Чтение онлайн

Словом, и этот поручик пришелся ко двору. Даже странно получается. Еще до своего вояжа в Средневековье, я читал творения многих историков и прочих подвизавшихся на этой ниве, о том, что чуть ли не весь офицерский корпус императорской армии России был полностью не готов к войне с Японией. Я же пока вижу совершенно обратное — младший офицерский состав, можно охарактеризовать только в превосходной степени. То есть, основные проблемы, скорее всего, в верхах. Хотя, возможно мне пока просто везет. Но не суть…

— Докладывайте, Аполлон Аполлонович.

Поручик тут же вскочил и вытянулся.

— Обойдемся без официоза. Слушаю вас.

Петухов сдулся, вернулся на табурет и уже с меньшим запалом затараторил.

— В Александровске сейчас находится командующий японской группировкой на Сахалине генерал Харагучи вместе со своим штабом и двумя взводами охраны. Остальные силы составляют около роты — они в основном задействованы на охране пленных, которых насчитывается примерно полторы тысячи человек: как военных, так и гражданских. Тяжелое вооружение — артиллерийская батарея. Но в Дуэ и Арково, что неподалеку — еще по полуроте. Вдобавок в Александровске у причала стоит военный корабль, якобы на ремонте, но, увы, не разобрал какой. Какая-то «Какака» или «Кобака». Небольшой размерами.

— «Котака» — миноносец первого ранга, — встрял Максаков. — Такой класс кораблей еще называют минными канонерским лодками.

— Возможно… — Петухов недовольно покосился на мичмана. — Кроме военного, там стоит гражданский пароход, он прибыл для того, чтобы перевезти пленных в Корсаков, а оттуда уже в Японию. А еще, получены данные, что… — поручик помялся и окинул взглядом остальных офицеров, словно намекая, что информация очень конфиденциальная, далеко не для всех.

— Докладывайте, поручик.

— Пленный сообщил, что еще десятого августа в Портсмуте начались переговоры между Россией и Японией, — растерянно доложил Петухов. — А точнее, сейчас, они уже закончились, ровно два дня назад. Мирным договором, в результате которого Японии отошла южная половина Сахалина. Александр Христианович, я косоглазому сопатку своротил, да шкуру спустил со спины, думал врет, но тот твердит, что так и есть. Второй подтверждает слово в слово. Ей богу, даже не знаю, что и думать. Это же… это же предательство!

«Твою же мать! — я от злости чуть не взвыл. — Не успел, блядь!!! И Стерлигов с бароном не успели. Все улетело кобыле в трещину! Поздно пить боржоми, когда почки уже сели. Знал бы, что наши с косоглазыми уже договариваются, не стал бы подвергать барона и юриста такой опасности. И самое паскудное, отменить этот гребанный договор уже нельзя — продолжим воевать — сами себя поставим вне закона. Российские власти мигом открестятся…».

Собакин и Серьга тихо матерились, остальные офицеры подавленно молчали.

Свиньин кашлянул в кулак и растерянно сказал.

— Признаюсь, я считал ваши предупреждения, Александр Христианович, несколько преувеличенными и даже вздорными. Прошу великодушно извинить за недоверие. Но откуда вы узнали, что переговоры пройдут именно в Портсмуте?

— Увы, случайная догадка… — с трудом взяв себя в руки, спокойно ответил я.

— Ну и что нам теперь делать? — в один голос поинтересовались Собакин, Кошкин и Максаков. — Получается, война окончательно закончилась.

— Снимать портки и заголя жопу бегать, блядь… — остервенело выругался Серьга. — Иха мать, чего-чего, а такого паскудства я не ожидал…

«Что делать? — спросил я сам у себя. — Что же нам делать…»

Решение пришло неожиданно, но оно положило конец все сомнениям, которые последнее время меня одолевали. В Средневековье я выжил, потому что никогда не кривил перед собой душой и никогда не останавливался на достигнутом. Нехрен и сейчас ныть. В Америки собрался, дурень… Здесь еще работы непочатый край. А начнем с Александровска…

— Странный вопрос, господа, — я обвел тяжелым взглядом всех присутствующих. — Война, говорите, закончилась? Вам уже вручили копию договора? Или вы получили распоряжение от верховного командования сложить оружие? Не слышу?

Офицеры потупили головы.

Я протянул паузу, а потом резко бросил:

— Раз так, слушай боевой приказ! Известие об этом мирном договоре до личного состава не доводить, считать намеренной японской дезинформацией. А сейчас поднимайте людей, готовимся к немедленному маршу на Александровск. Возражения?

Возражений не последовало, уныние у офицеров тоже как рукой сняло. То-то же! Я вас научу Родину любить, мать вашу! И себя заново научу…

Сборы были недолгими, уже к обеду мы двинулись в путь. Бойцы восприняли приказ как само собой разумеющееся — последние победы неимоверно воодушевили людей. Я пробовал выявить сомневающихся, но таковых не нашел.

Отряд разделил на три части, для пущей скрытности. Собакин возглавил первый, Петухов — второй. Третьим, в составе двадцати пяти человек на лошадях — командовал лично я. С собой взяли только пулеметы и одну пушку, которую разобрали и погрузили вьючным способом. Остальную артиллерию спрятали, с ней будем тащиться черт знает сколько — тридцать пять верст в реальности Сахалина — это как все пятьдесят на материке.

Отряд Собакина отправился в сторону Михайловки, чтобы там свернуть на Александровск, Кошкин пошел через Арково. Ну а мои — прямым маршрутом. За несколько верст до цели встретимся, а там уже все будет зависеть от обстановки.

Сам переход нет нужды описывать в красках. К счастью, обошлось без человеческих потерь, правда пару лошадей пришлось пристрелить — поломали ноги в лесных буераках. Майя и Мадина перенесли дорогу прекрасно, личный состав — терпимо, а лично я физически вымотался до самого крайнего предела, думал не сдюжу. Ни для графа божьей милостью Жана Арманьяка, ни для штабс-ротмистра Любича, длительные конные переходы по пересеченной местности не были в диковинку, но все больше и больше начали сказываться ранения и контузия, так как, увы, толком долечится у меня просто не было времени. И неизвестно, когда появится. Но не суть, добрались и добрались.