Ком 9
Шрифт:
Палуба под ногами дрогнула, мигнула и… стала полупрозрачной! Кто-то из лис здесь, и они пытаются скрыть «Феникса» под невидимостью!
— Нарушаем, значит?! — я живо огляделся. А вот и знакомое полупрозрачное облачко. — Я кому приказал охранять девичник?!
— Ваша светлость, там двух моих дочерей будет вполне достаточно. Кроме них там работает императорская охрана. А герцогиня лично попросила меня присмотреть за вами. И, как видно, не зря!
— Герцогиня её попросила… Вернёмся — вот я эту герцогиню ремнём по заднице… и тебя вместе с ней!
— Как прикажете! — хрустальные колокольчики смеха рассыпались по палубе.
— Патроны! — рявкнул Петя.
— Есть! — Я воткнул новый короб. И только потянулся за вторым, как дирижабль вздрогнул и наклонился. И резко пошёл вниз.
— Айко! На тебе Сокол и Серго!
Я-то, допустим, смогу спрыгнуть. Метров с десяти — точно. И Петра на себе утащу. Даже если в воду рухнем.
Тем более если в воду.
Ага. А эти двое — калечные! Да ещё Хаген там где-то, ядрёна колупайка!
Видимо, капитану удалось снизить скорость падения, и в лёд мы не воткнулись, а по касательной ударились — и, как огромные санки, покатились вперёд. Витгенштейн продолжал рвать небо очередями, да и вторая спарка не отставала.
— Патроны!
— Есть!
Такими темпами он вообще все высадит! Вот чего мне в голову лезет?
— Покинуть судно! Покинуть судно! — раздался металлический голос.
— Добили Змея Горыныча, — проворчал Пётр, отстёгиваясь. — Вот поэтому на дизеля и перешли. Попадут тебе в котёл — и всё, рванёт. Только на щиты и надежда.
Мы скользнули вниз по покатой полупрозрачной горе баллона. И увидели Сокола, который уже тащил хромающего Серго прочь от упавшего дирижабля.
— Вот же язык твой! — сердито заорал ему Витгенштейн.
— Сам такой! — невпопад огрызнулся Иван. — Что делать будем? Щас эти уроды жениха нам грохнут!
А в небе творилось непонятное. Вместо того чтобы сообща сбить огненный болид Дашкова, завязавшего бой с двумя летательными аппаратами, остальные треугольники рванулись вниз и несколькими попаданиями накрыли эвакуирующихся членов экипажа.
— С-суки! Гражданских добивают! Разворачиваются, сейчас нас…
Я рванулся вперёд, принимая облик. В медведе-то у меня щиты всяко круче будут! Тем более — зимой! Тем более — во льдах! Да и прятаться за мной-медведем всяко удобнее!
— Айко — защита князей!
— Есть!
Накинул на себя максимально возможную шкуру. Добиваете гражданских, мрази летающие?! О нас сломаетесь!
Мы самые!
— Да-а-а! — проревел я.
Первый залп я принял на щит, второй удар чуть пригасил совместный щит князей, остатки Айко отбила в сторону.
— Сокол, подмогу вызывай!
— Да уже! Два раза! Не сработало! У меня больше нет!
— У меня тоже не сработало, — это уже Пётр.
— Вот же, — Серго добавил несколько эмоциональных слов на своём родном, — и у меня.
— Господа, — выпрямился Витгенштейн, — готовьтесь красиво встретить пришедшего северного пушного зверька! Уровень нашей энергетической мощи откровенно несопоставим.
— Иди ты в жопу, Петечка! — фыркнул Серго. — Помоги лучше встать!
— Фу таким быть, князь! — со всем возможным пафосом отбрил его Петя, но руку подал.
Невзирая на слова, князья счастливо улыбались. Маньяки адреналиновые. Один одноногий, второй контуженный…
А чёрные наконечники снизились, и, словно танцуя по прозрачности байкальского льда, направились к нам. Метрах в сорока они остановились. И внезапно раскрылись. И из них вышли люди. Так нелепо выглядевшие на зимнем Байкале со своими лентами этими, перьями. Я понимаю — традиция. Но — зимой в Сибири? Вы серьёзно?
— Опа! Старые знакомцы! — Сокол широко улыбнулся. — Слышь, Коршун, давненько я инков не убивал!
Ещё один маньяк!
Так и мы улыбнёмся. Инкам.
Так-то но. Если они нас сразу не убили — значит, нужны живыми! Значит, ещё побарахтаемся! О!
— Идея! Сокол, я атакую, а ты долбани-ка им под ноги!
— Чего?
— Выполнять! — прорычал я.
И прыгнул в атаку. Я вам скажу, когда белый мишка бежит, это страшно и быстро. А если он бежит на тебя, то вообще обосратушки. В меня полетели какие-то странные красные крутящиеся веретенца. Два отбил я, а один — Айко. Она так из невидимости и не вышла. А когда до инков оставалось с пяток метров, мимо меня пролетел здоровенный Ильин Огнь и воткнулся в лёд!
Бои магов — это же всегда поединок щитов и атакующих заклинаний. И обычно маги защищают себя. Это «обычно» сработало и здесь. Как я погляжу, у инкских магов вовсе не было навыков на льду биться. Специфика жизни в жарком климате! Воевали как на земле — каждый прикрывал себя!
Прилетевший в незащищённое открытое пятно сбоку от группы огненный заряд взорвал и вздыбил лёд, разломав его и частично превратив в мелкую шугу, заполнившую полынью в десяток метров.
Что, носатые? Когда под тобой вместо надёжной тверди, внезапно оказывается ледяная водичка — это бодри-и-ит…
Я с разлёта нырнул в полынью и сразу же перекусил барахтавшегося инку, тот так удачно оказался — прям перед пастью. А дальше рулил Зверь. Оказывается, плавает белый медведь под водой очень быстро и, как бы сказать — манёвренно. Так что ещё трёх мы совершенно безнаказанно порвали когтями. А потом я из-подо льда увидел ведущего бой инку и прямо из воды пробил его ледяным шипом.
Надо наружу. Воздух кончается.
Ага.
Я подплыл к краю полыньи. И, рванув воду лапами назад, вылетел на лёд. Вот только добежать до ближайшего инки мне не дали. С неба метеором упал Дашков и буквально снёс стоящие на льду треугольники-леталки. Во все стороны как сыпанёт ошмётками! И одним таким снесло именно того инку, на которого я собирался напасть. Так он и остался — полусидя, пробитый насквозь кривым обломком. Уж не знаю, железка это или нет, но ему хватило. А потом инки кончились. Не все, конечно. Но кучка, сбившаяся вокруг экзотически выглядевшей дамочки, уже не выглядела такой самоуверенно-опасной, как вначале.