Чтение онлайн

– Я подумаю об этом, – после паузы произнесла василисса. – Ты же знаешь, как тяжело найти достойную жену. Но у меня есть кое-кто на примете.

Вздохнув, она горько усмехнулась:

– Как ты смеешь говорить мне о молодости, когда моя аптекарша неизвестно где? Кто будет готовить мне притирания?

Она тяжело опустилась на подушки.

– Я старею, брат мой. Я начинаю ненавидеть зеркала. Меня злят цветущие и гладкие лица моих патрикий.

– Никто не в силах остановить время. Твоя мудрость и сила ценнее недолгой молодости и ненадежной красоты.

– Мне хочется верить тебе. Но не хочется сдаваться на милость безжалостного времени.

– Я найду Нину, и она будет наказана за то, что посмела ослушаться тебя. В ее аптеке оставлена стража, сикофанты опрашивают ее соседей. Может, вместе с ней мы найдем и кольцо.

– Найди Нину, брат мой.

Василий поднялся, колени заломило жестокой болью. Поклонившись сестре, он шагнул из беседки и ступил на мягкий белый песок дорожки.

* * *

Очнулась Нина в темноте. Над головой висел темный купол с рассыпанными адамантами звезд. И близко так, казалось, руку протяни, и она погрузится в густой и мягкий черный ковер с искрами в глубине. Такой красоты небесной она никогда не видела. Но пришла боль, и Нина забыла про купол. Болел затылок, болели ободранные руки, колени.

Она прошептала: «Господи…»

Небо над ней тут же закрыли две темные фигуры. Одна из них голосом Галактиона сердито произнесла:

– Вот что тебе дома не сиделось, Нина?

Вторая фигура молча отодвинулась.

Нине стало страшно. Боясь пошевелиться, она прошептала:

– Я упала с камня. Спину сломала, верно. Не оставь меня мучиться, Галактион, избавь от страданий. У меня в корзинке там…

Галактион прервал ее:

– Ты что говоришь?! Головой, видать, повредилась? Там невысоко было. Джазим тебя сюда перенес, сказал, что ничего не сломано. Сказал, что ты просто от страха в беспамятство впала. А я вот вижу, что ты головой ударилась. Сильно, видать.

– Джазим… – прошептала Нина.

Она аккуратно пошевелила руками и ногами. Люди в горах насмерть разбивались. А выжившие, но повредившие спину, потом двигаться не могли и умирали в страшных мучениях. Но руки и ноги шевелились, спина не болела. А головой она и правда ударилась.

Нащупав шишку на затылке, Нина длинно выдохнула.

А над ней снова появилась темная фигура, закрывая небосклон.

– Зачем ты, женщина, в горы пришла? Кого ты искала? – говорил мужчина по-гречески с сильным акцентом, характерным для арабских народов.

– Я по делу пришла. Ищу я школу воинскую. Ты сам-то кто таков?

Мужчина не пошевелился, не ответил.

Нина попробовала сесть. Голова закружилась. От камня, на котором она лежала, ломило кости. Галактион помог ей, поддержав за локоть. Не дождавшись ответа, она объяснила:

– Мне надобно с учителем воинской школы фатимидов повидаться. Послание у меня важное для него. Поэтому, если ты из этой школы, молю, проводи меня к своему учителю.

– Говори свое послание, я ему передам. А женщину в школу не поведу.

– Почтенный, я не могу передать послание через тебя. Времени у меня очень мало. Из-за промедления человек невинный погибнет. Молю тебя, проводи к учителю.

Джазим молчал так долго, что Нина уже отчаялась. Но и задать опять вопрос боялась. Здесь, в горах, и она, и Галактион во власти этого человека. У него, знать, и оружие есть.

Нина вздохнула и, уже ни на что не надеясь, произнесла:

– Я про Зульфикар несу ему послание.

Даже в темноте было видно, как резко повернул к ней голову мужчина, блеснули его глаза. Молчал, видно, обдумывал что-то.

– Дождемся утра, – промолвил наконец он. Устроился удобнее, закутался в плащ, опустил голову.

Нина смирилась. И правда, до утра ждать придется. Никто не пойдет по горам в темноте.

– Где моя корзинка? – спохватилась аптекарша, озираясь. Хоть и темно сейчас, но белый платок, завязанный на корзинке, можно увидеть. Не найдя, перевела взгляд на Галактиона.

– Нина, в темноте твою корзинку искать никто не будет, – сердито прошептал Галактион. – Лучше давай подумаем, как отсюда выбраться, пока он спит.

– Не буду я никуда выбираться. Мне к учителю надо попасть.

– Дался тебе этот учитель! Зачем тебе к нему?

– Не могу я рассказать, говорила уже. Иначе и тебе головы не сносить. Это тайна империи, не моя. Даже не спрашивай. Лучше объясни, как ты за мной пробрался и зачем? – сердито набросилась на него Нина.

– Затем, что знаю я тебя. Опять влезешь, куда порядочной женщине даже смотреть не положено. Как я потом тебя за твоего купца замуж выдам? Так хоть присмотрю да защитить смогу, чтобы не обидели.

– Нашелся защитник! Как ты только сюда добрался? Я и видеть не видела, что ты позади идешь.

Он самодовольно усмехнулся:

– Проследить-то за тобой было нетрудно. Перед лавкой Гидисмани долго ждать пришлось. Потом за вами пошел, вы даже не оглянулись ни разу. За воротами я отстал, конечно. Да только за телегой такое пыльное облако поднималось, что я видел, куда вы направлялись. А вдоль склона шли, так этот сутулый ногами шаркал, будто сокков не жалко. Потом я увидел, что храбрец этот один к городу направляется, а женщину в горах бросил. Я не стал тебе сразу объявляться, боялся, опять прогонять начнешь. Кто ж знал, что ты с камня свалишься? Джазим тоже за тобой наблюдал, как оказалось. И за мной. – Он смущенно почесал затылок.

Нина вздохнула. Плохо, конечно, что Галактион за ней пробрался. Там, где женщине простят, парню может не поздоровиться.

– Завтра поутру возвращайся в город. Стефан тебе и так уже плетей отсыпет, небось.

Галактион не стал отвечать. Ворча себе под нос, устроился на неудобных камнях. Долго ворочался, потом засопел.

Нина тоже устроилась, как могла, найдя клочок мха. Завернулась в плащ, но уснуть не могла долго. Голова ныла, да мысли мучали. Сколько у нее еще времени до отплытия сухорукого? Успеет ли? Еще и Кристиано надо предупредить. Не станет она кольцо сухорукому отдавать, еще обманет. Она с ним вместе к Винезио отправится. С ним и с Кристиано.