Клоун
Шрифт:
Хрясь!
Клейн усилием воли вдребезги разбил сновидение и вынырнул в реальность. Он тут же почувствовал, как невидимые нити, стягивающие его руки, ноги и туловище, слегка ослабли. Тем временем мадам Шэрон, стоявшая возле ростового зеркала, выглядела потерянной. Казалось, она вот-вот сбросит с себя чары «Талисмана глубокого сна», но всё еще не до конца проснулась. Кенли же безвольным кулем рухнул на пол. «Зеркало медиума» валялось неподалеку стеклом вниз, а его револьвер отлетел к самой двери.
Шанс!
Воспользовавшись ослаблением хватки, Клейн вырвал левую руку и с громким щелчком пальцев высек бледно-голубое пламя Духовности. Он направил огонь прямо на сковывающие его нити.
Одновременно с этим он вскинул правую руку с револьвером и несколько раз кряду нажал на курок.
Бах! Бах!
Две серебряные пули для охоты на демонов сорвались с дула, устремившись прямиком в мадам Шэрон.
Не тратя ни доли секунды на то, чтобы оценить результат, Клейн резко согнул колени и, напрягши поясницу, кубарем перекатился к лежащему Кенли. Этим рывком он окончательно разорвал опутавшие его нити.
Его выстрелы преследовали иную цель — подать сигнал ждущему снаружи капитану. Сообщить Данну Смиту, что всё пошло наперекосяк, завязался бой и им срочно требуется подмога! Разумеется, если бы пули еще и прошили мадам Шэрон насквозь — это было бы просто великолепным бонусом!
Впрочем, Клейн ни на секунду не обольщался. Он прекрасно понимал, что Потустороннего 7-й, а то и 6-й Последовательности так просто не возьмешь.
Вшух! Воздух вспыхнул россыпью бледно-голубых огоньков — это вспыхнули разорванные нити. И в этой иллюзорной, завораживающей картине обе серебряные пули для охоты на демонов с хирургической точностью поразили тело мадам Шэрон.
Хрясь! Хрясь!
Обольстительная фигура мадам Шэрон в полупрозрачном пеньюаре разлетелась вдребезги, словно отражение багровой луны в подернутом рябью озере. Ростовое зеркало рядом с ней с оглушительным треском раскололось на тысячи осколков. Большинство из них были не крупнее ногтя, и лишь малая часть удержалась в раме, напоминая своими причудливыми, гротескными очертаниями расплющенные ладони.
«Двойник? Потусторонняя способность пути Ведьмы?» — Клейн, едва уловив это краем глаза, уже успел докатиться до Кенли. Поскольку все связывающие его нити были разорваны, бледно-голубое пламя в воздухе не перекинулось на него.
Мадам Шэрон бесследно растворилась в воздухе. А тем временем спящий Кенли внезапно вскинул руки и мертвой хваткой вцепился в собственное горло. Он душил себя с такой силой, что изо рта потекла слюна, а язык вывалился наружу, но пальцы так и не разжались.
Однако Духовное зрение Клейна кричало об обратном: поблизости не было ни единой зловещей сущности!
В его памяти молнией вспыхнула строчка из досье на Запечатанный артефакт «3–0217»:
«Самый опасный сценарий — увидеть в отражении самого себя!»
«Неужели Кенли перед этим увидел в ростовом зеркале, как артефакт отражает его самого?» — эта мысль промелькнула в голове Клейна. Не теряя ни секунды на раздумья, он выудил еще один серебряный талисман.
Треугольную пластинку. «Талисман упокоения».
— Багрянец!
Выкрикнув слово на древнем гермесе и влив в артефакт Духовность, Клейн швырнул талисман.
Следом он хлопнул левой рукой по полу, нащупав «Зеркало медиума».
Он еще раньше, краем глаза, убедился, что этот опасный артефакт лежит стеклом вниз и не отразит его лицо.
Треугольный серебряный талисман вспыхнул ледяным синим пламенем. Мягкая, умиротворяющая тьма окутала бьющегося в конвульсиях Кенли, заодно зацепив и самого Клейна.
Вся паника и напряжение мгновенно испарились. Хватка Кенли на собственном горле резко ослабла. Клейн же почувствовал себя так, словно его выдернули с поля боя и перенесли домой, к эркерному окну, откуда он безмятежно наблюдает за ночной, уснувшей улицей. И его тело, и его дух погрузились в абсолютный покой.
И именно этого Клейн и добивался!
В этот самый миг он вошел в состояние запредельной, кристальной концентрации. Казалось, во всем мире остался лишь он один, а всё прочее перестало существовать.
И на фоне этого абсолютного штиля в его мозгу ослепительной вспышкой прорезалась интуитивная догадка:
«Мадам Шэрон атакует в правый бок!»
Это сработало боевое предчувствие «Клоуна». Клейн без малейших колебаний вцепился в «Зеркало медиума» и кубарем откатился влево.
Не успел он сдвинуться с места, как объятый черным пламенем кинжал беззвучно вспорол воздух, ударив ровно туда, где секунду назад находился его правый бок.
Из пустоты вновь соткался изящный силуэт мадам Шэрон.
Перекатываясь, Клейн резким движением вскинул «Зеркало медиума» и направил его прямо на женщину!
Его бросок к Кенли преследовал две цели: не только спасти напарника, но и заполучить этот самый Запечатанный артефакт.
Иначе он ни капли не сомневался, что мадам Шэрон прикончит его задолго до того, как подоспеет капитан. «Талисман Испепеляющего Солнца», конечно, годился против живых Потусторонних, но его эффективность была куда ниже, чем против нежити. К тому же враг явно не собирался покорно стоять столбом и ждать, пока он активирует артефакт.
В самом крайнем случае Клейну пришлось бы пойти на риск и использовать медный свисток Азика.
А как потом объясняться — это проблемы того, кто хотя бы доживет до утра!
Но события обернулись куда лучше, чем он предполагал. Мадам Шэрон выбрала скрытную атаку, так и не помешав ему активировать «Талисман упокоения» и захватить Зеркало медиума.
Поэтому Клейн молниеносно выстроил простой, но надежный план: не пытаться увернуться от остаточного эффекта «упокоения», использовать его для обострения предчувствия «Клоуна», выждать момент, уйти от атаки и взять врага в фокус зеркала!