Чтение онлайн

— Тогда вон там чайник и кружки. Я ж знал, что ты придёшь.

— Ага. Понял, — я налил себе чаю и уселся за стол напротив Петра. — А кормить нас сегодня будут?

— Только если ты дойдёшь до кухни и поставишь тамошних дам в известность о своём желании чего-нибудь вкусить. Ещё можно кричать, если ходить лень.

— А дамы наши?

— Уехали в город за чем-то дивно-рождественским.

— И маман?

— Так точно. А няни с ребятишками гулять ушли.

— Не, чёт я вчера так наугощавшись этих… как их?.. конопушек вроде? Чувствую избыточную сытость… — я допил чай, внезапно ощутил возрастающую тягу к деятельности (экое коварство!) и спросил Петра:

— Чего пишут? Или ты не читаешь, только буковки знакомые карандашом обводишь?

Петя хрюкнул:

— Да тут у меня разное… По поводу Бидара любопытная новость, хочешь?

— Валяй!

— Этот твой Смит…

— Чё он мой-то?

— Ладно, не твой. Просто Смит, который старикашка с письмом.

— Ну.

— Он, естественно, не мог знать всего.

— Так это понятно!

— Погоди, не перебивай. В шахтах сейчас идут восстановительные работы, и в первую очередь с помощью наших новых товарищей-ратнаияк. Древних.

Я кивнул, мол — конечно, понял.

— Им не требуется никаких особых условий. Потому что везде, где поднимается рубиновая пыль, люди допускаются только в костюмах общей защиты и на «Жуках». Вон там, к тебе поближе, между прочим, папочка тоже любопытная, разрабатывают шагоход-оболочку, чтоб он не как машинка с сиденьем был, а вроде панциря. Этакий мини-«Алёша», представь себе. С системой фильтрации воздуха и всё такое.

Я подтянул к себе папку, посмотрел картинку.

— Тогда уж надо и систему отвода жидкости делать.

Петя уставился на меня, как настороженный заяц.

— А что? — я пожал плечами. — Захотелось шахтёру отлить, представьте себе — и как? А если он себе своими же руками эту самую рубиновую пыль в орган занесёт? Это ж крындец, ядрёна колупайка.

— Крындец! — согласился Петя и что-то застрочил в своём блокнотике.

— Так чего с нагличанами-то?

— Секунду!.. Так вот, англы. Ратнаияки нашли отвод в туннелях, где в бытность английской администрации сидела часть конторских служащих, отвечающая за… за делание новых рубиновых элементалей, так скажем. Англичане у нас — народ чрезвычайно практический. Ждать, надеясь на волю случая, они сочли слишком долгим и ненадёжным способом. По большому счёту, так они получили только случайных первых и загнали в восьмой штрек последних. Всем остальным каторжанам, которые прибывали в промежутке, во время медосмотра делался «укол от малярии».

Я посмотрел на Петю. Ему тоже не очень-то нравилось то, что он сейчас читал.

— И это реально был укол? — спросил я. — Они… разводили рубиновую пыль, что ли?

— Сперва — да, — кивнул Петя. — Вкалывали в ягодицу. Потом нашёлся клерк с извращённым умом и предложил лорду Престону ускорить процесс. Они стали делать рубиновые иглы. Именно из рубинов восьмого штрека. Иглы, подточенные в основании. Ставили «укол» под лопатку и обламывали иглу. То есть оставляли в теле сразу кусок рубина. Сообщали работникам, что укол тяжёлый, будет болеть несколько дней.

— И те верили?

— Большинство из них в жизни не получало уколов, с чем им было сравнивать?

— Ужас.

— Так вот — новость. В исследовательскую лабораторию Бидарского рудника прибыл сам знаменитый профессор Павлов.

— Погоди, это который с собачками?

— Именно он.

— Петя, только не говори мне…

— Профессор привёз с собой двух престарелых собак из своей лаборатории.

— И им воткнули рубиновые иголки? Изверги!

— И ничего не изверги! Аккуратно ввели под шкуры.

— И собаки превратились?

— Так точно!

— Раз ты мне об этом говоришь, значит, их уж давно привезли. Не могло же это в два дня случиться.

— Ты прав, привезли их около недели назад, но до этого момента всё было строго секретно, а теперь собаки свободно бегают по лаборатории.

— А без этого никак нельзя было обойтись?

Всё-таки идея превращать собак в рубины мне понравилась не очень.

Петя тяжко вздохнул и оглянулся на дверь.

— Я скажу тебе, но прошу, не в передачу…

— Могила!

— Ратнаияки снова начали переполняться, а Сокол не успел ещё ту энергию сбросить…

— Ядрёна колупайка!

— Вот именно. Когда приходится выбирать между людьми и собаками — уж пусть лучше это будут собаки! Причём, тут пишут, что обе подопытные бодры, веселы, активны, словно к ним вернулась молодость. И они перестали нуждаться в пище!

— Чему тут удивляться, они ж каменные.

Я посидел, переваривая новость и отрубил:

— Сопрут их. Сопрут, как пить дать! И прибьют, на рубины.

Петя потёр подбородок:

— Надо намекнуть, чтобы их государю подарили.

— И статуи! Статуи золотые до сих пор ждут, чтоб их забрали. Только при передаче надо сообщить государю, что спёр их Семёныч. Я обещал.

Петя сделал в бумагах пометку:

— Я передам.

Напоминаем! Финал 8-го и старт 9-го тома — в воскресенье!

СТИХИЙНОЕ БЕДСТВИЕ

Другими словами то, что началось после императорского приёма, не назвать было никак. Стихийное бедствие! В Иркутск повалили женихи и невесты — некоторые сами по себе, а большинство-то с роднёй! С мамками-няньками-папеньками и хрен знает с кем ещё!

Слегка оглядевшись, они мчались засвидетельствовать почтение — прежде всего к Ивану. Ну приглашал же их великий князь при случае захаживать? Приглашал! А у кого великий князь сейчас обретается? Правильно…

По-моему, первые приехавшие рассчитывали, что им предложат и в гостях остаться, но — увы-с.