Чтение онлайн

Тут я осекся, прикусив язык. Это ж надо так проколоться! Сосредоточив все внимание на том, чтобы не вспомнить чего лишнего, я без малейшего принуждения разболтал один из самых главных своих секретов!

– Чем же от него пахло? – спросил Рикки, резко подавшись вперед, словно гончая, почуявшая след.

– Потом и кровью, – мрачно буркнул я самый очевидный ответ.

Больше всего на свете мне хотелось сейчас вскочить с места и убежать от этого странного храмовника с его пугающими способностями. Люди не имеют права обладать такой властью! Впрочем, человек ли он?.. Мало ли до каких опытов дошли храмовники бога-сына за надежными стенами своих святых обителей. Говорят, чтобы успешно сражаться с нечистью, надо во всем превзойти ее, а значит – во многом уподобиться этим исчадиям бога-отступника.

Рикки укоризненно качнул головой, раздосадованный моей неуступчивостью.

– Шени, – проникновенно начал он, – давай расставим все точки над «ё». Я прекрасно знаю, кто ты и чем зарабатываешь себе на жизнь. Я могу в любой момент сдать тебя городской страже. Взять за шкирку и самолично отволочь в темницу. Ты должен понимать, что не выстоишь против меня в схватке. Все, что тебе остается, – смириться с этим печальным фактом. И начать сотрудничать. Кроме того, сдается мне, твоя скромная персона способна заинтересовать не только бургомистра, но и настоятелей храмов. А это грозит гораздо большими неприятностями, чем обычная казнь или бессрочная ссылка на рудники. Ты ошибаешься, если считаешь, будто я принадлежу храму бога-сына. Да, я имею к нему отношение, но лишь отчасти. Считай, выполняю роль некого проверяющего, неподвластного здешним властям. Поэтому или ты прекращаешь маяться дурью и начинаешь отвечать на мои вопросы – заметь, честно отвечать, – или твоей дальнейшей судьбе не позавидуешь. И учти: я не угрожаю, а предупреждаю.

От размеренного голоса Рикки, безразлично перечисляющего то, что мне грозило, стало не по себе. По спине пробежали холодные струйки липкого едкого пота. Демоны, как же я влип!

– У тебя, собственно, нет выбора, – негромко продолжил Рикки. – В любом случае я заставлю тебя говорить и услышу все ответы на интересующие меня вопросы. Разница лишь в том, сколько неприятных ощущений ты при этом получишь. Тебе все ясно?

– Да. – Я хмуро кивнул. Куда уж яснее. Рикки только что четко дал мне понять, что имеет полное право пытать меня хоть на главной площади Лутиона, перед городской ратушей, при всеобщем скоплении народа, и никто не имеет права как-нибудь помешать ему.

Рикки неожиданно виновато улыбнулся, на какой-то неуловимый момент став похожим на любого из своих сверстников, не обладающих никакими магическими талантами.

– Извини, – сказал он. – Терпеть не могу угрожать людям. Но ты меня вынудил. Начнем наш разговор заново?

Больше всего на свете мне почему-то хотелось улыбнуться ему в ответ. Но вместо этого я нахмурился, придав себе как можно более грозный вид, и выдавил из себя:

– Спрашивай.

Рикки тяжело вздохнул, словно разочарованный моим суровым тоном. А чего он ожидал, хотелось бы знать? Что в ответ на недвусмысленные угрозы я зарыдаю от умиления и восхищения и признаю его лучшим другом?

– Почему твой приятель пытался тебя убить? – сухо начал расспросы Рикки.

– Понятия не имею, – честно ответил я. – Могу лишь предполагать. Дело в том, что прошлой ночью я вошел в теневой совет гильдии наемных убийц. У нашего главы на это место была своя кандидатура. Борг служит Магистру, поэтому можно предположить, что он приказал меня устранить. Но…

– Но что-то тут не вяжется, – любезно закончил за меня Рикки. Порывисто нагнулся ко мне, резким движением отшвырнув стоявшую между нами сковородку на другой конец стола. – Что не вяжется?

– Магистр очень тяжело болен, – медленно, тщательно подбирая слова, принялся я объяснять. – И он поручил мне найти способ обмануть смерть. Было бы нелогично, если бы Магистр поставил собственную жизнь выше места для своего избранника в теневом совете.

– В чем заключается его болезнь?

Я тихо застонал, услышав вопрос, на который не смел при всем желании дать честный ответ. Клятва верности связывала меня по рукам и ногам. Эта не моя тайна. И я не имею права кому-либо рассказывать о ней, не получив прежде разрешения Лантия. Даже с Боргом я сумел обсудить это, лишь убедившись, что тому и так все известно.

– Ну? – подстегнул меня окрик собеседника.

Из кухни на шум выглянула удивленная служанка. Обежала взглядом все еще пустой зал и вновь скрылась, убедившись, что мы не вцепились друг другу в глотки.

– Я не могу. – Я с отчаянием взъерошил волосы, избегая смотреть в сторону Рикки. – Правда, не могу. Я поклялся, что не предам Магистра. Никогда и ни при каких обстоятельствах. Хочешь – режь меня на куски! Прижизненные муки – ничто по сравнению с тем наказанием, которое ожидает меня за порогом мира мертвых.

– Хорошо, – тут же отступил Рикки. – Полагаю, драконы тоже как-то связаны с тайной твоего хозяина?

Я молчал, упершись взглядом в грязную столешницу. На меня напал непонятный ступор. В голове – ни мысли. Лишь страшная усталость, свинцовой тяжестью сковавшая все тело.

Рикки кашлянул, открыл было рот, чтобы что-то сказать, но в последний момент передумал.

– Ну ладно, – после затянувшегося молчания сказал он, убедившись, что продолжения от меня не последует. – Я не буду настаивать. Некоторые клятвы необходимо соблюсти любой ценой, не так ли?

Я устало сгорбился за столом и принялся мрачно крошить черствый хлеб в сковородку с мясом, которое ни один из нас так и не рискнул отведать. Хотелось бы знать, сколько еще будет продолжаться этот допрос? Я слишком устал. Вторые сутки практически без сна. То Роммия в нижнем городе выслеживал, теперь еще Борг с его загадочным желанием меня прикончить. А ведь я еще как следует не отошел после дела покойного купца Тирна, точнее, после неприятностей, которые посыпались на меня сразу по выполнении того заказа.

На этом месте своих невеселых раздумий я очнулся. Испуганно покосился на собеседника. Тот сидел, склонив голову набок, и с нескрываемым интересом следил за ходом моих размышлений.

– Прости, – без малейшего стеснения рассмеялся он. – Надеялся, что ты хоть на миг ослабишь свою бдительность.

– И что ты намерен дальше со мной делать? – негромко осведомился я, мечтая о прекращении этого мучительного допроса. Хоть бы вошел сюда кто-нибудь. Забавно, уже битый час толкуем, а за это время ни один человек не заглянул.