Чтение онлайн

– Эманация? Вы что же, знакомы с учением гностиков?

– Незнаком, но слово это, по-моему, употреблял Цесарский, и, насколько я понимаю, означает оно некую позитивную энергию, влияющую на человека. Короче говоря, под действием этих, как он выразился, «волшебных карт» с ним стали происходить странные изменения, приведшие его в конце концов в сумасшедший дом.

– Расскажите мне подробно о беседе с ним. Постарайтесь как можно точнее воспроизвести, что конкретно он говорил.

Артем, запинаясь и перескакивая с места на место, стал вспоминать детали разговора.

– Теперь многое становится понятным, – заметил Трофим Петрович после того, как Артем кончил.

– Что именно? – полюбопытствовал наш герой.

– Чуть позже. А сейчас опрокинем по рюмашке, как говаривал один знакомый кавалерист. Вот теперь – порядок. Вы, пожалуйста, закусывайте, Артемий. А чаек мы сейчас подогреем… Так вот, – продолжил он, – давайте попробуем построить логическую цепочку. Значит, карты у Цесарского похитили. И кто, вы думаете, это сделал?

– Откуда я знаю?

– Да этот Смольский, а кто же еще! Знаток древних книг. Личность широко известная в определенных кругах.

– Я тоже о нем много слышал, – ввернул Артемий.

– Вот видите. Антиквар, великий эрудит с энциклопедическим умом… Но это, как говорится, видимая часть айсберга. А вообще-то он был оккультистом. И возглавлял… Ну, договаривайте. Что он возглавлял?.. – как учитель у школьника, спросил Трофим Петрович.

Артем в недоумении развел руками:

– Наверное, библиотеку или музей?

– Какой там музей! Именно он и руководил сектой сатанистов!

– Ничего себе! – с деланым удивлением воскликнул Артем, хотя ему было глубоко наплевать на всю эту чертовщину.

– Именно так! – воскликнул Трофим Петрович и в явном волнении поднялся из кресла. – Теперь все встает на свои места. Этот Смольский знал о силе карт и о возможностях, которые они открывают. Но, кроме этого, ему было известно об их, как вы выразились, «эманации». То есть о разрушительной силе, которую они излучают. Поэтому до поры до времени он их спрятал, но так хитро, что просто диву даешься. Вот уж был мудрец! Во-первых, это же надо додуматься, он затолкал их в коробку с христианским иконами, да не простыми, а древними! Для чего? Совершенно понятно: создал своего рода экран, чтобы ослабить воздействие карт на окружающих.

«Эге, – вспомнил Артем, – и Колычев в своем письме высказал подобное предположение».

– Затем отдал коробку на хранение.

– Но Смольский жил в Ленинграде, а эмали я купил в Москве у старухи. Даже дома у нее побывал. Она рядом с гостиницей «Минск» живет. И на сатанистку вовсе не похожа. Древняя, замшелая бабка…

– Подальше положишь – поближе возьмешь, – наставительно произнес Трофим Петрович, подняв указательный палец. – Именно в этом и заключался его замысел: спрятать карты так, чтобы их никто прежде времени не отыскал.

– Думаете, он сам залез в квартиру Цесарского? – в сомнении спросил Артем.

– Зачем сам? Нанял кого-нибудь… Цесарский ведь жил в Москве, и бабка, у которой вы купили эмали, – тоже в Москве. Смольский не решился везти карты в Питер…

– Правильно! А убил его, по-вашему, кто?

– Вот уж этого я не знаю, даже предположений никаких на этот счет…

– Вы хотите сказать?!

– Ну-ну?..

– Уж не Ладейникова ли?

– Верно, Артемий. Именно о ней я и подумал.

– У вас имеются доказательства?

– Прямых, конечно, нет. Но все указывает на нее. Он верховодил в сатанинской секте, а эта дама была у него своего рода подручной. Но ей страсть как хотелось стать первым лицом. И тут Смольский начинает развивать тему карт. А они для сатанистов – святыня. Как же – сам Люцифер изготовил. Смольский утверждает, что знает, где они находятся. Дамочка и так и эдак: мол, откройтесь! Но он, естественно, до поры до времени молчит. И правильно, заметьте, делает. Эта Ладейникова все прикинула… И решила! Коли у Смольского появятся карты, то тогда его авторитет и вовсе взлетит до недосягаемых высот. Так не доставайся же ты никому! И она устраняет конкурента, так и не узнав, где находятся карты. Потом коробка с эмалями случайно попадает к вам. Вы относите ее Ладейниковой, вернее, ее новому мужу Вартану, и продаете… А вскоре, узнав, что Вартан сидит, и считая, что продешевили, вы идете к ней и выцыганиваете коробку назад. И тут Ладейникова поняла, что сделала огромную глупость. Сначала она постаралась вернуть коробку миром. Видя, что не получается, устроила на вас нападение, ну и так далее…

– Все выглядит довольно логично, – рассудительно заметил Артем. – Но если она знала, что внутри коробки спрятаны карты, то почему не изъяла их, когда эмали находились у нее? А если узнала про карты уже после того, как продала коробку мне, то, спрашивается, от кого? Ведь, следуя ходу ваших мыслей, кроме Смольского никто об этом не знал! А Смольского нет в живых. Допустим, ей сообщил об этом старец Колычев. Да, собственно, так оно и есть, но ведь о них она узнала уже после того, как стала требовать вернуть ей эмали. Нет, тут явная нестыковка в умозаключениях. Я всегда считал, что ей нужны именно эмали, вернее, одна из них. И причина этому – ее высокая стоимость. Чисто меркантильный расчет. А сказал Ладейниковой про стоимость эмали Вартан, когда она ходила к нему на свидание в Бутырку. Так, во всяком случае, она сама объясняет собственное поведение. Движет всей этой суетой обычная жадность. А карты?.. Я, честно говоря, не верю в их волшебную силу. Мне тут этот Цесарский плел… Мол, карты изготовлены чуть ли не из человеческой кожи… Каких-то страшных грешников… Чепуха! Конечно, карты действительно старинные и очень ценные, конечно, они производят сильное впечатление… Но и только!

– Вот так считаете? – быстро спросил Трофим Петрович.

– Ну да.

– Хорошо. У вас будет шанс убедиться в силе карт. И очень скоро.

Артем проснулся и обнаружил, что лежит на широкой просторной кровати. Под ним мягчайшая перина, а укрыт он пуховым одеялом, легким и замечательно теплым. Он обвел глазами стены комнаты, в которой находился. Все в коврах… По крыше дома барабанил дождь, за окном – хмурое серое утро, а может, и день. Он вспомнил о ночной беседе с непонятным Трофимом Петровичем. Икра, коньяк… Кажется, они допили бутылку. А потом?.. Да, конечно! Трофим Петрович настоятельно предложил ему остаться. Время позднее, на дворе непогода, машины, чтобы отвезти его в Москву, под рукой не имеется…

– А завтра видно будет. – Заключительные слова хозяина Артем запомнил хорошо. Что значит: «видно будет»? Его что же, собираются держать тут взаперти? Но зачем?!

Дверь чуть приоткрылась. В образовавшуюся щель заглянула давешняя пожилая женщина, подававшая на стол.

– Проснулись? – поинтересовалась она, увидев, что Артем лежит с открытыми глазами. – Сейчас подам завтрак. Вы предпочитаете чай или кофе, а может быть, какой-либо фруктовый сок?

– Не нужно беспокоиться, – поспешно отозвался Артем.