Шрифт:
Глава 1
— Чтобы всё стояло, кроме сердца! — громко сказал Андрей. — За нас, мужики!
Раздался общий смех, зазвенели бокалы, и на стол плеснулось пиво. Сегодня мы с друзьями собрались вчетвером в баре, чтобы расслабиться и отвлечься от рабочих будней, однако я был не в настроении. Я уставился на телевизор, по которому показывали какой-то футбольный матч, и тяжело вздохнул.
— Саня, — прозвучал возле уха голос Вани. — Саня!
— Что?
— Чего в облаках витаешь?
— Да так…
— Ещё и с такой кислой миной, — цокнул Андрей. — Радоваться надо! Мы когда последний раз собирались?
— Случилось что-то? — спросил Эльдар.
Сегодня прошло чуть больше года, как не стало мамы. Она сгорела от рака так быстро, что я даже опомниться не успел. Друзья, конечно, знали, что я брал неоплачиваемый отпуск, чтобы провести с ней последние дни и организовать похороны, но точную дату её ухода вряд ли кто-то помнил. Да и с чего бы им помнить?
Зря я согласился прийти — всё равно не получилось отвлечься.
— Саша?
Не желая омрачать вечер, я бросил с напускным равнодушием:
— Мы с Катей разбежались.
— Да ну? И давно?
— Неделю назад.
— Совсем-совсем разошлись? — спросил Ваня. — У вас же всё серьёзно было.
— Видимо, не очень-то и серьёзно.
— Поругались или так?..
— Неважно, — отмахнулся я. — Ничего интересного.
— Давай рассказывай, — произнёс Андрей. — Что у вас там приключилось?
— Правда, Саш, — улыбнулся Эльдар. — Мы же не чужие люди.
Я окинул их взглядом, снова вздохнул и признался:
— Всё из-за поступления в медицинский.
В детстве я грезил профессией врача, но судьба распорядилась иначе. Наверное, причиной стал неожиданный развод родителей, когда мне едва исполнилось четырнадцать. Известие о том, что отец давно жил на две семьи, выбило почву из-под ног. Охваченный подростковым бунтарством, я забросил учёбу и целыми днями болтался на улицах с сомнительными компаниями. Неудивительно, что девятый класс я закончил со скандалом.
В десятый директор школы меня не пустил, и пришлось поступать в технический колледж нашего небольшого городка. Я по-прежнему помнил мамины слова перед первым сентября: «Я взяла кредит, чтобы ты мог выучиться на технолога, поэтому иногда буду задерживаться на работе. Постарайся не вылететь в первый же месяц». Эти слова и её спокойный тон здорово меня тогда отрезвили.
Как ни странно, последние два курса я оплатил сам и сумел выпуститься без проблем. Потом была армия, недолгая работа на заводе, переезд в Москву, первая серьёзная любовь, стремительный карьерный взлёт в совсем другой сфере и… мамина смерть.
С тех пор тоска не отпускала меня. Хотелось излить кому-то душу, но рядом не оказалось подходящего человека. Катя на дух не переносила подобные беседы, а больше близких людей у меня не было. Об отце и речи быть не могло: мы лишь мельком виделись на похоронах, обменявшись парой ничего не значащих фраз. Впрочем, я и не искал с ним общения.
Может, именно из-за этих переживаний я вспомнил о давней мечте стать хирургом и спасать жизни. Меня вдруг увлекли анатомия и латынь, я заново открыл для себя химию, биологию, а особенно — гистологию. Стал ходить на профильные курсы. Постепенно во мне созрела мысль поступить в медицинский вуз, но Катя была категорически против.
— Дай угадаю, — сказал Ваня, — она назвала это баловством?
— Ну… Можно и так сказать, — неуверенно произнёс я. — Не хочет, чтобы я бросал работу и начинал с нуля.
— Понятно, — протянул Эльдар. — Значит, разрыв окончательный?
— Вроде того.
— А ты взгляни со стороны, — сказал Андрей. — Ты сам бы как на её месте поступил?
— Андрюх, ну не начинай…
— Что не начинать, Вань? За Саньку беспокоюсь! — сказал Андрей и повернулся ко мне: — Сколько учиться-то придётся?
— Если на хирурга, то не меньше семи лет, — нехотя ответил я.
— Во-от! И это ещё по очке!
— И что? — спросил Эльдар. — Никогда не поздно сменить профессию.
— А на что жить? Ещё пару лет, и ему тридцатка стукнет. Катя, как любая нормальная баба, детей хочет. Не потом, а прямо сейчас.
— Ты откуда знаешь? — нахмурился я.
— Ну так… Она же в гостях сколько раз у нас была.
— И?
— Я же не глухой! Она Лене все уши о тебе прожужжала.
— Ребят, давайте закроем тему, — попросил Ваня, однако Андрей не унимался:
— Без обид, Саня, но после похорон ты сам не свой. Жизнь-то продолжается! Работать надо, двигаться, детей рожать, квартиры и машины покупать! А ты? На старости лет решил во врачи податься! Да ещё в хирурги! Ты на что надеешься? На удалёнку свою? Совмещать планируешь? Ага, год проучишься — и свихнёшься!
— Андрюх, Саше и так хреново, — мягко осадил его Эльдар. — Не нагнетай.
— Мужики, я ж правду-матку режу, — не сдавался Андрей, наклонившись ко мне через стол. — Саня, не майся дурью. Работа у тебя непыльная, жена нормальная. Поговорите, в отпуск куда-нибудь слетайте. О будущем пора думать!
Я уже десять раз пожалел, что когда-то поделился с другими своими планами. Не желая отмалчиваться, сказал:
— Мне твои советы ни к чему.
Андрей откинулся на спинку стула, окинул меня снисходительным взглядом и изрёк:
— Дурак ты, Саня, и башкой не думаешь.
— А ты у нас всё знаешь.
— Парни…
— Пораскинь мозгами, — сказал Андрей. — Реально веришь, что доучишься? Самому не смешно?
— Мне этот разговор наскучил, — сказал я, поднимаясь из-за стола. — Спасибо, что позвали.