Короли Бурбона
Шрифт:
Раздался щелчок закрытия двери за Семюэлем Ти, и она не стала выжидать.
— Он хочет, чтобы я вышла замуж за Ричарда Пфорда.
— Ричарда... прости, что?
— Ты слышал меня. Отец остановил меня, чтобы я вышла замуж за этого мужчину. Он говорит, что это позволит иметь чертовые льготы по продажам, позволяющие улучшить рейтинг компании или что-то в этом духе.
— Он что, сошел с ума? — вздохнул Лейн.
— Ты хотел знать, почему я украла машину… так вот почему я забрала машину, и вот почему отец вызвал полицию, — она взглянула на брата. — Я не выйду за Ричарда. Неважно, что отец будет со мной делать… вот, с чем ты имеешь дело.
Поднявшись она подошла к двери и открыла ее.
— Ты можешь войти.
— Такая честь, — пробормотал Семюэль Ти.
Как только ее адвокат сел на стул и положил свой портфель на стол, она спросила:
— Как мне выбраться отсюда?
— Ты внесешь залог, — ответил Семюэль Ти. — А потом мы попытаемся избавиться от обвинений, которые выдвинул против тебя отец.
— О какой сумме залога идет речь? — поинтересовался Лейн.
— Поскольку она первый раз, то это будет учитываться, и будет не высокий. Начиная от пятидесяти штук. Маккуэйд — судья, настроенный дружелюбно к таким людям как мы, так что цена не будет слишком высокой.
«Пятьдесят тысяч долларов», — подумала она. Раньше это не казалось ей огромной суммой. Как правило, столько обходилось ее посещение бутика Chanel в Чикаго.
Она вспомнила те немногие купюры, которые находились у нее в сумочке.
— У меня нет таких денег.
Семюэль Ти рассмеялся.
— Конечно, у тебя…
— Я позабочусь об оплате, — произнес Лейн.
Семюэль Ти открыл свой портфель и достал какие-то бумаги.
— Ты уполномочиваешь меня представлять твои интересы, Вирджиния?
С каких это пор он стал называть ее полным именем? Скорее всего он не хотел, чтобы ее брат уложил его на бетонный пол тюрьмы, за очередную фамильярность.
— Да.
Его пронзительные серые глаза обволакивали взглядом.
— Подпиши это, — она подписала, и он пробормотал, — не волнуйся, я вытащу тебя отсюда.
Ее дыхание трепетало в груди, выдохнув наконец-то, она спросила:
— А что потом?
Что конкретно поменяется с другой стороны? Было совершенно не похоже, что ее отец вдруг был готов перевернуть новый лист и начать все сначала. Эдвард едва остался в живых, после волеизъявления Уильяма Болдвейна выбрать бизнес нежели своего ребенка.
— Мы тебя вытащим, — сказал Лейн. — А потом разберемся со всем остальным.
Взглянув на брата, она вдруг поймала себя на мысли, что никогда раньше не видела его настолько целеустремленным: он прислонился к бетонной голой стене, уродливой и занимающей по ширине маленькую площадь, сейчас он выглядел намного старше, чем тогда два года назад, когда покинул дом.
Она скорее ждала таких решений от Эдварда, нежели от Лейна, плейбоя.
— Он победит, — услышала она свой голос. — Отец всегда побеждает.
— Но не в этот раз, — прохрипел Лейн.
— Какого черта здесь происходит? — спросил Семюэль Ти.
Лейн отрицательно покачал головой.
— Ты должен позаботиться об этом, Семюэль. Ты должен всего лишь вытащить мою сестру отсюда. С остальным разберусь я.
Боже, она надеялась, что это так и будет. Однозначно, ее попытка конфронтации с отцом закончилась совсем не хорошо.
18.
Лейн остановился перед парадным входом Истерли, нажав с яростью на тормоза Porsche, оставив на брусчатке черные полосы от шин. Ему удалось не угрохать двигатель, выскочив из машины, взлетел по каменным ступеням через двойные двери в холл.
Не обращая вокруг внимания, он вошел в особняк, проносясь мимо горничной, убирающей гостиную. Дворецкого, который что-то говорил ему. Даже не обращая внимания на Лиззи, которая шла к нему, словно ждала его возвращения.
Он прошел через дом, выйдя через дверь в столовой и направился к бизнес-центру, дефилируя между круглыми, стоящими в определенном порядке столами в шатре, обходя садовников, украшающих фонариками цветущие деревья.
Офис отца имел открытую террасу с французскими дверями, он направился к тем, которые были левее. Он даже не пытался потянуть за ручку, поскольку знал, что они были закрыты.
Поэтому со всего маха стукнул по стеклу.
И не остановился на одном ударе, даже когда почувствовал под рукой мокрое, вероятно, что-то разбил себе…
Ох... он разбил стекло в панели двери и перешел к другому.
«Отлично, — подумал он, — здесь их еще целая туча».
— Лейн! Что ты делаешь?
Он остановился и повернул голову на голос Лиззи, и голосом, который сам не узнал, произнес:
— Мне необходимо найти отца.
Возглас супер профессиональной ассистентки Уильяма Болдвейна послышался из офиса через разбитые стекла.
— Вы ранены!
— Где мой отец?
Мисс Петерсберг повернула ручку двери и открыла ее.
— Его здесь нет, мистер Болдвейн, он уехал в Кливленд на весь день. Он уехал, и я не знаю, когда вернется. Вам что-то нужно?
Она опустила взгляд на его окровавленную руку, он понял, что она готова уже произнести: «могу-я-принести-вам-полотенце-чтобы-обмотать-вашу-руку», но его совершенно не волновало, даже если вся кровь вытечет на ковер офиса отца.
— Кто сказал моему отцу, что Джин уехала? — потребовал он. — Кто позвонил ему? Ты? Или другой шпион в этом доме…
— О чем вы говорите?
— Ты звонила в полицию по поводу моей сестры? Я прекрасно знаю, что отец даже не знает, как набрать девять-один-один, хотя мне и сказали, что он выдвинул обвинение.
Глаза женщины вспыхнули, и она прошептала:
— Он сказал, что она вредит себе. Что она утром уехала, и я должна сделать все, чтобы остановить ее. Он сказал, что ей необходимо помочь…
— Лейн!
Он резко дернул головой назад, Лиззи и так заставляла терять его равновесие, поэтому его тело от рывка наклонилось в бок.