Чтение онлайн

— Ясно. Сегодня вечером вывешу официальное заявление и докажу, что я жива. Чтобы прекратить эти глупые слухи. Баффи не заслуживает, чтобы ее имя обливали грязью из-за какого-то трюка, который мы и не думали устраивать.

— Насколько официальным будет это заявление? — вмешался Рик.

— В смысле расскажу ли я об анонимном звонке в ЦКПЗ?

Казинс кивнул.

— Да.

— Но…

— Разумно ли это? Безопасно? Хорошая ли это идея? Нет, нет и еще раз нет. Но я все равно это сделаю. — Я открыла почтовый ящик и начала просматривать письма — нет ли сообщений от Махира. — Кто-то, кому очень важно оставаться в тени, решил нас убрать. Так пусть получает. Никакой секретности ему не будет.

— А что, если они начнут стрелять?

— А они разве прекращали?

Я раз за разом нажимала на кнопку «стереть», даже потрясающие фильтры Баффи не смогли сдержать огромного количества спама.

— Кстати говоря. Нам нужен новый администратор для раздела сочинителей.

— А это не слишком поспешно? — Рик бросил на меня неодобрительный взгляд. — Баффи только что умерла.

— Смерть Баффи была поспешной, а это вынужденная мера. Сочинители не похожи на ирвинов или вестников и не будут работать просто потому, что им нечем больше заняться. Их нужно контролировать, иначе окажется, что они взялись одновременно за миллион разных проектов и ни одинне довели до конца. Нам нужен администратор, иначе мы скоро начнем получать разгневанные письма от читателей, которые ждут не дождутся появления очередной главы какого-нибудь пятидесятисерийного любовного романа.

— Баффи не говорила о возможных преемниках? — уточнил Шон.

— Баффи считала себя бессмертной. Поговори с Магдаленой, если она сама не согласится на эту должность, то хотя бы кого-нибудь посоветует.

На меня внезапно навалилась усталость. Я запустила программу, автоматически удаляющую спам, и свернула окно. А потом открыла папку для персонала под названием «Зав.». Там хранились самые последние версии завещаний всех официальных сотрудников «Известий постапокалипсиса», включая информацию о передаче авторского права. Все компании, сотрудники которых отправляются по работе в опасные зоны, имеют дело с зомби и работают в области журналистики, должны иметь подобные документы. Репортеры в современной Америке по закону приравниваются к живым мертвецам. Судя по информации, Баффи не меняла завещания с самой Калифорнии.

Я ввела пароль. Мы с Шоном имеем официальное право доступа ко всем файлам на наших серверах, именно на случай подобных ситуаций. Завещание представляло из себя файл только для чтения — копию настоящего документа, который, если верить информации вверху страницы, хранился у семейного адвоката семьи Месонье в Беркли. Мне копии было вполне достаточно.

Шон подошел поближе и встал у меня за спиной, положив руку мне на плечо. Баффи оставила личные вещи семье, произведения — сайту, а публицистику (то есть файлы с личной информацией) — нам с Шоном. Мы могли использовать данные по своему усмотрению. Ни слова про возможного преемника. Неважно, ведь последний пункт был достаточно красноречив и без этого.

— Вот мерзавка, — пробормотала я. — Она понимала, что в итоге погибнет. И знала, что поступает неправильно, хоть и отказывалась в этом признаваться самой себе. Знала.

— Почему ты так решила? — спросил Рик.

— Она завещала нам свои личные файлы, — откликнулся вместо меня Шон. — Зачем ей это делать? Значит, она знала, что они нам понадобятся. Возможно, она пыталась убедить себя, что поступает как должно, но у нее так и не получилось. Джордж…

— Рик, ты должен найти нового администратора для сочинителей. — Я кликнула по иконке «распечатать». — Это тебе срочное задание. Ну, и репортаж о Дочерях американской революции. Шон, нужно написать отчет о происшедшем, но…

— Там будут не только новости, там и для ирвина работа найдется. Понял. — Брат стиснул мое плечо, а потом вернулся за компьютер. — А что с файлами Баффи? С теми, про которые она говорила?

— Мне очень нужна запись с камеры, а она у Махира. Хотела сначала с этим разобраться. Но ты прав, файлы. Сейчас открою.

— Джордж…

— Просто помолчи, пока я с этим разбираюсь.

Ответ получился чересчур грубый.

У «Известий постапокалипсиса» есть два специальных сервера для служебного пользования. Один — так называемый «общий», на него может свободно скачивать и закачивать информацию любой из наших блогеров, даже если он не постоянный сотрудник, а просто тем или иным образом имеет дело с сайтом. Если вы выполняете для нас хоть какую-нибудь работу, мы сразу же заводим для вас аккаунт на «общем» сервере. Такие аккаунты почти никогда не удаляются, если только коллега не замечен в каких-нибудь злостных злоупотреблениях. Смысла нет — наши фрилансеры зачастую возвращаются. Зачем каждый раз удалять завещания? И зачем тратить время и заново создавать тот же самый аккаунт? Когда сайт станет побольше (если мы до этого доживем), придется пересмотреть нашу политику, но пока все и так нормально работает.

А есть еще «частный» сервер, и на нем установлена соответствующая защита. На данный момент аккаунты на нем заведены у семерых человек, и одна из этих семерых мертва. Я, Рик и Махир, потом сочинители — Баффи и Магдалена, и ирвины — Шон и Бекс. Именно на этом сервере мы храним важную информацию, начиная с финансов и заканчивая отчетами о сенаторской кампании, которые пока нуждаются в проверке. Он защищен всеми возможными способами, ведь достаточно будет одной утечки, и по репутации новостного раздела «Известий» будет нанесен серьезный, если не смертельный удар.

Новости — это серьезно. Думаете иначе — занимайтесь чем-нибудь другим.

Я открыла окно FTP и ввела адрес «частного» сервера. В качестве имени пользователя ввела «уморягдекрайземли», в качестве пароля — «Февраль-4–29».

Шон и Рик оставили свои дела и теперь стояли у меня за спиной. Экран мигнул, потом еще раз, а потом автоматически запустилась программа для просмотра видео. Я нажала на «сброс», но ничего не поменялось. Так что я просто откинулась в кресле и смотрела. Как же хорошо, что сейчас со мной моя команда. Нас осталось мало, но с другой стороны, мы трое — это все, что у нас осталось.

На мониторе появилось родное лицо Баффи Месонье. Она сидела, скрестив ноги по-турецки, на столе в нашем грузовике, на ней были надеты сшитый из лоскутов жилет и старая длинная плиссированная юбка. Помню, она так была одета в тот день, когда мы уехали из Оклахома-Сити. Мы тогда почти не разговаривали друг с другом. Баффи хотела, чтобы мы все бросили и вернулись домой. Как говорится, задним умом мы все крепки. Да, теперь уже слишком поздно, но я хотя бы поняла, почему она так стремилась отправить нас всех домой. Девушка хотела нас спасти.