Чтение онлайн

Те выходили легко, только дерево скрипело слишком громко, и девушка старалась действовать как можно медленнее, чтобы ее никто не услышал.

– Ну, сестрица, посмотрим, сможешь ли ты разглядеть эту штуковину в своей гребаной вездесущей тарелке.

Когда дело было закончено, она протянула руку к большому куску кроваво-красного кристалла и положила на него ладонь. Девушка зашипела: кристалл отозвался в руке резкой болью, и кожа в местах соприкосновения с ребристой стенкой кристаллической тюрьмы покрылась мелкими волдырями, которые она, впрочем, сразу же залечила, потратив на это слишком уж большую часть своих оставшихся сил. Да, чтобы полностью восстановиться, ей понадобятся месяцы, но столько времени у нее нет.

Она вновь взглянула на цельный кристалл. Величиной с человеческий рост, он был покрыт сетью трещин, из которых лился ровный свет синеватого оттенка, и его грани в лучах солнца серебрились всеми оттенками радуги.

Отняв руку от своего сокровища, Эмма щелкнула пальцами. Воздух слегка заискрился, что свидетельствовало о наложенных на темницу охранных чарах.

Сделав два шага назад, она окинула взглядом недавнюю находку, ради которой спускалась в самые глубины проклятого лабиринта, где воздух был настолько тяжел и ядовит, что обычный смертный не сделал бы там и трех шагов. У нее самой едва не расплавилась кожа, пока она добрела до нужной ей ветви.

Эмма обошла его с другой стороны и проследила взглядом за каждой шлифованной временем и песком гранью, тщательно осмотрела каждое острие кристаллических наростов. Убедившись, что с камнем все в порядке, и он поврежден достаточно, чтобы допустить утечку чар, но не позволять существу внутри выбраться наружу, Эмма довольно хмыкнула.

– Юная госпожа?
– послышался осторожный голос за спиной. Малек, старший помощник одного из хозяев "Белорозы", выбрался из погреба и оказался в четырех шагах от нее, нервно вытирая промасленные руки о грязный передник.

– Да?

Малек с опаской озирался на кристаллическую тюрьму.

– Не смотри туда, смотри на меня, - спокойно сказала девушка, и помощник беспрекословно подчинился. Его глаза на миг остекленели, отвечая вложенным в голос чарам.

– Я... я только хотел поблагодарить за то лекарство, что вы мне дали вчера вечером, - пожав плечами, он улыбнулся.
– Можно сказать, вы меня спасли от неизбежного увольнения.

– Может быть, - она не сдвинулась с места.
– Подойди ближе.

Несколько секунд Малек в нерешительности топтался на месте. Потом все же сделал шаг, на миг застыл и уже уверенно зашагал в ее сторону.

Когда Малек встал рядом, по привычке горбясь и теребя в дрожащих руках своей передник, Эмма достала из ножен на бедре маленький треугольный кинжал, молниеносно провела острием по его шее и толкнула его тело в грудь, чтобы он упал на спину и не запачкал ее одежду кровью.

Когда тело перестало дрыгаться, и сердце окончательно остыло, девушка склонилась над трупом Малека и деловито осмотрела страшную рану над его выступающим кадыком.

– Слишком глубоко...

Эмма положила ладонь на грудь трупа, где должно быть сердце. Выдохнув, она снова занесла кинжал, разрезала рубаху и приступила к потрошению, радуясь, что нашлось такое тихое место под боком у дворца, где она может не опасаться быть пойманной. А что до погреба, то сюда все равно редко кто ходит, и их шаги слышно обычно еще на подступах.

Поддев острием клинка край кожи у горла, она повела им вниз. Из раны потекла темная вязкая кровь. Добравшись до ребер, Эмма вернулась в повозку и выудила из-под сиденья маленький топорик. Она старалась все делать аккуратно и не повредить внутренности, так что времени на все ушло довольно много. Надо торопиться.

Сердце еще полностью не остыло.

Девушка освободила его от лишних сосудов и вытащила из груди. Она бережно положила его на заранее расстеленную тряпицу и подождала пару мгновений, пока остановится кровь.

Снова взяв в руки кинжал, Эмма стала разрезать лежащий перед ней орган надвое, и когда лезвие клинка наткнулось на что-то твердое, резко остановилась. Она сунула в сердце палец.

Вытащив наружу маленький - с ее мизинец - кроваво-красный камешек, Эмма тщательно вытерла его краешком тряпицы, очищая от лишней жидкости и остатков въевшейся плоти. Две его выпуклые ромбовидные грани сверкали, и в них она четко могла разглядеть свое отражение - таки гладким он был.

Она сжала его в руке. От трупа надо избавиться. К счастью, у нее как раз оказалось припасено одно заклинание из разряда некромантии, и вскоре кровь и плоть обратились в ничего не стоящий прах, разлетевшийся по ветру.

Эмма привела себя в порядок, собрала непослушные волосы в конский хвост на затылке.

Она вернулась к кристаллической тюрьме. Выдохнув, Эмма приложила острие кровавого осколка к самой большой трещине и сказала:

– Ну, папочка, это был твой выбор. Потом не говори, что я тебя обманула, - она усмехнулась.
– И все же как хорошо все складывается, а? Неужели тебе всегда так везет?

По кристаллу прошла дрожь. Изнутри он засиял серебром, и сияние это медленно распространялось по всему его объему. Теперь в нем четко проглядывался сгорбленный силуэт человека, стоящего на коленях, чтобы хоть как-то уместиться в этом камне.

Эмма попятилась. Ее коленки против воли дрожали, лоб покрылся испариной. На ватных ногах девушка отступила на пять шагов назад и застыла в нерешительности.

Человек перед ней вздрогнул. Его руки, скованные ранее живым кристаллом на долгие двенадцать лет, медленно поднялись выше. Мужчина поднес раскрасневшиеся пальцы к лицу, осторожно ощупал нос и перешел к глазам, пытаясь разлепить сомкнутые веки.

– Не надо, не так!

Взяв себя в руки, Эмма кинулась к нему. Она села перед ним на колени и мягко, даже ласково взяла его за руки. Девушка отвела их в стороны, оглядела бросающиеся в глаза черные отметины, сеткой пронизывающие все его тело по линии вен.

– Ты меня слышишь?

Мужчина медленно поднял голову и исподлобья взглянул на нее. Эмма едва не отшатнулась: зрачки его глаз больше не были черными, они полностью выцвели и теперь напоминали бледные синеватые осколки льда, напоминавшие по форме розу ветров и выходившие даже за пределы светло-серой радужки. Выглядело это весьма пугающе.