Комендантский час
Шрифт:
— Мэйдэй, мэйдэй…
С другой стороны, что на них можно нацепить? Не комбинезоны же. Маечки-трусики? Ага, если для половинчиков вообще употребимо разделение конечностей на руки и ноги. Нет, тут нужно что-то вроде попонки. Вот только как ее описать в рапорте, чтобы читающим было понятно? Может, нарисовать?
— Мэйдэй, мэйдэй…
В наушнике на самом деле кто-то стонет, или мне чудится? Ну-ка, увеличу громкость.
Пять секунд тишины. Десять секунд тишины. Двадцать.
— Всем, кто нас слышит…
Что за чертовщина? Голос идет на фоне помех, но слова различаются вполне четко. И не означают ничего хорошего.
— Просим помощи…
Это я уже понял. А если судить по кодовому слову, тем, кто попал в неизвестные неприятности, помощь пригодится любая. Если, конечно, медузы не схалтурили или не решили надо мной подшутить. В очередной раз.
— Степень повреждений: «феникс»…
А вот тут моих познаний уже явно не хватит, придется просить помощь зала.
— Общий сбор на мостике. Расчетное время — три минуты.
169 часов 27 минут от перезагрузки системы
— Товарищ Джорег, можете сделать общим достоянием трансляцию, которую я получаю вот сюда? — Стучу указательным пальцем по наушнику.
— Никак нет, вашбродие!
Ответ быстрый, четкий, в своем роде исчерпывающий. Но совершенно меня не устраивающий.
— Почему?
— Частота командного состава, вашбродие! Не положено!
Просто прекрасно. Кто-то где-то погибает, а знаю об этом только я? Нет, так мы не договаривались!
— Хорошо, тогда перескажу своими словами.
— Сэр!
Что я вижу? Сомнение на лице адъютанта? Ах да, вопиющее нарушение правил и все такое… Но другого выхода у меня нет. Разве только отправиться спать, предварительно зашвырнув наушник куда подальше.
— Вы потом мне доложите, сколько пунктов вашего устава я послал лесом, хорошо? Сейчас важнее другое.
Они, конечно, ни в чем не виноваты. Особенно в моей некомпетентности. Но наверняка знают, как надо действовать. А я — понятия не имею.
— Нас просят о помощи. Точнее, не совсем и не только нас. Любого, кто слышит. И я рад бы не посвящать вас всех в подробности, тем более секретные…
Стоят. Смотрят. Каждый вроде бы со своим обычным выражением лица, но появилось и нечто общее. Объединяющее.
— Кто-то терпит бедствие. Понятия не имею, кто и где: все, что могу — повторить сообщение. И надеюсь, вместе мы разберемся, что происходит.
Первой реагирует адъютант. Предельно официально и бесстрастно:
— Прошу санкцию на доступ к диапазону закрытых частот.
Все бы хорошо, но ни черта не понимаю.
— Я что-то конкретное должен сделать?
— Дать согласие.
— Каким образом?
Хоть бы раз ее светлые глаза моргнули…
— Ваше слово.
Вот так просто? А без нудного ритуала обойтись нельзя?
— Разрешаю.
— Сержант!
Жорик разводит руками, и пространство мостика заполняется паучьими сетями информации. Блондинка ныряет в хаос светящихся линий и символов, останавливаясь примерно посередине.
— Местоположение?
Радист ненадолго скрывается за сполохами молний и рапортует:
— Объект в четвертом коридоре!
— Вижу, — подтверждает адъютант, то ускоряя, то замедляя карусель данных вокруг себя. — Шаг пеленга?
— Двадцать кабельтовых!
— Следующая точка склонения?
— Две минуты!
— Выход из канала?
— Через пять… шесть арок — самое большее.
Даже не пытаюсь догадываться, о чем они говорят. Поэтому не сразу понимаю, что следующий вопрос блондинка адресует мне:
— Уровень поражения?
— А?
— Они должны были указать.
Степень повреждений, что ли?
— «Феникс».
— Вы уверены?
— Да.
Повисает тишина, и калейдоскоп светлячков замирает на месте.
— Это плохо?
— Такой уровень поражения означает, что объект равновероятно способен спастись или погибнуть.
Обычное дело. Пятьдесят на пятьдесят: либо будет, либо нет. Зачем же делать из закона жизни трагедию?
— Это что-то меняет?
— Решение.
— И каким же образом?
— Нет регламента. Нет правила. Все действия — на страх и риск.
То есть можно помочь, но точно так же можно и не помогать? С чистой совестью?
Нет, не получится. Голос в наушнике все еще звучит. И я буду продолжать слушать его до… Конца, каким бы он ни получился.
— Они еще живы, адъютант.
— Сэр?
— Мы можем оказать им помощь? Технически.
Кивает:
— Тактическим модулем.
— Отлично. Что для этого требуется?
— Приказ.
— Считайте, он у вас уже есть. Еще что-то?
На лице блондинки по-прежнему нет и следа эмоций.
— Некомплект спасательной команды.
— Обойдемся теми, кто на борту. Основные функции они исполнить смогут?
— Да, сэр.
— И почему тогда вы все еще здесь? За работу! Выдвигаемся… или как там это называется?
Лёлика и Болека сдувает с мостика молниеносно. Жорик уходит минутой спустя, волоча за собой весь световой мусор и по дороге, похоже, продолжая уточнять и перепроверять полученную информацию. Только адъютант остается на своем месте.