Чтение онлайн

А значит, чисто технически голубь — это феникс. Или что-то очень к нему близкое. По аналогии с вервольфами, оборотнями и волколаками.

— Феникс? — я заглянул Раддаку в глаза. — И он что сидит в черепушке тигра?

Наместник кивнул:

— Позови его. Прикажи показаться.

Я-то позову, только это он что… из мёртвой головы сейчас вылезет? Что он вообще там делает?

— Глаза — любимое лакомство феникса, — словно прочитав мои мысли, Раддак поделился информацией.

— Жрёт глаза врагов? — переспросил я и закашлялся.

— Вообще всех, — наместник нехорошо улыбнулся и подмигнул.

— Голубь. Выходи, — я решил, что раз это наше первое знакомство, то не помешает быть вежливым. Тем более с тем, кто любит пожирать глаза. — Пожалуйста. Голубь.

Тигриная голова исчезла в облаке пыли, из которого стрелой вынырнул, взмывая в небо, расплывчатый птичий силуэт. Он стремительно пронёсся над нашими головами, оставляя за собой тонкий полутораметровый шлейф чёрной дымки, взрывающейся россыпью множества сполохов из оранжевых и красных искр.

Казалось, что птица играла в догонялки с собственной тенью.

Я следил за полётом с открытым ртом. Появление феникса оказалось на удивление зрелищным. Особенно если учесть, что это всего лишь голубь.

Феникс внезапно спикировал вниз и приземлился на песок перед нами. Шлейф чёрной дымки исчез, медленно растворившись в воздухе.

— Сам ты голубь! — внезапно быконул на меня феникс, неожиданно оказавшийся вороном.

Всё ему было ни так. Он вывалил целый поток претензий и обоснованных доводов к ним.

Сперва ошарашил, спросив зачем его призвали в виде голубя — “Ты сам (это он мне) пробовал так ходить и всё время кивать головой как придурок? От этого укачивает и случаются мигрени. А ещё голуби очень тупые птицы и не умеют разговаривать!”

Я ответил, что не в курсе почему так вышло, и что призыв вообще совершался принудительно. Так что с этим вопросом не ко мне. И вдобавок, сам не знаю зачем, я соврал, что мне очень жаль.

Тогда феникс спросил, почему его призвали слишком поздно? Из-за этого у бедняги совсем не было времени сориентироваться на поле боя и ни малейшего шанса уклониться от атаки саблезуба.

Я снова отверг обвинения, напомнив о процедуре принудительного призыва, и кивнул на стоявшего рядом наместника.

И, наконец, ворон озвучил наиболее важный для него вопрос — “что это за шутка, где твоя мана, человек? Почему я совсем её не ощущаю?”

— Маны нет, но вы держитесь, — я пожал плечами.

— Это правда, — взял слово Раддак. — Твой призыватель пустышка. Поэтому я хотел бы узнать, как так получилось, что существо легендарного класса феникс оказалось связано контрактом с нулёвкой?

На какое-то мгновение наместник не сумел совладать со всеми своими эмоциями. Они переполняли его.

Великан был зол и расстроен, ведь столь сильный призыв легендарного класса достался мне. Я не сумел разобрать, была ли злость продиктована завистью и желанием самому обладать способностью призывать феникса, или же Раддак злился не на меня, а на мою пустоту.

И я почему-то интуитивно склонялся ко второму варианту. Не верилось, что столь сильный человек мог оказаться настолько слабым, чтобы завидовать. Пусть даже феникс того и стоил.

— Человек, тебя это не касается. Детали контракта только между мной… — ворон выдержал недвусмысленную паузу, прежде чем закончил. — И ним.

— До сегодня он даже понятия не имел, что у него с кем-то из вашего мира заключён контракт, — продолжал давить Раддак.

— Я перед вами, а значит, контракт заключён и все формальности были соблюдены. Больше мне нечего сказать, — ворон сказал своё слово.

— Это проблема? — спросил я, но до того, как Раддак успел ответить, задал ещё вопрос, который интересовал меня больше. — Графа Блэквуда уже давно и след простыл, а я свободен? Могу идти?

Продолжать текущую беседу я считал бессмысленным. Феникс наместнику всё равно ничего важного не расскажет. Не факт, что даже я смогу от него хоть что-то полезное узнать.

Но я и без этого догадывался, откуда ноги растут.

Помнится, когда я погиб во время нападения на особняк, моя душа попала в украденный мною у самой Смерти малый ковчег вечности. Там меня встретила некая сущность в облике маленькой девочки.

Если память не подводит, она представилась Акрой. Оказалось, что между нами был заключён контракт, поэтому она мне и помогала.

Но прежде чем выпнуть мою душу из ковчега и отправить обратно в мир живых, Акра вручила мне печать духовной подписи. Маленький прямоугольник, сделанный из белой глины.

Я в точности выполнил все указания девочки и сломал печать. Таким образом, заключил новый контракт с кем-то неизвестным.

Значит, в тот раз я и подписал себе в помощники феникса. Осталось понять, на что он вообще способен. Говорят — не суди книгу по обложке, а феникса по размеру. Но откровенно говоря, пока что он совсем не впечатлял. И его нытьё по поводу “где моя мана, чувак?” не внушало особого оптимизма.

Я уже тайну контракта разгадал, а наместник всё ещё молчал, что-то обдумывая.

И лишь после моего повторного вопроса, он наконец обернулся к трибунам, поднял руку и помахал. Полагаю, в том секторе находились церковники, но из-за расстояния у меня не было шансов никого из них заметить.

Люди казались просто крошечными, словно насекомые.

Видимо, у наместника зрение было хоть куда и даже лучше. Он, также глядя на трибуну, кивнул и обернулся ко мне:

— Что-то мы и правда затянули с открытием. Отбор ты прошёл. По окончании турнира получишь предписание и билет на поезд. Остальное узнаешь уже в академии. Сейчас свободен.