Чтение онлайн

А сам Нестор, вслушиваясь в завывания тысяч лярв, понял, что пришло его время, а все, что будет после, — не так уж важно.

За спиной заплакал ребенок.

В ту же секунду нечто легко толкнулось ему в руку. Рукоять меча. Это что, пригрезилось? Или он так мечтал об этом, что… Нет…

Серая волна катилась по острову, хромая на все ноги, какие имела, воздевая свои рукооружия и вопя на тысячи голосов.

Нестор выкрикнул им что-то в ответ, зная, что никогда не вспомнит, что именно. Лучники выпустили свои первые стрелы. Каждая из них нашла свою цель, но — без малейшего эффекта. Бойцы глухо зарычали и подняли дубинки. И тут вдруг Нестор осознал, что держит рукоять уже двумя руками и — словно они с мечом были соединены общими венами и артериями — из рукояти в него струится неведомая сила. Затем клинок сам по себе переместился в боевую позицию, причем так легко и естественно, что Нестор не смог бы сказать, чья была в этом воля — его или клинка. А потом волшебный меч сам собой взлетел вверх и…

У него не было времени удивляться всем этим чудесам или даже пытаться подсчитывать шансы — серая волна докатилась до крыши храма.

И Нестор закричал — он и сам не знал, что за звуки рождает его горло, но это было что-то из древних, давно забытых боевых кличей. «Градоспаситель», — прошелестело у него в мозгу, и он понял, что это имя его меча.

Градоспаситель издал пронзительный визг и закружил, сражая врагов с такой легкостью, словно снимал кожуру с фруктов… А рукооружия он срезал и вовсе как траву.

— Это было вот здесь, — отрапортовал лейтенант в сине-белой форме. — Именно здесь эти драконы и напали на нас.

Герцог Фрактин остановил своего ездозверя прямо под сыплющим каплями после недавнего дождя деревом и легко соскочил с седла. Потянувшись, чтобы размять затекшие после долгой езды мышцы, он одновременно окинул поляну внимательным взглядом.

Переспрашивать у лейтенанта, то ли это место, не было нужды: уже отсюда можно было почувствовать смрад огромной разлагающейся туши. А не заметить ее мог только слепой. Надежно окруженный стражей, герцог сделал еще пару шагов вперед и увидел рядом с дохлым драконом своего мертвого солдата, а чуть поодаль — задравшего вверх все четыре ноги ездозверя.

«Вонючая отрыжка войны», — подумал герцог и прошел еще несколько шагов в сторону поля битвы. Чем ближе оно было, тем интенсивнее он приказывал себе: «Это твой новый опыт. Привыкай».

Пока он шел, рука машинально искала рукоять висевшего на роскошной перевязи меча Удачи.

— Ну и где же опрокинутый фургон? — спросил он у лейтенанта. — Вы ведь вроде рассказывали мне, что он якобы опрокинулся и что лишь внезапная атака неведомо откуда прибежавших драконов помешала вам поймать тех, кто в нем ехал. Так было?

— Именно так, ваша честь.

Два остальных солдата из злополучного патруля, взятых герцогом на следствие, заспорили, вспоминая, где именно опрокинулся фургон. Герцог выслушал их без малейшего интереса, и даже его красноречивые закатывания глаз не смогли остановить спор двух честных остолопов. Его собственных магических сил хватило на то, чтобы установить главное: где бы ни валялся этот фургон, в нем был по крайней мере один магический меч. А может, и два.

Прежде чем солдаты разобрались между собой, прискакал вестовой, сообщивший, что по главной дороге движется еще один, похожий на искомый, фургон. И он почти тут же показался — грязный, ободранный и запряженный всего двумя тощими тяглами. В первую секунду герцог растерялся: как это его слуги посмели пропустить пред его очи такое убожество!

Но увидев того, кто правил упряжкой, он понял. Точнее, начал понимать.

— Мой милый кузен, — прощебетала леди Марат и подала герцогу руку, чтобы он помог ей сойти на землю.

Она вела себя так, словно грязная повозка, на которой она прибыла, нисколько не ущемляла ее достоинства; однако ее последующие слова выявили, что леди весьма и весьма обижена.

— Я прошу вашего милостивого разрешения на то, чтобы, когда замок, который я вчера оставила, падет, мне было позволено лично сквитаться кое с кем.

Фрактин торжественно кивнул:

— Вы его получили, леди. Если только это не помешает моим личным желаниям и военным действиям. Итак, что вы можете мне рассказать?

Но прежде чем дама успела открыть рот, раздался звук трубы и герцог оглянулся. Основная часть его гвардии наконец-то прибыла. Огромная колонна марширующих в ногу пехотинцев змеилась по дороге, насколько хватало взгляда. Герцог ответил на салют возглавлявшего колонну офицера и затем вернулся к разговору с леди Марат.

Его светлость предложил леди освежающий напиток, но она отказалась и заявила, что должна немедленно доложить о результатах своей миссии. По мере рассказа ее ярость нарастала. Оказывается, она уже тщательно продумала, как именно разделается с каждым, кто нанес ей вчера оскорбления. Но самую большую ненависть она испытывала к отобравшему у нее карету и так гнусно унизившему ее рыцарю.

Герцог Фрактин внимательно выслушал своего эмиссара, отметив для себя, что фургон охотников за драконами вовсе не был уничтожен в битве, а добрался в целости до замка сира Эндрю. Когда доклад был окончен, он спросил:

— Так мой курьер улетел из замка с одним мечом? Вы в этом уверены?

— Да, любезный кузен. В этом я абсолютно уверена. Однако что именно за меч он унес, я не знаю.

Герцог в который уже раз подумал о том, что леди Марат необычайно хороша собой, но поспешно отбросил эти мысли — сейчас у него были дела поважнее.

— Но где же тогда мой курьер? До меня он так и не долетел.

Об этом у леди не было ни единого предположения. Дрессировщик дракона мало что мог добавить. Он заявил, что тварь настолько вынослива, что даже если ее ранят обычным мечом, она сумеет пролететь довольно большое расстояние. Однако всем известно: драконы — существа своевольные и особо полагаться на них нельзя.

Герцог обернулся к еще одному только что подошедшему советнику:

— Ну, а ты что скажешь, синерясник? Мне просто везет? Или это меч так действует?

Маг картинно воздел руки:

— Я скажу лишь одно, ваша светлость. Трудно предположить, как развивались бы события, не будь у вас меча Удачи.

— Это не ответ, синерясник. Я считаю, что… Ты чего на меня вылупился, урод? — Последние слова относились к одному из людей из свиты леди Марат. Минувшие два дня службы принесли этому человеку несколько неприятных ран, и теперь, когда леди была благополучно доставлена к друзьям, он смог наконец обратиться за помощью к лекарю герцога.

Целитель вздрогнул от оклика и отнял руки от раны, которую заживлял. Солдат разинул рот и бросился ниц, невзирая на то, что рана так и осталась открытой и повязка отлетела в сторону.