паслись кони разных мастей. Неподалёку стоял пожилой мужчина, который громко давал указания двум каким-то работягам. Должно быть, он был здесь главным.

— Добрый день, — обратился я к нему, привлекая внимание.

Мужчина отвлёкся от разговора, окинул меня оценивающим взглядом и произнёс:

— И вам доброго дня, господин.

— Мне нужен хороший скакун, не пугливый и выносливый. Найдётся такой?

— Есть несколько подходящих коней. Крепкие, послушные, в самом расцвете сил. Хотите посмотреть?

— Хочу.

Я решил не заморачиваться и выбрал первого предложенного коня. Он был здоров, свежеподкован и полон сил. Обычный добротный жеребец.

— Сколько стоит?

— Три золотых и восемь сребреников.

Цена показалась мне разумной.

— Беру.

— За седло и сбрую отдельно заплатить придётся.

— Не вопрос.

Расплатившись и закрепив на седле свои нехитрые пожитки, я достал карту. По приговору мне нужно было служить в воинской части близ Саминда — ещё одного городка, расположившегося у границы с Юви. Судя по карте, путь лежал на северо-восток.

— Ну что, приятель, прокатимся? — вслух спросил я жеребца и, убрав карту, вскочил в седло.

Я неспешно скакал на своём коне, наслаждаясь первыми летними деньками. Мы преодолевали километр за километром, оставляя позади сёла и деревушки. На второй день, когда солнце клонилось к закату, показались очертания Саминда. Я пришпорил коня, желая добраться до нужного места засветло.

Городок оказался менее оживлённым, чем ожидалось. С наступлением вечера улицы постепенно пустели, и лишь редкие прохожие спешили по своим делам.

Миновав несколько кварталов, я выехал через западные ворота города. Вдалеке, на небольшом холме, виднелись очертания воинской части — моего нового пристанища. Подъехав ближе, я остановился у массивных ворот под бдительными взглядами дозорных. Спешившись, подошёл к тем, что стояли у входа.

— Приветствую, воины, — произнёс я, доставая из сумки свиток с печатью столичного суда. — Я Эйдан Кастволк, прибыл на службу. Мне необходимо переговорить с вашим командиром.

Один из дозорных, коренастый мужчина с обветренным лицом, принял у меня свиток и внимательно изучил его, шевеля губами. Читалось ему непросто, но суть послания он, кажется, уяснил.

— Оставьте лошадь здесь и следуйте за мной, господин, — вернув документ, сказал он.

Мы прошли мимо хозяйственных построек и казарм, миновали тренировочный двор и подошли к двухэтажному зданию с флагштоком. Зайдя внутрь, поднялись на второй этаж. Дозорный остановился у одной из дверей, постучал и, дождавшись ответа, шагнул в кабинет:

— Господин Торвальд, прибыл господин Эйдан.

— Кто? — раздался зычный голос.

— Господин Эйдан, — повторил дозорный. — По приговору… э-э… суда.

— Он здесь?

— Ожидает в коридоре.

— Пусть войдёт, а ты свободен.

Дозорный вышел обратно и жестом пригласил меня внутрь. Я вошёл и прикрыл за собой дверь. За столом, заваленным картами и пергаментами, сидел мужчина средних лет с аккуратно подстриженной бородой и цепким взглядом голубых глаз.

— Рыцарь Торвальд Оульф, — представился он.

— Эйдан Кастволк, — кивнул я, передавая свиток. — Прибыл на службу из Гилима.

— Прошу, садитесь.

Я занял стул, а Торвальд пробежался глазами по тексту и вдруг спросил:

— Это не ошибка, господин Эйдан?

— Что именно?

— Вы правда избили одного из Бьердов?

— Правда, господин Торвальд.

— Как так вышло?

— Долгая история.

Он нахмурился, но продолжать не стал. Вместо этого сказал:

— Распоряжений на ваш счёт я ещё не получал, но раз в приговоре всё указано, то, полагаю, проблем не возникнет.

— Рад это слышать.

— Господин Эйдан, генеалогия — не моя сильная сторона, особенно если это касается восточных семей. Скажите, вы наследник главы Дома?

— Всё так, господин Торвальд.

— Вы прибыли один или со своим отрядом?

— Один.

— Без слуг?

— Без.

После недолгого молчания он произнёс:

— Господин Эйдан, вам будет непросто здесь.

— Простите?

— У нас есть отдельная казарма с некоторыми привилегиями для благородных, но она не сравнится с роскошью фамильных замков. Если хотите дружеский совет, я бы порекомендовал вам снять дом в городе или хотя бы комнату в постоялом дворе. Там будет гораздо комфортнее.

Я задумался над словами Торвальда. С одной стороны, мысль о собственном жилье и некотором уединении казалась заманчивой, с другой — это предложение из его уст звучало странно.

— Господин Торвальд, говорите прямо, — попросил я. — Ничего страшного не случится.

— Прямо, значит… — закивал он. — Хорошо, давайте начистоту: вы — наследник Дома, а я всего лишь мелкий дворянин, однако вы должны будете исполнять мои приказы.

— Опасаетесь саботажа с моей стороны?

— Солдаты привыкли к незыблемости авторитета командира. Если кто-то начнёт подрывать мою работу, это плохо скажется на… командном духе.