Киллер
Шрифт:
Он никогда не рассказывал чем занимался все это время, отмалчивался или направлял разговор в другое русло. Мне оставалось только строить догадки по обрывкам новостей, да сопоставлять их с его настроением при наших встречах. Возможно, это и к лучшему, иначе бы от беспокойства я сошла с ума.
Сегодня особенный день. День окончания его службы. День, которого мы с нетерпением ждали…
Неделю назад, в честь скорого «освобождения» Глеб сделал нам обоим подарок — два билета на Шри-Ланку в одну сторону. Слишком быстро возвращаться домой он не собирался, а я не имела оснований возражать. Мне не терпелось отправиться с ним на край света, уединиться, насладиться нашими чувствами, распустившимися, за это время, подобно экзотическому цветку.
В свою очередь, я тоже подготовила небольшой подарок. Не поездка в тёплые страны, конечно, но кое-что такое же горячее…
***
Южная ночь робко ласкала кожу лёгким дуновением ветерка, аквамариновые волны океана с мелодичным шелестом накатывали на прогретый солнцем белый песок, бесконечно высокое небо искрилось фрагментом Млечного пути, а Луна серебрила побережье, наполняя каждый его уголок скрытым волшебством.
Из-под полуопущенных ресниц я наблюдала за Глебом. Абсолютно безмятежный, казалось, он совершенно ни о чем не думает. Но я ошиблась. Мужчина перекатился по песку и навис надо мной, с чрезмерно серьёзным видом заглядывая в глаза.
— Ты нужна мне, Вероника. Я слишком долго ждал, чтобы снова задать тебе вопрос и, наконец, услышать ответ. Скажи прямо сейчас, ты станешь моей женой?
Желваки на четко очерченных скулах проступили, брови сошлись у переносице, каждая мышца на теле натянулась до своего предела. Неужели он думает, что я действительно смогу ответить «нет»?
— Помнишь наше первое свидание на Ивана Купала? Мне тогда гадалка нагадала, что муж мой будет ласковым, нежным, чутким. Что любовь у нас будет большая и чистая, вечная и крепкая, как алмаз. Что у нас обязательно будут дети… А потом мы прыгали через костёр и я была уверена, что ты — тот самый. Но жизнь повернулась иначе. Я ни раз с досадой вспоминала слова той женщины, сетуя на то, что им не суждено сбыться. Ведь все в моей жизни шло совершенно иначе. Но…
— Даже не думай сказать мне нет, Вероника, — угрожающе прорычал в приоткрытые губы, накрывая меня твёрдым, обжигающе горячим телом.
— Но… путь к счастью, порой, сложен и тернист. И не пройди мы все эти испытания, разве смогли бы оценить по достоинству то, что даровано нам судьбой?
— Не томи, Ника. Скажи же уже, ты согласна?! — он закинул мои ноги себе за спину и крепко сжал бёдра сильными ладонями, продолжая нависать непробиваемой скалой.
— А ещё… я была у врача несколько дней назад… он сказал, что я, кажется, здорова.
В его глазах полыхнул огонь и хмурые брови расправились, сменяя гнев на милость.
— Родная моя… моя девочка, — зашептал, посыпая мое лицо поцелуями, — как же я счастлив…
— Да.
— Что да? — вмиг вернул он себе сосредоточенность.
— Согласна, — тихо прошептала я.
— Не слышу, повтори.
— Я согласна! — чуть громе повторила, когда мужчина лёгким движением подхватил меня на руки.
— Она согласна! — крикнул Глеб куда-то в небо с счастливой улыбкой на губах. — На сегодня морские процедуры завершены, любимая. Я придумал для нас занятие поинтереснее, — и запечатлел на моих губах обещающий, чувственный поцелуй.