Компаньон
Шрифт:
«Я что — то сделала? Это сработало?» — она не понимала, как такое вообще было возможно, но у нее не было сил думать об этом. Она просто давила разумом и отбивалась изо всех сил… ведь она инстинктивно догадывалась, каким будет результат при поражении.
Она услышала смех в голове. Та штука все еще была там.
«Я стар и силен. Ты проиграешь, девчонка, и я буду радоваться твоему поражению».
Она хмыкнула. Существо думало, что запугает ее. Она даже не знала, что это было, но не собиралась позволять ему захватить ее. Она отбивалась, впивалась в слова, что всплывали в ее голове. Она не проиграет!
Она покачала головой и закричала:
«Нет», — в голове. Та штука не получит ее разум.
«Слабачка, ты думаешь, что одолеешь меня?».
Ее рот раскрылся от ярости в голосе, который ощущался как бритва. Никто не должен говорить в ее голове. Шок стал брешью для него, и оно обрушилось с силой, ударяя хлыстом и разрезая ее жалкую защиту.
«Твои силы выросли за то время, что я следовал за тобой. Но и это можно потушить как огонь свечи».
Она не понимала. Сила? Какая сила?
Голос снова рассмеялся в ее голове.
«Твое нежелание поверить в это веселит. Да, у тебя есть силы, но никто с силами не выживет, пока есть я. Веришь ты во все это или нет, я все равно тебя убью».
— Убьешь? — закричала она.
«Ты изображаешь удивление, но все давно к этому шло».
— Не понимаю.
Голова ужасно болела от усилий удержать существо. Она хотела, чтобы оно ушло. Она не хотела, чтобы оно устраивало лагерь в месте, которому не принадлежало.
«Меня послали следить за тобой с тех пор, как ты своей силой призвала ливень. Это привело к смертям других с похожими силами, пока я искал тебя. Ты точно должна была заметить».
Холодок пробежал по ее спине от мягкости в этом голосе — лезвии.
«Я призвала дождь? Как это понимать? На моем Представлении? Потому все с тех пор вырвалось из — под контроля? Все… смерти…»
В ее голове мелькали картинки со дня ее Представления — смерти Зориана и Леслин, убийства Паллии и Грабеля, капитана Ладора и бедной Карры, искавшей ее. Все они были связаны с ней. Существо, что охотилось на нее, нагнало ее.
«Ты помнишь», — завизжал голос в ее голове, оглушая.
— Убийца, — тихо прорычала она, гнев разгорался в ней.
«Так меня уже называли».
Оно рассмеялось в ее голове, и она ударила по нему. Существо отступило, борясь с новой стеной в ее голове. Она вскрикнула, сжала виски. От этого боль в боку удвоилась, и она надавила на кровоточащий бок.
«Это не заживет».
— Почему? — рявкнула она, сжимая бок от его слов.
— Меч, которым я тебя порезал, был отравлен. Я сам добавил яд. Он не дает крови свернуться, вызывает ужасную боль.
— Ты это сделал? — она надавила сильнее от страха, вызванного его словами.
«Вести добычу к поражению так просто. Я знал, что ты придешь ко мне. Мне просто нужно было дождаться. Остальные были последствиями твоей вспышки силы. В их крови еще гудела энергия, хоть они не могли надеяться, что коснуться ее так, как ты. Теперь их кровь уже не гудит. Так будет и с твоей».
— Моя кровь гудит от энергии? Как это понимать? — завопила она. — Зачем ты это делаешь? — новые слезы полились по ее щекам.
«Потому что меня вызвал истинный наследник Дремилона для миссии не позволять Детям Рассвета появляться после того, как их погасили две тысячи лет назад».
— Наследник Дремилона? Эдрик? — охнула она. — Он никогда бы…
«Дома и их магия прокляли землю. После Падения света правит Тьма, и мы не дадим вам захватить власть. Если присоединишься к Тьме, тебя могут пощадить».
«Дети Рассвета были… людьми с силами? И Дома? И у меня силы как у Дома?».
Она сглотнула, не могла поверить в услышанное. Во всем этом не было смысла. Эдрик не мог так поступить. Он был истинным наследником Дремилона, но… заботился о ней. Он бы не послал такое существо убить ее.
Существо говорило загадками, а загадки ей уже надоели.
— Я ничего не понимаю! У меня нет сил, и Эдрик не мог тебя послать. Кто ты? И зачем это делаешь?
Атмосфера вокруг нее снова изменилась. Сирена сглотнула и приготовилась к грядущему. Она не ждала ничего хорошего.
Туман в ее голове чуть прояснился, тихие шаги зазвучали в туннеле. Она сглотнула и принялась за работу в голове. Она ощущала, как он сбил стену. Она не знала, как выстроила ее, но пока существо отвлеклось, она хотела разобраться в этом.
Она вспомнила ощущение, когда в ее голове будто появилась стена между ее разумом и существом. Она воссоздала это чувство, толкнула вокруг себя и ощутила, как стали расти хрупкие стены. Она не знала, что делала. Она знала лишь, что так может выжить.
Существо приближалось, а она строила стены на стенах как можно быстрее. Шаги приближались, и она старалась закрыть разум. Строила, плела, сооружала. Она должна была сделать это.
Существо врезалось в ее разум, и она вздрогнула.
Шепот пропал, его искажали слои кирпича и цемента в ее голове. Она прогоняла даже слабое шипение, выстроила для этого еще одну стену. Сначала было просто, но теперь она задыхалась.
— Ха! — воскликнула она. Сирена гордилась тем, что сотворила за несколько минут, пока существо отсутствовало.