Клоун
Шрифт:
«Нет, так дело не пойдет…» — проведя еще несколько безуспешных экспериментов, Клейн тяжело вздохнул и окончательно отбросил затею с созданием клона.
Опробовав еще несколько фокусов, он так и остался сидеть во главе бронзового стола, парящего над серым туманом. Вспомнив недавние слова Одри, он с любопытством устремил взор на иллюзорные, темно-красные звезды.
Выдержав недолгую паузу, Клейн решил попробовать не устанавливать с ними жесткую связь, а лишь «ответить» на их мольбы.
Увы, посреди абсолютного покоя и мертвенной тишины он так и не уловил ни единого отклика от десятка ближайших багровых звезд.
«Выходит, чтобы „ответить“, нужно сначала установить связь и затянуть человека в серый туман?» — глубокомысленно кивнув, Клейн ощутил легкое разочарование.
Он совершенно не желал против воли втягивать случайных людей в это таинственное пространство.
«Что ж…» — Клейн уже приготовился покинуть этот мир, как вдруг по инерции коснулся еще одной иллюзорной звезды неподалеку.
И в этот самый миг он явственно ощутил: из глубины этого багрянца исходила слабая, едва уловимая «мольба»!
Глава 95
Молящийся
«Мольба?»
Клейн мгновенно взбодрился. Следуя тому же методу, каким он в прошлый раз наблюдал за «Повешенным», он позволил своей Духовности распространиться и коснуться этого сгустка багрянца.
Перед его взором тут же вспыхнула размытая, искаженная картина. Сквозь помехи он едва мог разглядеть стоящего на коленях подростка с русыми волосами, обращенного лицом к безупречно чистому хрустальному шару.
Черная обтягивающая одежда юноши разительно отличалась от модных тенденций Королевства Лоэн. Она также совершенно не походила на традиционные наряды Империи Фейсак, Республики Интис или других стран, которые Клейн видел на страницах журналов.
Помещение, где он находился, тонуло в полумраке. Ветхая мебель то и дело озарялась внезапными вспышками света, однако до слуха Клейна не доносилось ни раскатов грома, ни шума дождя.
Наблюдая за этим видением, Клейн видел, как юноша, прижав сцепленные в замок руки ко лбу и согнувшись в поклоне, безостановочно о чем-то молил. Его низкий, густой голос гулким эхом вибрировал в ушах.
Клейн напряг слух, пытаясь разобрать слова, но вскоре осознал один весьма неловкий факт:
Он не понимал ни единого слова. Это был язык, с которым он никогда прежде не сталкивался!
«Быть таинственным владыкой над серым туманом и не знать „иностранных языков“…» — Клейн самоиронично усмехнулся. Не желая так просто сдаваться, он вновь принялся вслушиваться, сосредотачиваясь так сильно, словно сдавал аудирование по английскому в прошлой жизни.
Вслушиваясь все внимательнее, он постепенно осознал одну деталь:
Хоть язык незнакомца и не относился ни к одному из тех, что он изучал, по звучанию он поразительно напоминал древний фейсакский. Между ними определенно прослеживалось сходство!
«Отец… Мать… Кажется, эти два слова означают именно это? Очень похоже на древний фейсакский, но все же есть отличия…» — Клейн нахмурился, погрузившись в раздумья. — «Древний фейсакский был всеобщим языком человечества в Четвертую Эпоху и стал прародителем всех современных языков. К тому же он и сам постоянно претерпевал изменения… Сейчас я просто не в состоянии точно определить, что это за диалект…»
Он слушал и слушал, и, опираясь на грамматические конструкции, окончательно исключил лоэнский, фейсакский, интисский и прочие современные языки.
«Может, это один из исторических диалектов древнего фейсакского? Наподобие того, на котором были написаны дневники семьи Антигон?» — Клейн принялся легонько постукивать пальцами по краю длинного бронзового стола и едва заметно кивнул. — «Но есть и другой вариант. Древний фейсакский ведь тоже не из пустоты взялся, он произошел от языка гигантов… Северная Империя Фейсак всегда кичилась тем, что в жилах ее граждан течет кровь гигантов… Возможно, это и есть тот самый древний язык гигантов…»
Дойдя до этих умозаключений, Клейн, чьих знаний явно не хватало для окончательного вердикта, был вынужден прервать сеанс. Он втянул свою Духовность, обрывая визуальную и звуковую связь.
Он вовсе не собирался сию же секунду затаскивать этого молящегося юношу в пространство над серым туманом. Для начала следовало хотя бы понять, о чем тот просит.
Разумеется, до тех пор он будет периодически за ним наблюдать, устроив своеобразную предварительную «проверку».
Хух… Клейн протяжно выдохнул, откинувшись на спинку кресла посреди величественного храма в сером тумане.
Окутав себя Духовностью, он сымитировал чувство стремительного падения.
Покончив с «повторением» дневников Росселя, Клейн переоделся в строгий костюм и отправился в Клуб гадателей.
Несмотря на то, что его жалованье удвоилось, он все так же предпочел поехать на общественном экипаже. Единственной его роскошью стала поддержка бизнеса миссис Венди: он раскошелился на полтора пенса, купив стаканчик сладкого чая со льдом, чтобы хоть как-то спастись от полуденного зноя.
Добравшись до Хаулс-стрит, Клейн выбросил пустой бумажный стаканчик в мусорную урну и неспешно поднялся на второй этаж.
Прежде чем переступить порог, он дважды ущипнул себя за межбровье, заранее активируя Духовное зрение.
Едва войдя в приемную, юноша мгновенно ощутил витающую в воздухе легкую ауру печали.
Очаровательная девушка-администратор Анжелика сидела за стойкой с расфокусированным взглядом. Ее глаза заметно покраснели.
— Любая печаль рано или поздно проходит, — подойдя к стойке, мягко и успокаивающе произнес Клейн.