Чтение онлайн

— Ваши планы сбываются, да?! — со злостью спрашиваю я.

— Они в процессе реализации! — Князь наклоняется вперед, берет меня за плечо и крепко его сжимает. — Объясни: почему тебя пугает брак с будущей Императрицей? Каждый российский аристократ, не задумываясь, отдал бы за это половину своей никчемной жизни!

— Хочу управлять своей жизнью, а не страной, и хочу управлять самостоятельно, — нехотя признаюсь я. — Это — главная причина. Я не исключаю, что приду на прием к Императору и попрошу руки его дочери, но по собственной воле, понимаете?!

— Понимаю! — на удивление серьезно отвечает Шувалов. — Но для большинства аристократов полная свобода — это несбыточная мечта! Такова плата за положение в обществе и в государственной иерархии!

Шувалов во всем прав. Умом я и сам все понимаю, но куда деться от мятежной и непутевой души.

— Как ты прошел Инициацию? — спрашивает он.

Великий Князь задает самый важный вопрос. Я боюсь на него отвечать, потому что не знаю, какой Инициация должна быть. Начнем с того, что моя случилась вне пределов Алтаря. История полна легенд о великих воителях прошлого, Дар у которых проявился спонтанно, и ни о каких семицветных Храмах тогда и речи не шло, но все это — преданья старины глубокой.

Если Князь поймет из моего рассказа, что я совмещаю в себе Дар Тьмы или Света…

— Ты меня боишься? — неожиданно спрашивает Великий Князь. — Я ударил тебя Силой по двум причинам…

— Вы увидели во мне фиолетовый огонь и знали, что Сила не причинит мне вреда, а какая вторая?

— Я должен был опередить остальных! — отвечает Князь.

— Кто-то из Глав Великих Родов желает моей смерти?!

— Конечно, мы с тобой это уже проговаривали, но речь о другом, — Шувалов на мгновение замолкает и смотрит в окно вертолета сквозь фиолетовую пелену. — Инициация у всех проходит по-разному. Процесс не важен, важен результат. Меня интересует как ты прошел ее, ничего не зная о процессе?

После минутного колебания я принимаю решение рассказать правду. В конце концов, в этом мире нет человека, которому я могу доверять больше, чем Великому Князю.

— Догадался, наверное, — отвечаю я. — В алтаре ничего не получилось. Сидел как дурак на стеклянном кресле, обливался потом от волнения и отсчитывал секунды. Затем вернулся в Храм. Встал в центре, в перекрестье лучей Кристаллов, и Инициация началась сама. Храмовый зал превратился в огромный калейдоскоп. Менялись цвета: красный, желтый, оранжевый, голубой… На фиолетовом все остановилось, Осколок вспыхнул, и я почувствовал огонь в собственных глазах.

О белоснежном покрове в начале и светящихся глазах статуй Разделенного Бога я решаю умолчать. На всякий случай. Осторожного Разделенный бережет.

— Молодец! — удовлетворенно произносит Князь. — Обычно потоки лучей направляют Главы Великих Родов, а ты компенсировал их отсутствие. Сам догадался или подсказал кто?

— Некому было подсказывать, — обиженно говорю я. — Ведь рядом со мной нет многоопытного одаренного, одного из сильнейших магов Империи…

— После Инициации одаренные подписывают обязательство не рассказывать о ней никому, даже собственным женам и детям, — поясняет Князь. — Бумагу ты тоже подпишешь, но дело не в ней. Храни в тайне все, что мне поведал!

— Почему?

— Потому что в древности, когда все аристократы были либо Светлыми, либо Темными, Инициация проводилась именно так, как прошел ее ты…

— Значит, я все же…

— Нет! — перебивает меня Шувалов, не позволяя закончить фразу. — Ты цветной, чего я и ожидал. Но учитывая подозрения Бестужева и Грибоедова, эта история может стать опасной! А теперь самый интересный вопрос! — Шувалов ухмыляется, наклоняется вперед и ерошит волосы у меня на макушке. — Почему ты голый?

— Одежда сгорела дотла, — отвечаю я. — И сумка с документами, деньгами и телефонами — тоже…

— Как это — сгорела? — удивляется Князь.

— Вспыхнула ярким пламенем и исчезла, — я пожимаю плечами. — Даже пепла не осталось…

Старик внимательно на меня смотрит и озабоченно потирает подбородок.

— Ожогов нет, и волосы на месте, — бормочет он себе под нос. — Никогда такого не видел…

— Меня будут проверять дознаватели?

— Сейчас — вряд ли, а вот перед заключением брака с Романовой — наверняка!

— Вы говорите о браке, как о решенном деле, но…

— Саша, ты — идеальный кандидат для Рода Романовых, мы с тобой это уже обсуждали, — снова перебивает меня Князь. — А с учетом состояния Цесаревича и отсутствия других прямых наследников ваша свадьба практически неизбежна!

— Значит, покушения не закончатся?

— Их станет больше! — Шувалов кивает. — А после объявления о помолвке, я не поставлю на твою жизнь и ломаной копейки!

— Меня снова ждет заточение в золотой клетке? — с отчаянием спрашиваю я.

— В фиолетовой, — поправляет меня Князь с улыбкой. — Наш с тобой договор в силе, ты вправе совершать любые глупости, но с сегодняшнего дня ответственность за них будешь нести сам! Теперь ты можешь за себя постоять, и в схватке один на один тебя сможет убить лишь несколько аристократов Империи!

— Не могу! — честно признаюсь я. — Я не совершил Акта Творения! Не получилось! Мне даже Покров недоступен!

Глаза Великого Князя вспыхивают ярче, огромные кулаки сжимаются, и я впервые слышу, как он ругается пятиэтажным матом, виртуозно используя великий и могучий русский язык на зависть всем дворникам и портовым грузчикам.

Темная фигура передо мной застыла в стойке ожидания с кинжалом в левой руке. На девятом уровне сложности тренировочный манекен одинаково хорошо владеет и правой и левой рукой. Его атакующее движение я считываю заранее — призрак, сотканный магией Силы, полностью имитирует поведение человека, и напрягшаяся мышца на толчковой правой ноге выдает его с головой. Отбиваю удар его кинжала клинком своего и уклоняюсь от летящего в лицо кулака.

Я в боевом тактическом модуле. В отсутствие достойных соперников выплескиваю агрессию и злобу на создании бездушном, но во всех отношениях совершенном. Лучшего бойца нашей Службы Безопасности я уложил за пару минут, и Бекетов лишь развел руками. Ты молодец, мол. Признал высокий уровень моих боевых навыков и предложил заниматься с виртуальным противником.

Манекен стоит напротив и перебрасывает кинжал из руки в руку. Если бы у него было лицо, на нем расплылась бы зловещая улыбка. Слежу за манипуляциями с оружием и мелкими шажками пячусь назад — чем больше между нами расстояние, тем больше времени у меня на реакцию.