Кошка с Собакой
Шрифт:
– С собакой нельзя, – замахала мне рукой тётка в будке и добавила. – Без намордника!
Я так заебался, что, повернувшись к собаке, сказал:
– Ответь ей что-нибудь, у меня сил нет.
Та повернулась к бдительной работнице метрополитена:
– Я вегетарианка, но если будете провоцировать, могу и за ляжку цапнуть.
Мы прошли, не заплатив, мимо бесчувственного тела. Хоть какая-то польза от звериного пиздобольства.
Дома решил пригласить Марину на жареную рыбу. Точнее, чтобы она пожарила, а потом мы вместе сожрали. Кошка с собакой вытребовали себе сырую. Дал им всё, кроме корюшки. Помылся и пошёл.
Звоню. За дверью шаги.
– Кто?
– Да я это…
Дверь открылась. И куда я раньше смотрел? Такая классная баба!
– О, привет, чего стряслось?
– Рыбу я ловил, – ответил я голосом Леонова из «Джентльменов удачи».
– Какую рыбу? – не поняла она.
– Да на рыбалку ездил, – объяснил я. – Ты корюшку любишь?
– Свежую?
– Ну, ясен пень, не маринованную!
– Вообще-то, да.
– Тогда пошли ко мне, заодно и пожаришь.
– А приставать не будешь? – игриво спросила она, заулыбавшись.
– Буду, – честно признался я.
– Тогда грех не зайти, – констатировала она.
Секс после корюшки… Что может быть прекраснее? Так я думал, пока Марина колдовала на кухне, а мы (я и животные) смотрели «ящик».
По требованию большинства пришлось зырить Затевахина. Незаметно я заснул.
Разбудила меня собака.
– Телефон!
И точно, из прихожей доносились настойчивые звонки.
Я поковылял на звук.
– Телефон! – крикнула Марина из кухни.
– Да слышу я, слышу, – недовольно проворчал я и снял трубку.
– Алло!
– Уже нарыбачился?
Звонил Вован.
– Да.
– Ну и как, снасти не проебал?
– Нет, утопил, – серьёзным голосом ответил я.
– Да ты что!!! Я ж тебе почти коллекционные удочки дал и титановый ледобур!!!
– Не ссы, – успокоил я его, наконец. – Всё заебок! Корюшки привёз.
– Ну, бля, ты и мудило, – обрадовался он.
– За снасти спасибо, больше всех поймал.
– А где ловил?
Я рассказал приблизительно где, так как название станции напрочь забыл.
– А давно приехал?
– Да уже часов шесть.
– Везучий! Там как раз льдину оторвало.
– С рыбаками?
– Сейчас любая льдина с рыбаками.
Из кухни раздался Маринин голос.
– Всё готово, можно к столу.
– Ты там не один? – навострил уши Вован.
– Да, к корюшке ещё русалку зацепил.
– Могу приехать. Только у жены отпрошусь…
– Э-э-э! Тормозни… Разрушишь атмосферу доверия и корюшки. И жена ко мне не отпустит.
– А твою русалку как зовут?
– Марина.
– Марина – значит «морская». Похоже, точно русалка! – завистливо присвистнул Вован. – Тогда не буду мешать. Рад, что вовремя свинтил.
И он повесил трубку.
Конечно, по уму надо было его пригласить на улов, всё-таки удочки-то были его. Но поймите меня правильно – Марина-то одна.
Что ни говори, а жареная корюшка – это пиздато! Превозмогая себя, я налил по полста коньячку. Мы чокнулись. Марина выпила залпом, я же чуть пригубил и тут же быстро поставил рюмку на стол.
– Не можешь уже? – кивнув на бутылку, спросила она.
– Да чего-то не идёт.
– Видать хорошо погулял?
– Неплохо.
– Твоя-то, эта, которая очередная, – тут Марина засмеялась, – когда должна вернуться?
– А хрен знает, вроде на неделю улетала.
– А какого числа?
– Какого числа что? – всё ещё не понимая, куда она клонит, спросил я.
– Улетела какого числа?
– А сейчас какое?
– Двадцатое…
Я посмотрел на батарею пустых бутылок, прикинул в уме количество выпитого, рассчитал дни запоя, накинул день на рыбалку.
– Ебать!
В прихожей раздался звонок.
– Ебать!!! – повторил я.
Марина всё сразу поняла.
– Вот и поели корюшки…
Из комнаты прискакали животные. Слава Богу, молча.
– Может, мне на балкон пока? А потом незаметно выскочу?
– Ага, разве что с балкона.
Кошка начинает тихо подхихикивать. Не ляпнула бы чего…
– Так куда мне? – Марина растерянно стояла посредине кухни, испуганная и красивая.
– Хуй с ним, давай на балкон.
Я ломанулся в коридор открывать.
Подруга выглядела отдохнувшей и обрушила на меня прямо с порога лавину важной и нужной мне информации. Из этого потока я понял, что: у неё отрубили телефон, потому что роуминг очень дорогой (пиздеть надо меньше, подумал я); отдохнула она прекрасно, в городе очень много «наших»; жаль только, деньги быстро кончились.
– Ты же четыре штуки взяла? – изумился я.
– Знаешь, оказывается Достоевский однажды проиграл там всё, что у него было, даже обручальные кольца!
«Ага», – думаю. – «Так же как и ты, идиотка…»
– А чем это так пахнет?
– Пиздюлями это пахнет, – говорю. – Ты что, все деньги просадила?
– Почти. А что такое?
«Вот ведь сука!»
– А то, что зарабатываю их я.
– Ты же разрешил… – она присела на стул в прихожей.
– Слушай меня стоя! Я разрешил взять деньги с собой и потратить на дело! Шмотки-хуётки, ещё какие-нибудь ваши бабские замороки, но не проёбывать их как Достоевский. Ты хоть его читала?
– В школе проходили, – пролепетала она.
Подошла кошка. Долго смотрела на нас, потом зевнула.