Чтение онлайн

Девушка в кожаных джинсах и курточке, не доходящей до пояса джинсов, начала петь. Пела она превосходно. Вся их компания села за столик, чтобы послушать ее.

Ленточка, наклеенная на бутылку, была размечена в унциях. Официанту оставалось лишь подсчитать число выпитых унций виски и умножить его на стоимость унции. Девушки чечеточников активно способствовали быстрому понижению уровня виски в бутылке.

Оркестр продолжал играть, когда певица вернула микрофон на подставку. Все встали, аплодируя ей, и она танцующей походкой сошла с эстрады.

Одна из девушек, пришедших с чечеточниками, несколько раз пристально смотрела на Лауру, прежде чем решилась спросить, по-португальски: «Вы – Лаура Соарес, пианистка?».

– Я играю на пианино, – ответила та.

Титу сидел напротив Флетча.

– Как вы узнали о Жаниу Баррету? – спросил Флетч.

– О том, что ты – Жаниу Баррету? – спросил его Титу.

– Насчет того, что случилось сегодня днем.

– Потрясающая новость, не правда ли? – радостно улыбнулся Титу.

– Как вы узнали об этом?

Титу наклонился над столом.

– Мы с нетерпением ждем, что ты скажешь.

– О чем?

– Как ты умер. Кто тебя убил.

– Титу, Титу. Ну почему мне никогда не отвечают по существу!

– Скажи мне, Жаниу...

– Не зови меня Жаниу!

– Флетч. Как ты оказался в Бразилии?

– Я – журналист из Калифорнии. Я купил билет на самолет.

– А почему ты купил билет на самолет?

– В общем-то случайно.

– Ну вот видишь!

– Нет. Не вижу.

– Оглянись вокруг, – голова Титу не шевельнулась, но глаза метнулись налево, а затем медленно двинулись вправо. – Есть ли здесь такие, как ты?

– Что-то я тебя не понял, – большинство посетителей ночного клуба составляли молодые бразильцы, малую толику – аргентинцы средних лет, одна дама, похоже, прибыла из Европы.

– Ты видишь хоть одного журналиста из Калифорнии, который «купил билет на самолет» и оказался здесь «в общем-то случайно»?

– Титу...

– Нет. А ты – здесь.

– Зачем появился я на свет божий?

– Может, дело и в этом, – Титу откинулся на спинку стула. – Теперь, когда ты знаешь, что нужно сделать, тебе не будет покоя, пока ты это не сделаешь.

– Что мне нужно сделать?

– Сказать нам, кто тебя убил. Убийство – самое серьезное преступление.

– Титу...

Но одна из девушек утащила Титу на танцплощадку. И Флетчу не осталось ничего другого, как налить себе виски.

Потом он потанцевал с Лаурой.

А много позже оказался рядом с Норивалом, у которого то и дело закрывались глаза и заплетался язык. Не сразу Флетч понял, что Норивал задает ему вопросы о различных видах рыб, которые добывали в Южной Атлантике. Далее выяснилось, что беседует Норивал с Жаниу Баррету, который рыбачил в этих водах чуть ли не пятьдесят лет назад.

Флетч решил, что пора уходить. И, поднимаясь, доверительно поведал Норивалу: «Многое изменилось в этих водах за пятьдесят лет».

Прошел на танцплощадку и, извинившись перед Орланду, спросил Лауру, не могут ли они уйти.

Тонинью позвал его от дверей ночного клуба. Флетч оглянулся.

– Флетч, – вновь крикнул Тонинью, но не двинулся с места.

Лаура уже сидела в «МР». Флетч вернулся к Тонинью. Уже занималась заря.

– Флетч, – Тонинью прижался губами к его уху, – женщина кладет лягушку под кровать, если не хочет, чтобы ее покинул возлюбленный.

Флетч отпрянул.

– Так это не горничная?

– Разве ты возлюбленный горничной? – Тонинью рассмеялся. Хлопнул себя по ляжке рукой. – О, Флетч! – положил руки на плечи Флетча и встряхнул его. – Радуйся! – он снова рассмеялся. – Потому что традиция требует, чтобы это была живая лягушка!

– Что-то не спится.

– Естественно, – сонно ответила Лаура. В третий раз за полчаса Флетч вставал с постели. Первый раз, чтобы пойти в ванную и выпить минеральной воды из бутылки. Вернувшись, лег, прижался грудью к спине Лауры. Она дышала глубоко и ровно. Второй раз он приоткрыл портьеру и увидел, что уже начался следующий день. Погасли все электрические фонари. Теперь он лег на спину, сложил руки на груди, словно в гробу. Даже в этот час откуда-то издалека доносился барабанный бой.

Поднявшись в третий раз, он надел спортивные трусы. Лаура оторвала голову от подушки и посмотрела на него.

– Хочу пробежаться по пляжу, – пояснил Флетч. – Пока не раскалился песок.

– Хорошо.

– Я не могу заснуть.

– Я знаю. Бедный Флетч.

И ее голова вновь упала на подушку.

– Не могли бы вы купить мне чашечку кофе?

Джоан Коллинз Стэнуик.

Она ждала его, с дымящейся сигаретой, за маленьким столиком в переднем дворе отеля «Желтый попугай», когда он вернулся с пробежки. В пепельнице лежали три окурка.

Ее взгляд скользнул по плечам, груди, животу, ногам Флетча, блестевшим от пота. Пробежку он закончил ускорением и теперь тяжело дышал.

– Это самое меньшее, что я могу для вас сделать.

Две мили по пляжу до группы мусорщиков в оранжевых жилетах, собирающих с песка все лишнее, две мили обратно до отеля. По пути ему не раз попадались выпотрошенные, пустые кошельки и бумажники. Даже в столь ранний час по берегу бегало много людей. А человек двенадцать пожилых, лет шестидесяти с небольшим, бразильцев босиком играли в футбол.

Перебегая авениду Атлантика он едва не сжег ступни, а ведь маленькая стрелка часов еще не добралась до цифры «7».

Бар перед отелем, естественно, еще не открылся. Флетч нажал кнопку служебного звонка у двери.

– Посмотрим, проснется кто-нибудь или нет, – и он сел за маленький столик напротив Джоан, сложив мокрые от пота руки на мокрой от пота груди.

Солнечные лучи насквозь пронизывали кусты, с трех сторон окружавшие передний двор отеля «Желтый попугай».

Сегодня Джоан Коллинз Стэнуик уже мало походила на владычицу Калифорнии. На этот раз она надела коричнево-желтый брючный костюм с белой шелковой рубашкой и сандалиями, уделила прическе не столь много времени, как обычно. Лицо осунулось, глаза покраснели от недосыпания. Должно быть, она еще не освоилась с новым часовым поясом, а может, страдала от перебора «мартини», сигарет и, разумеется, скорбела по недавно почившему мужу.