Чтение онлайн

— То есть исцарапанными и в красном соке? — Уточнил Аркан, с ужасом слушая самого себя. Вот, что ни говори, а "с кем поведешься, на того и дети будут похожи"! А мышление Олега — еще та зараза заразная, ничем не перебиваемая и не остановимая. Еще чуть-чуть и их будут считать если и не любовниками, то братьями — точно!

— Ты, дом-то хоть помнишь, пенсионер застуженный? — Толстяк, устав разглядывать город, сел ровно. — Или как?

— Я все помню… — Огрызнулся Аркан. — Крыша была выше всех… А таких, вон, на весь город, всего четыре. У моей еще и балюстрады нет — когда дрались, снесли… Случайно… Ну и кресло, белое, пластиковое, должно лежать…

— Бен… Я искренне тобой восхищаюсь! — Олег лукаво сверкнул глазами. — Такая память! Такая внимательность! Такая предусмотрительность — и все тебе одному, досталось! Ау! Какой стул? Какая балюстрада? Снегу — метра два, на каждой крыше!

— Надо было тебя, все-таки, пнуть! — Аркан задумчиво почесал отросшую бороду, искренне ненавидимую, но… "согревает, согревает в холода, борода!" Вон, у Олега борода растет — три волосинки под левой ноздрей и целых пять — на подбородке! Как говорит сам толстяк — "пучок растительности". Оттого и ходит вечно в лыжной маске, пугая животных.

— Выбираем вон то здание. — Аркан ткнул рукой в дом, блестевший целенькими стеклопакетами. — У моего, точно, окна были целые. Особенно на восьмом-девятом этажах. А уж про тринадцатый-четырнадцатый и вовсе молчу…

Олег пожал плечами — можно подумать артефакт его слушается и вся эта перепалка, и взаправду, чего-то стоит. Хотя, если как фактор снятия стресса, то — да, стоит!

Пока "ковер-самолет" заходил на посадку, управляемый твердой рукой морпеха, парень проверил оружие и приготовился к неприятностям, которых, как правило, долго ждать не приходится, сколько ты к ним не готовься.

Снегу на крыше оказалось ниже колена, что никого не расстроило. Нашелся и белый, пластиковый стул, и даже тот самый флакон из-под лака, что находчивый морпех применил не по назначению.

Олег специально обошел все здание по краю, заглянул за край и присвистнул, представляя траекторию падения собачек, пытаясь найти скелеты, пока не вспомнил, что тагриссов, Бен сжег.

Вот и новое слово — "тагрисс"! Что имел в виду тот вампир, называя свою команду оборотней — "тагриссами"?

По словам Бена, пришедший по его душу был нагл, неосторожен и очень юн. Длинноухий — то есть точно — вампир из перворожденных, не новообращенная мразь, старательно гоняющаяся за свежей кровью и мясом. Но слишком молод. По словам Бена — вряд ли старше двадцати пяти.

— Олег! — "Стекло", возившийся с дверью, наконец-то с ней справился и теперь принюхивался к запахам, идущим с лестничной площадки. — Пошли.

Лестничная площадка 15-го этажа уже пострадала от времени и просочившейся с крыши, воды. Мороз устроил на площадке настоящий каток. А вот 14-й, а уж тем более — 13-й этажи, поражали своим пыльным запустением, тишиной, грязными окнами и сухими стенами, потолками и полами, словно и не было сверху толстой ледовой корки.

14-й этаж, с четырьмя дверьми, ведущими в четыре разных квартиры-студии, ничем особым не поделился — ну не отдирать же позолоченные троны, установленные в туалетах и некогда изысканное женское белье, аккуратно разложенное по полкам огромного шкафа. Или сотни пар обуви, от веселеньких босоножек, без каблуков, до монстров на 10-ти сантиметровой подошве или с 13 сантиметровым каблуком-шпилькой!

В другой квартире явно жил помешанный на мечах японист, увесивший две стены мечами, короткими и длинными, кривыми и прямыми.

Клинки, кстати, оказались полным фуфлом!

Быть может, во всей этой коллекции и были "жемчужины", вот только искать среди сотни, нечто стоящее…

И Бен, и Олег совершенно спокойно махнули рукой — не настолько все в мире плохо, чтобы вновь начать бегать с холодными резалками для мяса. Пуля в голову — намного вернее, быстрее и проще. Да и подпускать к себе, кого-нибудь с открывашкой, ни один уважающий себя вампир не будет.

В третьей квартире, на широкой кровати-траходроме, уютно устроилось пять мумий, хорошо просушенных за 20 лет лежания в пустой квартире.

Четвертая поделилась двумя упаковками минералки без газа, макаронами и большим запасом специй. Особым восторгом были восприняты Олегом сушеные древесные грибы, закатанные в полиэтиленовую, водонепроницаемую, упаковку и упаковки фунчозы, соевой спаржи и соуса, от одного запаха которого Бену хотелось спрятаться на другом конце земного шара.

На тринадцатом этаже, в квартире, в которой Бен уже похозяйничал, все оставалось на своих местах: приоткрытая дверца шкафа, распахнутая дверь в ванну и тишина, что давила на голову и тогда, и сейчас.

Тайник с оружием, найденный и разоренный морпехом в свой первый визит, вызвал у Олега странный смешок, пробравший Аркана нехорошим таким стадом мурашек, пробежавшимся по его телу в поисках места укрытия.

— Ты чего?

— Бен… — Олег почесал бровь. — То, что ты нашел тайник с оружием — это здорово. То, что ты в живых остался — просто чудо-чудное!

Стенная панель, кажущаяся монолитно-прочной, отлетела в сторону, едва толстяк приложил свои усилия к нужной точке и отошел в сторону, демонстрируя пяток гранат с оборванным огрызком лески.

Гранаты, морпех, тут же прибрал в сумку с "находками", предварительно проверив каждую, едва ли не облизав.

— Так… А эта дура как здесь оказалась?! — Искреннее изумление в голосе напарника, заставило Аркана посмотреть в другую сторону, где на затянутой трехцветными обоями, стене, висела простенькая репродукция какого-то морского судна, волны под которым шли слева направо, а паруса, отчего, надувались в обратную сторону.

Теперь стенка повернулась на скрытых петлях, открывая еще один узкий, но глубокий, оружейный шкаф, из которого выходил Олег, с трудом удерживая в руках двухметровое ружье, неведомого калибра.

— Это что за монстр?! — Морпех представил себе, какая должна быть у этого "кошмара" отдача при выстреле и поежился — при особой глупости стрелка, синяком не отделаешься!

— Знакомься, Бен! Это — Противотанковое Ружье Симонова, в просторечии — "Дура"! Говорю сразу — сам видел такое только в кино, в музее и в страшном сне! — Олег нежно провел рукой по вороненой стали ствола. — И не думал, что буду вот, запросто, держать ее в руках, аж где-то в Канаде!