Кингчесс
Шрифт:
Главным козырем того, что САСШ решила помогать мне, были, прежде всего, огромные прибыли с континента. На территории Африки продолжалось строительство заводов и обогатительных фабрик, предоставляя владельцам баснословные прибыли и жизненное пространство для развития промышленности. И всё это на фоне начинающейся войны в Европе.
Поддерживая меня, американцы преследовали одну цель, захватить с моей помощью весь континент и безраздельно торговать здесь, выдавив европейцев практически полностью. Ну и, соответственно, помощь при проведении выборов в Америке тоже была мне зачтена, но неофициально.
Вторым фактором, определяющим оказание мне содействия и снабжение оружием, была ненависть американцев к англичанам. Даже зная, что поставки из России оружия были прекращены, а каналы все перекрыты англичанами, они помогали мне.
Да, в дальнейшей нашей истории они всё равно объединились, но сейчас между ними лежало безграничное море ненависти, которое было невозможно переплыть отдельным, пусть даже и очень выносливым, пловцам.
Сейчас для американцев наступил самый благоприятный момент, чтобы отомстить за унижение и то, что их не воспринимали как отдельную нацию, да и, по большому счёту, не считались. А потому, не на все крейсеры, построенные на их верфях, были затрачены только мои деньги. Да и экипажи были сформированы не из одних негров и ирландцев. Много там было разных национальностей.
У англичан, французов, португальцев и немцев в Африке присутствовали не больше десяти крейсеров, и ни одного линкора. Имелись ещё около двадцати эсминцев, но они также не могли решить все поставленные перед ними задачи. У меня же было пятнадцать лёгких крейсеров в Кабинде, и ещё готовились к дальнему походу и осваивали новые корабли двадцать серийных крейсеров с названиями от «М-1» до «М-20». Им предстояла отдельная миссия, которую они и сами пока не знали. Вот в принципе и всё, что было на сегодняшний день у меня из флота, не считая транспортных пароходов под Панамским флагом, владельцем которых я являлся. Да военно-морской порт в Кабинде, который построили американцы.
Генерал Баламут осознавал всю сложность поставленной перед ним задачи. Предстояло завоевывать территории, принадлежащие французам и бывшие их протекторатами. Территории были поистине огромными, но все и не надо было захватывать. Достаточно было отсечь побережье, а глубинные земли Африки сами упадут в руки победителей.
Никаких серьёзных сил здесь не было. Французы попытались было создать свою армию из местных племён, но те из них, кто хотел воевать, уже ушли с Саидом, и никто обратно не вернулся. Потому желающих поступить к французам наемниками было немного.
Оставался иностранный легион и зуавы, из арабов и берберов. Но Осман Дигна уже поднял восстание против оккупантов в Ливии, и о нём все знали. Воины были нужны всем: Осману Дигне, французам, племенным вождям, но их было относительно немного.
Французы не могли отправить в Африку ни одну из своих дивизий, которые сейчас были озадачены войной с Германией. То же самое не могли сделать и немцы, а у англичан и не было ничего, кроме пятидесяти тысяч в Капской колонии.
Генерал Ярый, получив приказ, нисколько не сомневаясь, двинул свои обстрелянные войска на немецкую Анголу и стал захватывать её, постепенно приближаясь к территории Германской Западной Африки. Преодолев сопротивление немногочисленных отрядов, его армия разделилась.
Меньшая часть пошла на Виндхук, а большая повернула в Родезию, намереваясь соединиться с частями Буганды и Родезии. Для такой большой армии в немецком протекторате не было ни еды, ни воды.
Через два месяца Виндхук пал, а вместе с ним и весь Берег скелетов. Пустыня Намиб и Калахари были никому не нужны, а о том, что на их просторах блистают россыпи алмазов, никто пока не знал. Дальше армия Ярого соединилась с силами негров Родезии и двинулась вдоль русла Лимпопо, направляясь на Капскую колонию.
А в это время полковник Пауль фон Леттов-Форбек собирал силы для нападения на Буганду. В его распоряжении уже находились порядка тридцати тысяч бойцов, ополчение из немецких поселенцев, полк из Германии, в количестве трёх тысяч человек, да ещё к ним присоединились и буры, из числа тех, кто хотел воевать против Иоанна Тёмного.
В общей сложности получалось почти сорок тысяч человек против пятидесятитысячного войска катикиро Буганды Кабареги. И здесь было возможно всё.
Премьер-министр Южно-Африканского союза Луис Бата оказался в сложном положении. Он получил запрос от Иоанна Тёмного с разрешением пройти через его территорию. Если бы это было ещё три года назад, он без раздумий согласился, но сейчас…
А сейчас дело обстояло так, что Германия позвала за собой, и часть людей перешла в армию фон Леттова. А так как Германия вступила в союз с Британской империей, то и оттуда поступили весьма «вкусные» предложения, в частности — объединить Капскую колонию с Южно-Африканским союзом и создать единое государство, под председательством правительства ЮАР.
Это решало множество проблем, а англичане обещали оказывать всяческое содействие и признавали первенство буров над английским населением. За всё время борьбы за свою независимость буры ещё не получали такого заманчивого предложения.
И за это, всего лишь, надо было согласиться и присоединиться к набираемой англичанами армии. Вместе с ними получалось почти восемьдесят тысяч штыков. Критическое большинство. Разведка докладывала, что сейчас на границе стояло около ста тысяч негров Иоанна Тёмного. И чаша весов победы могла склониться в любую сторону.
Что делать в такой ситуации, неизвестно, но делать хоть что-то было надо. Иоанн Тёмный, в случае отказа, мог начать боевые действия уже против них. Вопрос следовало поставить на голосование в фолксраад. А что там уже скажут, то и будет.
Заседание было начато сразу, и на повестке был единственный вопрос. На чью сторону встать, на сторону европейцев, или на сторону негров? Сделав короткое сообщение о сути проблемы, Луис Бата сел на свое место председателя, предоставив слово одному из делегатов фолксраада.