Чтение онлайн

— Так вы серьезно считаете, что использование шлема Барджазида — это единственный способ сохранить единое мировое правительство?

— Именно так. Единственный способ, если не считать за второй вариант превращение Зимроэля в вооруженный лагерь с имперскими гарнизонами в каждом городе. Вы думаете, Престимион, что это будет лучше?

Престимион резко поднялся и подошел к окну. Он желал только одного: прекратить этот безумный спор. Почему Деккерет отказывается уступить даже после прямого отказа понтифекса? Почему он не желает видеть всю невозможность его великой идеи?

«Или это я, — вдруг одернул себя Престимион, — не желаю увидеть?»

Он долго молча стоял перед окном, глядя на улицы Стойена. В памяти мелькнул другой раз, когда он также смотрел из одного из соседних окон этого самого здания на столбы дыма, которые вздымались над пожарищами, зажженными потерявшими разум во время чумы безумия, чумы, которую он сам, хотя и не желая того, навлек на этот мир.

«Хочу ли я, — спросил он себя, — еще раз увидеть такие огни в городах Маджипура? На Зимроэле, в изумительной Ни-мойе, в волшебном прозрачном Дюлорне, в тропическом Нарабале, овеваемом сладкими морскими бризами?»

Вы ввергаете мир в хаос, Престимион.

Четвертая Власть царства.

Король Снов.

Молодой Барджазид со шлемом на голове, осматривающий ночами планету, чтобы разыскать тех, кто угрожает нарушить спокойствие мира, и серьезно предупредить о последствиях и наказать их в случае неповиновения.

Тот же самый по крови, но не по духу…

Это было бы грандиозное преобразование. Осмелится ли он? Насколько менее рискованно было бы просто наложить вето понтифекса на этот безумный план, покончить с ним и отправить Деккерета с армией на Зимроэль, чтобы раздавить это новое восстание и зарыть наконец Мандралиску в могилу. А самому возвратиться в Лабиринт и в приятности провести там остаток дней среди имперского великолепия и церемонности, как это на протяжении стольких лет делал Конфалюм, и никогда больше не иметь дела со сложными вопросами управления государством, поскольку у него есть корональ, который будет разрешать для него все проблемы.

Постоянные угрозы мятежей и раскола. И в обозримом будущем все государство развалится на части.

— Я хочу напомнить, ваше величество, что здесь надо принять во внимание еще и видение Мондиганд-Климда, — заговорил у него за спиной Деккерет. — К тому же во время моей поездки по Алханроэлю произошло несколько случаев, когда я сам, к великому своему удивлению, столкнулся с тем, что можно было бы назвать откровениями, и это, несомненно, указывает…

— Помолчите, — негромко, но властно сказал, не оборачиваясь, Престимион. — Вы знаете, как я отношусь к видениям, оракулам, магии и тому подобному. Помолчите, Деккерет, и дайте мне подумать. Я прошу вас только об одном, дружище, дайте мне подумать.

Король Снов. Король Снов. Король Снов. Он сам не знал, много или мало прошло времени, прежде чем он наконец заговорил снова:

— В качестве первого шага, я думаю, мне следует поговорить с Динитаком. Пришлите его ко мне, Деккерет. Вы понимаете, что власть, которую вы собираетесь ему вручить, будет даже большей, чем наша с вами? Вы говорите, что мы можем доверять ему, и очень вероятно, что вы правы, но я не могу действовать, полагаясь только на ваше утверждение. Я подозреваю, что должен выяснить прежде всего, насколько он свят. Что, если он окажется слишком святым, а? Что, если он думает, что даже мы с вами просто жалкие грешники, которых необходимо наставить на путь истинный? Что в таком случае будет представлять собой та сила, которую мы выпустим в мир? Пришлите его ко мне для небольшой дружеской беседы.

— Вы хотите увидеть его сейчас? — спросил Деккерет.

— Да, сейчас.

— План будет следующий, — говорил Деккерет Фулкари два часа спустя. — Мы отправляемся просто в великое паломничество. И никаких разговоров о военной экспедиции. Но это будет великое паломничество, очень похожее с виду на военную экспедицию. Короналя будут сопровождать не только его собственные гвардейцы, но и некоторое количество солдат понтифексата — изрядное количество солдат. Благодаря этому все предприятие обретет общие черты с миротворческой миссией, так как в великих паломничествах обычно принимают участие только люди из Замка, а людям из Лабиринта, подчиненным аппарату понтифекса, там, по общему мнению, делать нечего. Мы естественно, разошлем вперед предупреждение: «К вам едет ваш новый корональ. Готовьтесь приветствовать его как своего властелина. Но если кто-то среди вас имеет изменнические мысли о восстании, то знайте, что за спиной у короналя стоит армия, которая сможет привести вас в чувство».

— Это была идея Престимиона или твоя?

— Моя. Но основанная на его давнем предложении, что лучшим способом изучить положение на Зимроэле, узнать все из первых рук, была бы поездка туда под видом великого паломничества. А сейчас я сумел его убедить, что будет лучше всего, если мы отложим начало реальной войны, которая явится для нас последним выходом, к коему мы всегда сможем прибегнуть в том случае, если и впрямь столкнемся там со слишком уж негостеприимной встречей.

— Зимроэль! — воскликнула Фулкари, изумленно помотав головой. — Я никогда даже и не мечтала, что смогу увидеть те места. — Ее глаза, тут нельзя было ошибиться, сверкали восторженным блеском. Деккерету показалось, что она вовсе не услышала ни слова из того, что он говорил о возможной войне. — Мы, конечно, поедем в Ни-мойю. И в Дюлорн? Говорят, что Дюлорн имеет совершенно сказочный облик, что весь город выстроен из белых сверкающих кристаллов. А Пидруид? Тил-омон? О, Деккерет, когда мы отплываем?

— Боюсь, что придется немного подождать.

— Но если дела настолько срочные…

— Несмотря даже на всю срочность. Суда, направляющиеся на Зимроэль, базируются в Алаизоре, так что сначала мы будем должны возвратиться туда. Необходимо будет собрать флот, укомплектовать имперские войска. На это потребуется немало времени, возможно, вся оставшаяся часть лета. За это время должны быть составлены и отправлены в каждый город Зимроэля, который я намерен посетить, официальные уведомления, чтобы там были готовы встретить меня со всем блеском, подобающим короналю, прибывающему в город. — Он улыбнулся. — О, чуть не забыл одну вещь: еще мы с тобой должны пожениться. Наверное, лучше всего будет это сделать в конце этой недели. Сам Престимион согласился исполнять…

— Пожениться? О, Деккерет… — В тоне Фулкари странным образом смешались искренняя радость и недоумение. Однако преобладало все же недоумение Ее нижняя губа чуть заметно задрожала. — Здесь, в Стойене? У нас не будет свадьбы в Замке? Ты знаешь, что я готова выйти за тебя замуж в любом месте, где тебе захочется. Но все-таки, почему такая спешка?

Он взял ее руки в свои.

— Насколько я понял, весь народ там, на Зимроэле, это законченные консерваторы. Они просто сочтут неприличным, если короналя в его первом великом паломничестве будет сопровождать…

— Наложница? Ты это хотел сказать? — Фулкари отступила на шаг и рассмеялась. — Деккерет, ты сейчас говоришь точь-в-точь как Динитак! Предосудительно! Непристойно! Позорно!

— Давай тогда скажем «неправильно». Ситуация на Зимроэле настолько тонкая, что я, оказавшись там, не могу позволить себе ни малейшего риска, который хоть самым косвенным образом может отразиться на политике. Но, Фулкари, если ты намереваешься сказать «нет», то лучше сделай это сейчас

— Мой ответ — да, Деккерет! — решительно ответила она. — Да, да, да! Ты сам это отлично знаешь. — И тут ее глаза, светившиеся ликованием, вдруг погасли, и дальше она говорила уже совсем другим, упавшим тоном. — Но, понимаешь, я всегда думала.. что все это будет совсем не так… в Замке, в часовне лорда Апсимара, где всегда проходят свадьбы короналей, а потом большой прием во внутреннем дворе возле площади Вильдивара…